Читать книгу - "Трепетное сердце - Коллин Хичкок"

– Ты роскошное животное. Такое ли у тебя имя, какого ты заслуживаешь? Не хочешь ли ты стать моим? Ты мне так нравишься, я обращалась бы с тобой как с младенцем.

– Гранд Рексфорд Пегас Австрийский.

Кажется, голос раздался из стойла.

– Благородное имя, – ответила я.

– Но вы можете называть меня Пегасом.

– Спасибо, Пегас. Ты мне так нравишься! Не знаешь, можно ли тебя купить?

– Нельзя.

Из-за стойла вышел мужчина – довольно привлекательный джентльмен с зелеными глазами и пронзительным взглядом, устремленным прямо на меня.

– Поскольку вы уже знакомы с моей лошадью, а она смущается представлять других, я опережу ее. – Джентльмен притронулся к шляпе. – Джексон Лэнг. Я слышал, как вы представлялись. Мисс Николетта Карой, я прав?

– Да. Рада познакомиться, мистер Лэнг. Прошу прощения, что вошла сюда. Просто… он ваш?

– Да.

– Эффектная лошадь.

– Очень даже.

– Где вы заполучили такое чудное животное?

– Несколько лет назад я спас жизнь одному австрийскому графу, и тот подарил мне эту лошадь. Пегас из благородной породы липпицианских лошадей.

Лэнг погладил шею жеребца. Лошадь слегка поклонилась, благодаря за ласку.

– Никогда не слышала о такой породе.

– Ах, он настоящий артист, во время приездов я показываю его горожанам. Он будет выступать, когда начнутся сумерки. Если вам это интересно, буду рад видеть вас среди гостей.

– Благодарю.

– Он великолепная верховая лошадь, прекрасно обученная всевозможным трюкам и фокусам, к тому же – мой наперсник. Когда я раздумываю над загадками, он помогает мне найти разгадку, потому что ему нравится моя работа.

– А что это за работа?

В конюшню вошел молодой человек.

– Сэр, мы с Уилкоксом будем на другом краю города. Вернемся к сумеркам, чтобы посмотреть на вас с Пегасом.

– Хорошо.

Молодой человек ушел не представившись. Джексон Лэнг буквально сверлил меня взглядом.

Что же в нем было такого особенного? Привлекательный мужчина с резко очерченными линиями лба и челюсти, прямым носом и короткими бачками, слегка тронутыми сединой. Когда он говорил, было интересно наблюдать за его усами. Не такими длинными, как у большинства, но аккуратно подстриженными.

Сейчас я уйду и расстанусь с этим мужчиной. Он был довольно привлекательным, когда мы стояли рядом с самой красивой лошадью, какую я когда-либо видела.

– До представления у меня еще довольно много времени. Не желаете выпить чаю и побеседовать?

– К сожалению, я не одета для чая.

– Пожалуйста, прошу вас. Вам очень идет это платье.

– Хорошо. Мы выпьем чаю у Мириам Бестелл.

Он взял меня под руку, мы вышли и вскоре расположились на веранде Мириам, а ее личный слуга подал треугольные яблочные пирожные и китайский зеленый чай. Вечер выдался теплый, легкий ветерок играл моими волосами.

Мы сидели молча, разговор почему-то не клеился. Первой молчание нарушила я:

– Пожалуйста, расскажите, как вы спасли австрийского графа и получили такую красивую лошадь.

– Лет семь назад я ежедневно встречался с барристерами. Я выбрал юридическую карьеру; когда жизнь моя внезапно изменилась. Мои родители жили в Лондоне, каждое воскресенье я приходил к ним на обед. Но однажды я обнаружил родителей мертвыми. Их жестоко убили, чтобы отнять шкатулку с украшениями матери и мешочек с золотом, принадлежавший отцу. Я выяснил, кто совершил это преступление. Убийц было двое. Узнав, что я их преследую, они уехали на лошадях к морю и сели в лодку. На корабле воры украли у них то, что они взяли у моих родителей. Они спокойно высадились во Франции. Затем уехал в Германию и, наконец, в Австрию. Я продолжал преследование. В Австрии они решили, что я их больше не преследую. Но я был неподалеку, наблюдая за ними.

Нуждаясь в деньгах, они снова принялись грабить и убивать. Я выследил, как они проникли в замок в Зальцбурге, последовал за ними и обнаружил, что семья связана. В тот момент, когда они собрались пытать графа, чтобы получить доступ к сейфу, мне удалось застрелить обоих и освободить семью.

Граф был так благодарен мне, что подарил при отъезде превосходного жеребенка. Пегас тогда был совсем серым. Липпицианцы рождаются серыми и остаются такими до трех лет, а потом приобретают благородный белый окрас. А еще граф прислал мне опытного тренера для жеребенка. Такую лошадь надо тренировать с большим терпением и никогда – угрозами. Липпицианцы слишком умны, чтобы учить их с помощью кнута. Они полностью доверяют хозяину. Такова история Гранда Рексфорда Пегаса Австрийского.

Я обнаружила, что подалась навстречу собеседнику. Мы разговаривали почти два часа, а казалось, что прошло всего несколько минут. Я рассказала кое-что о себе, но не назвала городов, в которых жила.

Оказалось только, что я француженка и что в юности много путешествовала по Франции. Некоторое время спустя я поинтересовалась, не назовет ли он цену, за которую согласился бы уступить лошадь.

– Милая леди, Пегас бесценен. Не могу даже представить себе сумму или причину столь серьезную, ради которой я расстался бы с ним. Невозможно продать величие. Ни при каких условиях.

С улицы к нам приблизились два молодых человека. Они вели восхитительную лошадь Джексона. Оба притронулись к шляпам и поклонились мне.

– Просим прощения, мисс.

– Ничего страшного.

– Джексон, пора начинать представление. Уже собралась значительная толпа жителей.

– Я и не подумал, что уже так поздно. Мисс Карон, извините, пожалуйста. Приходите на представление.

– Да, конечно.

– Улисс Пиви и Эдуард Уилкокс – мои доверенные помощники. Позвольте им сопровождать вас.

Оба снова поклонились.

Джексон сел верхом, Пегас встал на задние ноги и направился ко мне. Постоял некоторое время и, приняв обычное положение, медленно двинулся по улице к ожидающей толпе.

Пиви и Уилкокс встали по обе стороны от меня и предложили руки.

Пришла Мириам и попросилась пойти с нами. Уилкокс подал ей руку, и мы вчетвером присоединились к толпе горожан.

Казалось, на представление собрался весь Гластонбери. Клерки, предприниматели, рабочие, мужчины и женщины разных возрастов, даже Юм. Юм радостно отплясывал джигу, будто слышал музыку, а не шум взволнованной толпы. Кажется, он не имел ни малейшего понятия о том, что привело сюда толпу. Не думаю, что он заметил красивую белую лошадь посреди улицы или узнал меня.

У Джексона Лэнга была иная осанка, чем тогда, когда он садился. Его спина была прямее. Вместо того чтобы наклоняться вперед, он, казалось, взлетал над лошадью, когда Пегас поднимал копыта. При каждом шаге грива и хвост коня развевались от ветра, казалось, будто он летит.