Читать книгу - "Фортуна - женщина - Уинстон Грэхем"

— Идите к черту!

— Отлично. Я жду до завтра. В случае каких-либо изменений в ваших планах дайте мне знать.

Он долго, упорно жал на кнопку звонка — белый как мел и взбешенный.

— Мисс Грей, проводите джентльмена. И проследите за тем, чтобы ноги его здесь больше не было ни при каких обстоятельствах.

Я вышел на улицу и побрел по Парк-Лейн. Я свою работу выполнил, теперь выбор за ним: капитулировать или счесть мою угрозу блефом. Главное, я мог отвлечься от этой проблемы, забыть о ней и сосредоточиться на единственно важной для меня лично. Она мучила меня, как зубная боль, — каждую минуту, днем и ночью.

* * *

Генри Дэйн встал из-за стола и, подойдя к окну, потер указательным пальцем щетину на подбородке.

— Продолжайте. Я весь внимание.

— У меня нет доказательств, но, мне кажется, мы имеем дело с мошенничеством, хотя до сих пор и весьма скромным. Есть причины, по которым в настоящее время я не могу действовать открыто. Мне нужен совет такого опытного человека, как вы.

— Опустите комплименты.

Я рассказал ему обо всем, что знал и подозревал, — правда, изменив кое-какие подробности и не называя имен. Он сидел на подоконнике, дымя трубкой и стряхивая пепел в старую гильзу.

— Этот человек испытывает материальные затруднения?

— Трудно сказать. В агентстве ”Григг энд Григг” нет соответствующих сведений. Он всегда отличался замкнутостью. Несколько лет назад по его финансам был нанесен серьезный удар налогом на наследство.

— Вы считаете, что жена с ним заодно?

— … Да.

— И мать?

— Вряд ли. Я почти уверен, что нет.

— Вы можете заполучить первую картину?

— Да. Но я навел справки о художнике. Будет непросто доказать, что он не создал авторскую копию. Иногда это делается.

— В таком случае ваши подозрения беспочвенны.

— Есть и еще причины.

— Вы сами оценивали размер ущерба, нанесенного первым пожаром?

— Да.

— И подозреваете, что они замышляют новую попытку?

— Рано или поздно.

— И что они подружились с вами…

— Да. Чтобы на всякий случай заручиться моей поддержкой. Помнится, во время второй или третьей встречи этот человек поинтересовался, от кого зависит выбор посредника. И вообще, мы довольно часто обсуждали вопросы страхования: я не скрывал от него того, что знал. Жена тоже…

— А другие картины?

— Вот что я думаю. На следующей неделе я смогу завладеть ими — без особого труда. Не знаете ли вы способа отличить руку мастера от руки ремесленника? Какие-нибудь общие принципы…

Он выпустил струйку дыма.

— Бывают подделки, которые могут ввести в заблуждение опытных экспертов.

— Не думаю, что в данном случае мы имеем дело с чем-то подобным. Картины висят в холле, довольно высоко…

— И все же вы рассчитываете на время завладеть ими?

— Я имею доступ.

— В таком случае вам нужен Льюисон. У него небольшая мастерская в Вест-энде, недалеко от места, где вы живете. Чего он не знает о подделке картин, того не знает никто. До войны Льюисон отбыл два срока, но это прощено и забыто. Он оказал мне неоценимую помощь в деле Килларни. Советую сослаться на меня, иначе вы из него и слова не вытянете. Ну и, конечно, придется раскошелиться. Он не открывает рта даром.

— Этот человек… может, он разбирает я и в подделках под старинную мебель?

Дэйн саркастически усмехнулся.

— Еще бы! Он собаку съел на их изготовлении.

* * *

Попав в мастерскую мистера Льюисона, вы сразу понимали, что ее владелец — из тех, кто никогда не отказывается от выгодного предложения, будь то ремонт пианолы или изготовление воровской отмычки. Интересно, кто его страхует? Из-за якобинского книжного шкафа выступил рослый, сутулый человек с крупным носом и подозрительно принюхался.

— Мистер Льюисон?

Вместо ответа он принялся искать бифокальные очки, а найдя, уставился на меня сквозь выпавшие половинки.

— Как вы могли прочитать на вывеске, мастерская принадлежит Марте Гудман.

— Вы мистер Льюисон?

— А вам зачем?

— Мне рекомендовал вас адвокат мистер Дэйн. Может быть, вы дадите мне полезный совет. Я страховой инспектор.

Он снова потянул носом и остался не слишком доволен.

— Я не доносчик.

— Я об этом и не прошу. Все, что мне нужно, это консультация — как определить подлинность картины?

Он поиграл с очками.

— Что за картины?

— Два полотна, написанные маслом. Констебль и Липпи.

— Липпи никогда не работал маслом. Где эти картины?

— К сожалению, я не могу их предъявить. Мне нужно знать общие принципы.

— Общие принципы не помогут. Есть только один надежный способ изучить тысячу и одно произведение живописи во всех деталях. И тогда через несколько лет у вас выработается чутье. Иногда помогает метод пальпации — если копия так себе.

— Я готов оплатить ваши услуги.

Он нахмурился и неожиданно исчез за книжным шкафом. Мне показалось, будто хлопнула дверь. Я остался наедине с чучелом хорька, таращившим на меня маленькие, острые глазки.

Я уже начал подумывать, не следует ли каким-нибудь шумом напомнить о себе, но как раз в этот момент старик вернулся в сопровождении женщины, чьи габариты были ровно вдвое меньше него; она торопливо вытирала руки о фартук.

— Это Марта Гудман, — торжественно представил Льюисон. Заметив мое недоумение, он пояснил: — Кто-то же должен присмотреть за мастерской в мое отсутствие. Идемте, побеседуем.

* * *

Я вернулся домой только в седьмом часу. Можно было со спокойной совестью подождать до воскресенья, отдохнуть, сходить в кино. И тогда вся эта история приняла бы другой оборот. Но я понимал, что в моем теперешнем состоянии кино — не лучшее лекарство.

Так что я плотно поужинал и около восьми вышел из дому. Не имело смысла ехать туда до темноты. Скорее всего, Трейси с Сарой отбыли утром, но слуги могли еще добрых несколько часов слоняться по опустевшему дому. Я не знал их порядков: вполне возможно, они оставляют кого-нибудь присматривать за домом. В таком случае моя поездка окажется напрасной.

Дул сильный ветер — даже в Вест-энде. Небо заволокли тяжелые тучи; между ними изредка мелькали пятнышки холодного голубого цвета. Я вывел свой автомобиль из блока на четвертом этаже подземного гаража и покатил по Парк-Лейн и дальше через Гросвенор-плейс до Виктории. Свернул на Виктория-стрит, проехал через Вестминстер-бридж до Сент-Джордж-Роуд, а затем — кружным путем мимо ”Элефанта” и ”Касла”. Мне не было нужды торопиться.