Читать книгу - "Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон"

Старалась не обращать внимания на негативные мысли, которые крутились в голове и мучили меня. Я терпеливо отгоняла их во время разлуки с Ником. За это время я действительно делала все, отчаянно старалась заглушить негатив, пытаясь измениться, чтобы чувствовать себя лучше, увереннее, смелее. Нельзя возвращаться к началу, нет, я не сделаю ничего подобного. Именно поэтому сегодня ночью я отбросила страхи в сторону: я решила довериться Нику.

А теперь пора сосредоточиться на предстоящем мероприятии. Мне нужно одеться настолько провокационно, чтобы дурачок не смог оторвать от меня взгляд.

Утром перед юбилеем я наслаждалась компанией Брайар и Дженны. Девушки ни на минуту не умолкали, смеялись и сделали этот день намного веселее, чем я ожидала.

Дженна пригласила стилистку, которая делала прически ей и матери, когда они собирались на подобные мероприятия, и, пока мы ждали, когда она приедет, квартира превратилась в настоящий салон красоты.

Мы сделали педикюр, маникюр, а еще я эпилировала абсолютно все тело, приняла ванну с розовой солью, чтобы моя кожа чудесно пахла. Вдобавок я использовала миндальное масло, которое мама купила мне тысячу лет назад. Однажды Ник сказал, что от этого запаха ему хочется облизать меня сверху донизу.

Я улыбнулась, глядя на себя в зеркало. Я была в нижнем белье, самом провокационном, которое когда-либо надевала, и поклялась, что после вечеринки подарю Нику самую лучшую ночь в его жизни. Она будет незабываемой, и парень больше никогда не сможет смотреть ни на кого другого.

– Это платье? – спросила Брайар, доставая наряд из шкафа.

Я кивнула и взяла телефон. Мама написала, что арендованная машина отвезет нас в особняк, где будет вечеринка. Я очень нервничала, толком не знала, как поступить и что делать на юбилее, но опять постаралась отбросить страхи и с облегчением вздохнула, когда появилась стилистка.

Брайар настояла, что сама сделает прическу, поскольку уже привыкла ко всем этим красным дорожкам, на которые ее таскали родители.

Я села на стул и позволила забавной и милой женщине по имени Бекка сделать из моих волос нечто бесподобное. Она завила несколько моих прядей, а из остальной копны сделала косички и эффектно переплела их между собой. Я терпела, когда она случайно дергала меня за волосы, поскольку знала, что буду выглядеть потрясающе.

Через полтора часа я опять улыбнулась отражению в зеркале.

– Мне нравится, – заявила я, поворачиваясь, чтобы рассмотреть себя со всех сторон.

Дженна протянула мне платье. Я аккуратно надела его, наслаждаясь восхитительным прикосновением шелка.

– Ты произведешь фурор, – сказала Дженна, протягивая мне крошечную сумочку, в которой помещались только мобильник и губная помада.

Я обняла подругу.

– Разберись с Лионом, он любит тебя, не забывай.

Дженна кивнула, и я посмотрела на Брайар.

Моя соседка нарядилась в изысканное бежевое платье, которое облегало ее стройное тело и совсем не оставляло места воображению. Огненно-рыжие локоны ниспадали на плечи. Она была прекрасна.

Мы быстро попрощались с Дженной и вышли. Сели в арендованную машину, которая уже ждала нас у здания кампуса. Я удивилась, обнаружив, что водителем был не какой-то незнакомец, а Стив, весь в белом.

При виде нас он распахнул дверь автомобиля и вежливо улыбнулся.

Когда мы устроились в салоне, Стив протянул мне прямоугольную коробочку и конверт.

– От Ника, – сказал он невозмутимым тоном.

Я посмотрела на коробочку и промолчала. Значит, Ник написал мне какое-то письмо?

Брайар с любопытством наблюдала за мной, но я оставила обе вещицы на соседнем сиденье, не открыв ни конверт, ни коробочку.

– Ты не хочешь узнать, что тебе купил бойфренд?

Я помотала головой, устремив взгляд на дорогу. Сейчас нужно мыслить трезво и здраво. После юбилея мы поговорим обо всем и тогда сможем открыть друг другу наши сердца.

Поместье находилось на окраине города, и время в пути только усиливало нервозность. Когда мы приехали, я с удивлением взирала на деревья, которые возвышались слева и справа от дороги: их украсили сияющими гирляндами. Лимузины выстроились в очередь, дожидаясь, пока первые машины минуют ворота.

Когда наш автомобиль затормозил возле белоснежного особняка, телохранитель в строгом костюме открыл дверь. Пришлось приложить максимум усилий, чтобы не выдать волнения.

Я вылезла из салона, и по крайней мере тридцать пар глаз уставились на меня.

– Добрый вечер, леди, – поздоровался телохранитель, и я заметила, как он дотронулся до уха и что-то прошептал в рацию.

Мама велела мне не позировать для фото, пока я не встречусь с ней и Уильямом, поэтому я решила не светиться. Тем временем секьюрити пригласил меня следовать за ним, но я поглядела на Брайар.

– Я не собираюсь это пропускать, – заявила она, наблюдая зафотосессией с важными людьми с расчетливым интересом.

– Ты уверена? Ты не против остаться одна?

Брайар закатила глаза, пожала изящными плечами и принялась дефилировать между гостями. Я сразу сообразила, что мне точно не стоит за нее беспокоиться.

Я повернулась к телохранителю, который все еще ждал меня. Он повел меня туда, где группа репортеров брала интервью у каких-то знаменитостей. Я была ошеломлена… но вскоре увидела маму и отвлеклась. Наши взгляды встретились, и я невольно напряглась. Мы не виделись с того самого дня, когда я ушла из дома несколько недель назад. Сначала я решила, что минуло уже достаточно времени, чтобы мы могли отложить проблемы в сторону, но поняла: нам обеим еще многое предстоит обсудить.

– Ты прекрасна, Ноа! – воскликнула мать. Она подошла ко мне и тепло обняла.

Мама выглядела как кинозвезда: волнистые волосы скрепляла великолепная серебряная заколка. Платье винного оттенка делало ее совсем молоденькой. Я всегда поражалась тому, как ей удавалось выглядеть такой юной и свежей. Она никогда не являлась поклонницей строгих диет или чего-то подобного.

– Спасибо. Ты тоже, – ответила я, а потом заметила Уильяма, который общался с репортерами из «Лос-Анджелес таймс».

С того места, где я стояла, открывался хороший обзор на происходящее. Я могла наблюдать и за гостями, и за лимузинами, которые продолжали подъезжать к особняку. Каждый приглашенный был разодет в пух и прах. Мама приветливо здоровалась со всеми, кто проходил мимо, ну а для меня все это было настоящим безумием. Мне даже стало немного тяжело: казалось, атмосфера давила на меня. Мама познакомила меня с таким количеством людей, что я не могла их запомнить. А затем мы ждали, пока Уильям закончит давать интервью журналистам и подойдет к нам, чтобы сделать гребаные семейные фотки.

Переполох