Читать книгу - "Вкус твоих ран - Виктория Альварес"

века назад. Тоже самое произошло с Монтроузами, являющимися наследниками Имре Салкая, — она указала на сэра Тристана, — и с Турнелями, потомками Шома Пяста, — графиня раздраженно махнула, унизанной перстнями рукой. — Можно сказать, что все мы почти родственники.

— Дед сэра Тристана занялся сбором летописей, о которых я упоминал, — заговорил полковник Кернс. — Граф де Турнель и я познакомились, сражаясь бок о бок во время франко-прусской войны[5], хоть и не догадывались на тот момент, насколько переплелись наши судьбы. Если бы не Монтроуз и его обширные знания, мы бы и не узнали даже о том, что происходит с нашими умершими предками.

Когда полковник закончил говорить, Александр, Лайнел, Оливер и Теодора находились в полной растерянности. Взгляд профессора перебегал с одного участника разговора, на другого: два Кернса, белокурые и сильные, явно готовые противостоять любому, вставшему на их пути препятствию; сэр Тристан, словно сошедший с одной из прерафаэлитских картин[6], изображающих Рыцарей Круглого стола; Бриджит де Турнель, вся состоящая из соблазнительных изгибов, в настоящий момент рассматривала наманикюренные ногти с таким видом, словно тема разговора давно ей наскучила. Вдруг Теодора спросила:

— Я все думаю о той девушке, Либуше фон Шварценберг. Судя по фамилии, она, должно быть, принадлежала к членам какой-нибудь из королевских семей Священной Римской Империи Германской нации[7].

— На самом деле, она происходила из благородного семейства из Богемии, контролировавшего территорию, на которой ныне находятся Карловы Вары, — объяснил сэр Тристан. Это один из самых популярных в Европе курортов, минеральные источники которого ежегодно привлекают аристократов наряду с Батом и Баден-Баденом.

— Карловы Вары? — голос Теодоры прозвучал так, что все присутствующие повернулись в ее сторону. — Именно туда я собиралась отправиться как можно быстрее!

— Вы ничего нам об этом не говорили, — удивился Оливер. — Зачем вам туда ехать?

— Я приняла решение несколько часов назад, незадолго до нашего прибытия в Гавр, — ответила девушка. — Хоть Константин не позволил мне забрать ничего из того, что он мне дарил, в Карловых Варах у меня есть кое-какие вещи, принадлежащие лично мне, от которых я не собираюсь отказываться. Почти каждое Рождество мы проводили в этом городе, поэтому можно сказать, что я очень хорошо его знаю.

— Как это благородно с его стороны, — съязвила графиня, заработав гневный взгляд от Теодоры. — А то я уже представляла, как она направляется в ломбард со всеми своими туалетами и драгоценностями, дабы не просить милостыню на улице…

— На этой неделе я именно этим и занималась, и, клянусь, вовсе не умирала от стыда и позора, — отрезала девушка. — Если пожелаете, могу дать вам пару советов на будущее.

— Уймитесь, — спокойно прервал дам полковник Кернс. — Думаю, поездка в Карловы Вары — неплохая идея, Теодора, но лучше бы вам подождать несколько дней, чтобы не ехать туда одной. Мы сможем сопроводить вас, как только освободим девочку.

Теодора возражать не стала, но в уголках губ появилась очень хорошо знакомая Лайнелу линия, свидетельствующая о полном нежелании ждать.

— С другой стороны, — продолжил полковник, — думаю, самое лучшее — дождаться завтрашнего утра и уже тогда обсудить наши дальнейшие шаги. Мы не единственные, кто вовлечен в это дело, господа, у нас есть пятый союзник, который обещал связаться с нами в ближайшее время, чтобы проинформировать о передвижениях Драгомираски. Я не могу раскрыть вам имя, не получив от него разрешения, но именно он сообщил мне, что вы находитесь в доме князя. Обещаю, что, когда вам придется вновь встретиться с этим мерзавцем, мы будем рядом.

— Мы слишком долго ждали, чтобы исправить все наши промахи, — согласился сэр Тристан. — Если бы наши предки сразу поверили в эту историю, нынешняя ситуация была бы совсем иной. Столетия назад трем рыцарям не удалось остановить Драгомираски, но, возможно, именно мы сможем это сделать.

— Вы… вы серьезно? — Оливер, казалось, не верил собственным ушам. — Вы поедете с нами спасать Хлою, несмотря на возможный риск?

— Милорд, неужели вы считаете, что риск навсегда остаться неприкаянными, даже после смерти, недостаточно серьезен для нас? — спросила графиня де Турнель. Впервые она не улыбалась и от этого казалась гораздо старше. — Вы ошибаетесь, если считаете, что мы протягиваем руку помощи потому, что нам заняться больше нечем. Это дело так же важно для нас, как и для вас, а, может, даже больше. Да я бы первая с вами поехала, но, боюсь, это невозможно, — дама посмотрела на полковника Кернса, который успокаивающе покачал головой. — В последнее время у меня возникли проблемы с завещанием моего супруга, и я еще долго не смогу выехать из Парижа.

— Тем не менее, хоть я и готов горы свернуть ради спасения дочери, я не имею никакого права заставлять других делать тоже самое, — настаивал Оливер. — От помощи Александра и Лайнела я отказаться не могу, так как знаю, что они просто проигнорируют мои возражения, но вы, и, особенно, мисс Кернс, — совсем другое дело…

К его изумлению, Кернсы расхохотались так, что лежавшие на ковре собаки графини встревоженно подняли головы.

— В чем дело? Я сказал что-то не то?

— Нет, лорд Сильверстоун. Вам неоткуда было знать, но… — полковник положил ручищу на плечо дочери, — Эмбер — вот уже два года как тренер по джиу-джитсу в додзё[8], который Ренод и Монгрилхард[9] открыли на улице Понтье. И очень даже неплохой к тому же.

— Мне еще многому предстоит научиться у моего сенсея, мастера Каная, — добавила Эмбер. — Он всегда мне повторяет, что в моей крови слишком много запада, но, когда ситуация становится слишком серьезной, я предпочитаю пистолет.

— Что ж, вижу, что таких союзников не стоит недооценивать, — заметил Александр, не в силах скрыть свое удивление. — Было бы глупо отказываться от помощи в нынешней ситуации, в которой мы оказались. К тому же, как вы верно заметили, полковник, мы до сих пор понятия не имеем, где скрывается князь.

— Полагаю, мы должны ждать информацию от упомянутого вами человека, — согласился Оливер. — Вы поедете с нами в Париж?

— Да на что вам сдался этот Париж? — вновь улыбнулась графиня. — Оставайтесь сегодня в моем доме, я уже приказала подготовить вам комнаты в том же крыле, что и мои.

— Графиня, по-моему, это будет уже злоупотреблением вашим гостеприимством, — смущенно ответил Оливер. — Мы не можем допустить, чтобы вы рисковали по нашей вине!

— Дорогой мой, если этот дом устоял против сотен революционеров в 1792 году[10] и при этом ни один де Турнель не расстался с жизнью, то вряд ли падет перед горсткой венгров в масках. А теперь предлагаю перейти к тому, что действительно важно, — графиня с энтузиазмом хлопнула в ладоши. — С