Читать книгу - "Поцелуй меня, Док! - Девон Этвуд"

там работал кондиционер. Двери открылись, и я увидел фирменную стену с водопадом и подсвеченным логотипом Kiss-Met. Слева, за стойкой изогнутой формы, сидела девушка с табличкой «Оливия» и чуть слишком большими глазами. Она встала при моём приближении&

— Добрый день, доктор Рид. Рады видеть. Чем можем помочь?

Я вовремя вспомнил, что здесь я — её муж.

— Рут забыла это в машине, — сказал я, поднимая рюкзак. — Подумал, ей может понадобиться.

Оливия моргнула, взгляд стал недоумённым&

— Разве она не звонила утром, чтобы взять больничный?

Тонкая стрела тревоги пронзила грудь&

— Правда?

Я замешкался, соображая на ходу&

— Я вышел раньше. Она жаловалась, что чувствует себя неважно, но я не знал, что она решила остаться дома.

— Да, — Оливия кивнула на блокнот у мышки. — Сказала, что у неё температура, и не хочет никого заразить.

— Понятно… — я опустил руку с рюкзаком. — Ну, тогда... занесу домой.

— Что-нибудь ещё, доктор Рид?

— Нет, — отмахнулся я, разворачиваясь. — Спасибо.

Рут заболела? Сколько уже? Обратилась ли к врачу? Вряд ли Рук принимал бы её просто с простудой… Хотя она говорила, что он у неё лечащий врач.

Балансируя на грани нарушения медицинской этики, я достал телефон, нашёл номер клиники Рука и набрал.

— Женский медицинский центр «Сфера жизни». Вас приветствует Бекки. Чем могу помочь?

— Привет, Бекки. Это доктор Рид. Рук сейчас с пациентом?

Я нервно постукивал ногой, пока лифт спускался на второй этаж.

— Нет, он оформляет карты. Передать, что вы...

— Спасибо, я сам его найду, — прервал я и сбросил вызов.

Двери лифта открылись, и я шагнул в холл его клиники. Совпадение ли, что он работает в том же здании, что и Рут?

В зале ожидания было стандартное оформление: серые кресла, безликие картины, ковролин. Бекки подняла взгляд из-за стеклянной стойки&

— Доктор Рид. А вы уже здесь.

— Да, — я махнул рукой. — Просто хочу поговорить с доктором Руком. Это ненадолго.

Мы с ним не особо общались. Мы учились вместе в меде, оба проходили ординатуру в Портленде. Я его не любил. Но наши матери дружили, так что связи остались. И сейчас я даже был благодарен за эту связь — у меня было нехорошее предчувствие насчёт Рут.

Я прошёл через дверь, ведущую в смотровые кабинеты, свернул налево, миновал пост медсестёр и направился по коридору к кабинету Рука.

Я нашёл его стоящим у стола — одного из тех эргономичных… ну, как их там… столов для тех, кто считает сидение проявлением слабости. В левой руке у него, как обычно, была серебристая кучка магнитных шариков, которыми он играл, когда думал. Правая рука парила над тачпадом ноутбука. Он поднял взгляд — глаза ледяные, выцветшие, без намёка на жизнь… как и его чёртова душа, если она у него вообще была. Почему хоть одна женщина доверяла этому типу хоть сантиметр своего тела — было выше моего понимания.

— Рид, — сказал он, и одна светлая бровь приподнялась с интересом.

У Рука были светло-русые волосы, зачёсанные вбок — ни единого вихра, никакого беспорядка. Как и он сам. Он всегда носил одно и то же: белую рубашку, чёрные брюки и белый халат. Так он одевался ещё с ординатуры, и я абсолютно уверен, что по выходным выглядел так же… если только не впадал в криогенный сон на два дня, чтобы подзарядиться.

— Давненько, — продолжил он.

— Да. Извини, что отвлекаю, но мне нужно знать, приходила ли к тебе на приём одна пациентка.

Доктор Рук покрутил в пальцах магнитную игрушку, задумавшись.

— Не припомню, чтобы кто-то из моих пациентов подписывал разрешение на передачу данных в твою практику.

— Не подписывала. Это... полунелегально. Рут Колдуэлл. Она неважно себя чувствует, я волнуюсь. — Я откинулся спиной на дверной косяк и скрестил руки.

Лицо Рука осталось бесстрастным, но взгляд стал прямым и цепким.

— Это нарушение HIPAA (*HIPAA (Health Insurance Portability and Accountability Act) — это федеральный закон США, регулирующий защиту конфиденциальной медицинской информации и стандарты её хранения и передачи.), и ты это знаешь.

Я прищурился.

— Рук, я не прошу рассказать, зачем она приходила. Просто скажи, есть ли у тебя в системе пациентка с таким именем.

Он вернулся к экрану, фактически отсекая меня.

— Не могу сказать, потому что такой пациентки у меня нет.

Я нахмурился.

— Ты уверен?

— Абсолютно, — спокойно ответил он, голос ровный, как в старом чёрно-белом нуаре. — У меня фотографическая память.

— Да-да, я помню, — закатил я глаза. — Просто уточняю, потому что она сказала, что лечится у тебя.

Нокс Рук взглянул на меня, как на случай клинического бреда.

— Тогда она солгала.

Выходит, солгала. Рук не ошибался в пациентах. Он вообще не ошибался. Если он говорит, что Рут у него не наблюдается — значит, так и есть.

— Хм, — пробормотал я, прикусывая губу.

— Разве мисс Колдуэлл не твоя девушка? — спросил он, не отрываясь от экрана, пальцы снова застучали по трекпаду.

Я вздрогнул.

— Откуда ты… кто тебе сказал?

— Моя мать, — протянул он, будто упомянул особенно неприятную болезнь. — Твоя мать и моя общаются с другими мамашами, у которых сработал инстинкт размножения. Похоже, за нашими спинами разворачивается заговор: всех нас хотят женить.

— Всех кого? — я почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Что значит «женить»?

Рук начал загибать пальцы, всё ещё играя магнитными шариками.

— Спенсер, Уэллс, Фрост… остальные трое. Их матери, насколько я знаю, в той же книжной группе, что и наши. Наши мамаши познакомились на выпускном, создали клуб по самопомощи, но, по сути, превратили его в ежемесячный штаб тайной операции по «мягкому подтолкиванию сыновей в сторону брака».

— Господи, — я оттолкнулся от дверного косяка. — Скажи, что ты шутишь.

Ледяной взгляд снова метнулся ко мне.

— Хотел бы. Моя мать вчера мне позвонила — у неё планы. — Его лицо перекосило, как у кота, который смотрит, как собака бегает за собственным хвостом. — Я даже хотел найти тебя, чтобы высказать всё — это из-за тебя всё началось.

Я положил руку себе на грудь.

— Из-за меня?

— Потому что именно ты встрял в эту историю со свахой. И теперь у них — идеи. Страшные, откровенно говоря. — Он с глухим щелчком уронил шарики на стол. — Так что логичный следующий шаг — держаться от меня подальше и срочно разорвать любые отношения.

— Уже сделал, засранец. Мы с Рут никогда и не встречались. Господи, как у тебя вообще есть пациенты? Ты орёшь на них, чтобы они быстрее рожали?

Рук закатил глаза.

— Уходи, Рид.

— С удовольствием, — буркнул я и вышел из его крохотной практики, с раздражением ударив по кнопке вызова лифта.