Читать книгу - "Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений - Юлия Алексеевна Фирсанова"

халат, грудь и даже акулий медальон Мелиора. Принц, в надежде приручить таинственную вещицу, не расставался с ней ни на миг даже ночью.

Элия уловила легкую вспышку, озарившую медальон, но, возможно, это был лишь яркий лунный блик, отразившийся в серебре или темных гранях даркоманта крови. Хищно усмехнувшись, Мелиор снова кинулся в атаку, но на сей раз Кэлберт был куда осмотрительнее. Он долго кружил вокруг принца, прощупывая его защиту, но и не забывая об усилении своей, выбирая единственно верное мгновение. Наконец его сабля, стремительно мелькнув, чиркнула по груди противника, не успевшего в достаточной мере податься назад. Лезвие обагрилось кровью. Пираты разразились приветственными криками. Но порез был неглубок, кроме того, клинок встретил на своем пути сопротивление – цепочку от амулета Мелиора – и порвал ее, скрежетнув по поверхности.

Сила удара Кэлберта была такова, что вещица, как снаряд, пущенный из пращи, полетела в толпу «болельщиков», как раз в сторону принцессы Элии. Она успела отметить, что предмет уже почему-то светится вовсе не отраженным светом луны, а своим собственным, и весьма ярким. Вокруг него проносились целые радужные вихри, подобные маленьким торнадо.

Рефлекторно поймав амулет, принцесса ахнула – острая грань чиркнула по ее ладони, словно ритуальный нож. От неожиданности принцесса выронила предмет. Герцог, на всякий случай пробравшийся к Элии за время драки корсара и Мелиора, машинально подхватил вещицу еще до того, как она ударилась о палубу, и, наматывая тонкую цепочку на руку, продолжил наблюдение за поединком. Элегор не заметил, как странные вихри вокруг амулета начали увеличиваться в размерах, все убыстряя темп вращения. Наконец они превратились в настоящий радужный ветер, вырывающийся из центра самого крупного даркоманта.

Неистовый этот ветер подхватил, словно песчинки, закружил и понес Кэлберта и Мелиора, все еще увлеченных поединком, принцессу Элию и герцога Лиенского.

Через считаные секунды на палубе осталась лишь растерянная команда яхты «Принцесса» и не менее растерянные пираты, в прострации взирающие на пустое место, которое недавно занимали их великолепный предводитель и его могущественный противник.

Глава 9

Где мы и зачем?

От мелькающих в сумасшедшем радужном вихре пятен кружилась голова, и принцесса поплотнее зажмурила глаза, отдавшись на волю Творца. Цветной калейдоскоп продолжал досаждать богине и под сомкнутыми веками, но уже не столь яро, во всяком случае, ощущение тошноты прошло. Скоро – а впрочем, чувство времени она утратила одним из первых и не могла сказать, в чем измерялось это «скоро», в минутах или столетиях, – богиня перестала ощущать себя созданием из плоти, остались лишь сознание и дух. Руководствуясь каким-то иным чувством, дарованным душою, она четко понимала, что рядом в этом радужном ветре, несущем ее неведомо куда, находятся брат, герцог и этот смуглый незнакомец-пират.

«Сбывается сон», – вспомнила богиня видение, посетившее ее в Лоуленде.

Неожиданно бессмысленное кружение в пестроте оборвалось, и Элия ощутила, что падает. Но, не успев даже раскрыть глаза, испугаться и просчитать предполагаемое расстояние до земной тверди, принцесса приземлилась на что-то относительно мягкое и весьма мускулистое на ощупь. Открыв глаза, она поняла, что подушкой безопасности послужил красавчик-пират. Слева раздался чей-то придушенный вопль, полный яростного возмущения с изрядной примесью брезгливости. Скосив глаза, принцесса увидела Мелиора, который пытался спихнуть с себя герцога Лиенского, чрезвычайно удачно совершившего посадку. Чудо еще, что клинки не вонзились в плоть!

Элия, не удержавшись, хихикнула: уж больно поспешно отпрянули друг от друга мужчины.

– Какого демона?! – выругался Кэлберт и потряс головой, пытаясь прочистить мозги и сообразить, что случилось.

Какой-то странный ураган, падение и приземление. Последнее, однако, было не лишено приятности: женщина, сверзившаяся ему на грудь, на ощупь оказалась еще восхитительнее, чем он себе представлял.

«Так, красотка, яхта, поединок! Я неизвестно где, но точно среди врагов».

Мысль молнией пронеслась в сознании Кэлберта, очистив его от ватного дурмана. Одна рука пирата все еще продолжала сжимать саблю, второй он ухватил не спешащую слезть с него богиню (видно, женщина тоже пока не очухалась как следует, или тряхануло ее сильнее, чем его, вон как странно хихикает) и вздернул ее вверх, прижав к себе.

Приставив к нежному горлу пленницы клинок, пират нарочито грубо рявкнул:

– Эй, вы двое, не дергайтесь или я вашей девке вторую улыбку нарисую! Бросьте оружие на землю, руки перед собой – так, чтобы я видел!

Нисколько не впечатленная холодной сталью под подбородком, принцесса замерла, спокойно оглядываясь по сторонам: глазами-то ей никто двигать не запрещал. Вокруг, до самого горизонта, виднелись бесконечные, абсолютно безжизненные барханы светло-желтого, как волосы Джея, мелкого песка. Над головой – вылинявшая голубая накидка небес, ни облачка, ни птицы, и почти белый круг нестерпимо палящего солнца. Пахло только раскаленным песком да еще чем-то горьковато-терпким, с медной примесью крови пирата, прижавшегося к спине богини.

Вот вам и сбежала от лоулендской жары!

Элегор и Мелиор, невольно оказавшиеся в одной лодке, ощерились, переглянулись, смерили пристальными злобными взглядами корсара, положение Элии, собственное расстояние до мерзавца, взявшего в заложницы принцессу, и, поймав согласный взмах ресниц богини, нехотя разжали пальцы. Шпага и тонкий меч зарылись в горячий песок, истоптанный лишь собственными следами богов.

– Отпусти ее! – решительно потребовал принц, пытаясь воззвать к самолюбию Кэлберта. – Давай решим дело между собой, как подобает мужчинам. Ты, я и наши клинки.

– Ха, а если я убью тебя, меня прикончат этот юнец и твоя сестрица? – не поддавшись на провокацию, осклабился пират.

Изо всех сил он пытался найти выход из патовой ситуации, в которой Элия была единственным козырем, но, черт побери, мужчина не знал, как его использовать, да и мутило его при мысли о том, чтобы причинить храброй красавице вред.

– Мальчики, давайте пока возьмем тайм-аут, – внешне совершенно невозмутимо, будто и не у ее сонной артерии маячило лезвие, предложила богиня. – Подраться всегда успеете. Но не стоит ли для начала выяснить один незначительный момент?

– Какой? – хрипло спросил Кэлберт, совершая первую ошибку всех террористов – идя на переговоры.

– Целесообразно ли нам сейчас цапаться между собой или лучше объединить усилия против той угрозы, с которой мы можем столкнуться здесь? – мягко пояснила принцесса, спокойно опираясь на грудь капитана корсаров.

Пират ответил Элии недоверчивым хмыканьем, но в глазах лоулендцев зажегся огонек понимания. Сообща одолеть общего врага, а потом на славу пособачиться между собой было весьма распространенным в мире Узла стилем жизни.

– Соглашайся, – почти ласково предложила принцесса Кэлберту, небрежно похлопав его по руке ладошкой. Неизвестно каким образом рука пленницы ухитрилась выскользнуть из захвата. Бархатный голос ласкал слух мужчины, заставляя искать в