Читать книгу - "Интеграция - Анна Ледова"

– Именно. Драконьего яйца. Предполагаю, что это реальный масштаб. Наши храмовники тогда уничтожали всё, что напоминало об «исчадиях ада». Странно, что они пропустили этот шедевр древней архитектуры и он простоял ещё почти шестьсот лет… А уничтожил его нынешний триумвират, сместивший в своё время религиозное засилье храмовников.

– Ну-у… Ничто не вечно, – выдал глубокомысленную банальность качок.

Хетти ласково улыбнулась ему.

Университет Эбендорфа встретил привычной суматохой. Носились студенты, степенно вышагивали преподаватели. Обычная картина в любом учебном заведении в начале года. Хетти погрузилась в знакомую стихию и волнения не испытывала. Всё то же самое: явный гендерный перекос в преподавательском составе, неприкрытый шовинизм от убелённых сединами мэтров, восторженное внимание студентов. Разве что в аудиториях был слышен не тихий стрёкот клавиш, а скрип перьевых ручек.

Скандал с безвременно почившим дипломатом замяли быстро и уже назначили нового. Второй посол Северной Фларингии продержался на должности три дня.

Орша

«Вот и попил водички», – вздохнул Орша, прочитав очередное заключение о смерти. Шла третья неделя Интеграции, а бравые генералы Альянса в консульстве Эттсена мёрли как мухи.

Причины были, мягко говоря, идиотские. Генерал Корф, заслышав ночью колокола на ратуше и позабыв, что в этот мир смартфон не взял по причине его бесполезности, решил спросонья ответить на звонок. Но нащупал лишь девятимиллиметровый «Гевюр-Кадет», с которым не расставался никогда, и ответил себе выстрелом в ухо. Мышечная память не подвела.

Генерал-майор Акстен, приняв сослепу пискливую фарфалью за назойливую ночную бабочку, прихлопнул бедняжку газетой. Его самого соскребали с пола наутро – лопатами. Всем ведь ведомо, что убийца волшебной малютки мгновенно примет ту же смерть. О фарфальях генерала-майора предупреждали и даже взяли подпись, что ознакомлен с особенностями фауны Флоринге-Ратенволя. И что мстительность богини-матери Ружаны, покровительницы летающих крошек, находится вне юрисдикции имперских законов.

А генерал-лейтенант Онвершроккен вот… Попил водички. Опрометчиво забыв накрыть кувшин на прикроватном столике в Красную Луну. И, да, тоже проходил инструктаж и ставил подпись.

И обвинить некого: злого умысла со стороны империи по результатам расследований выявлено не было. Так что Орша спокойно ждал звонка, заранее подготовив ответ на ожидаемое предложение. Позвонили через час – даже раньше, чем он рассчитывал.

– …И пять дней реабилитации после. Через неделю я буду готов приступить, – сухо и чётко изложил Орша свои условия.

– Но… – на том конце линии пришли в замешательство. – То, о чём вы просите, полковник, невозможно. Таких технологий, насколько мне известно, пока нет…

– У биозов есть, – спокойно сказал Орша. – Да, и хирург мне понадобится строго определённый – записывайте фамилию… И последнее: я поеду не один. На госпожу Вейстлен также должна распространяться дипломатическая неприкосновенность, несмотря на то, что она является подданной империи. И, пожалуйста, избавьте мою супругу от этих унизительных медицинских проверок на границах буферных зон.

Хорошо, что Орша ещё не успел позавтракать. Альянс, осознав, наконец, что запас декоративных генералов не бесконечен, а текущая обстановка требует в консульстве действительно компетентного человека, действовал стремительно. Машину за полковником прислали через час. Через два с половиной его доставили в Биокорпус № 4 – закрытую лечебницу для высших лиц государства. На голодный желудок он сдал необходимые анализы и к вечеру прошёл полное обследование. Первая операция была назначена на следующее утро. Как Альянс смог надавить на неповоротливую махину Био-30, чтобы та закрутилась, словно белка в колесе, Орша даже не задумывался. У Альянса всегда находились рычаги давления.

Мысль о том, чтобы обезопасить себя от некоторых видов магии, и в первую очередь ментальной, не покидала с тех самых пор, как полковник попал в подземелья Эбендорфа. И имперские маги-экзекуторы были далеко не столь опытны и деликатны, как нерре Мортестиг… Сознание Орши потрошили часами, память пластали, шинковали на соломку и просеивали сквозь сито. А мигрени потом донимали ещё недели три…

Из-за слитой информации Орша не переживал – слишком велик был разрыв в техническом развитии миров.Тасторона просто не в состоянии была понять то, что хранилось в памяти полковника. А если их интересовали военные планы Альянса на тот момент, то выведать их у человека, изолированного на два месяца от собственного мира, было невозможно. Орша мог лишьпредполагать, а аналитическое мышление ментальному препарированию не подлежало. Только свершившиеся факты, зафиксированные в памяти.

И, конечно, тогда у него под рукой не было ни ноутбука, ни другой электроники – только голый беззащитный разум в руках менталистов чужого мира. Принцип ментальной защиты с помощью техники Вейстлен понял быстро. Если мысль – это не что иное, как электрический импульс, который опытные маги считывают почти без труда, то более сильное электромагнитное поле, естественно, создаёт помехи и искажения. И чтобы иметь гарантированную защиту от ментальной магии в мире без розеток, этот дополнительный генератор энергии нужно носить не с собой, а… в себе.

Например, зашить под кожу – в кармашек между большим и указательным пальцем – батарейку с микрочипом… Но с какой функцией? Нагрев, лёгкий разряд? Но его придётся каждый раз активировать нажатием, чтобы не ходить круглые сутки с мини-печкой или электрошокером в ладони. И как узнать, что защита нужна именно сейчас? Менталистам вроде того же Мортестига даже не нужен непосредственный контакт с человеком, они и на расстоянии способны дотянуться до разума. Нет, это устройство должно работать постоянно, но при этом не наносить вред организму.

Кардиостимулятор? Но мотор полковника пока и сам неплохо справляется, а эти штуковины, насколько понимал Орша, работают по требованию, анализируя потребность системы кровообращения и включаясь, только когда возникает необходимость. Нет, снова не вариант…

Так что звёзды, наконец, сошлись, как бы Орша этому ни противился. И на следующее утро полковник, усмехнувшись своему отражению в зеркале, лёг на предложенную каталку. А в кителе он, получается, ещё ничего. Зато без одежды вовсе – жалкий больной старик. Правая нога усохла, из-за больного сустава мышцы икры атрофировались. Зато левая, на которую в основном приходился вес тела, покрылась безобразной сеткой синих вен.

Давно он так пристально себя не рассматривал. Грудь поросла седым жёстким волосом, под рёбрами два длинных побелевших шрама. Ещё один на ягодице – от шальной пули. Бледное, сухое, морщинистое тело. Бельмо на одном глазу и невнятного цвета радужка на втором. А ещё свататься собрался… Вот так жених.

– Операция долгая, – предупредил хирург.

– Да уж надо думать, – кивнул Орша. – А жужжать будет при ходьбе? Ну, как в старых фильмах показывают?

–