Читать книгу - "Игра на камеру - Челси Курто"

года отношений я бы не узнала серийный ли он убийца.

— Неправда. Посмотри на Теда Банди. Этот чувак обманывал людей годами. — Я включаю душ и собираю волосы в пучок. — Эйден может одурачить и тебя.

— Может, не будем сравнивать любовь всей моей жизни — кстати, совершенно замечательную — с тем, кто использовал тесаки для разделки мяса на людях? И где ты, черт возьми, находишься? Это что, душ?

— У пациента был взрывной понос, и я пытаюсь привести себя в порядок перед следующим пациентом, — говорю я. — В медицинском колледже должны были раскрывать соотношение дней, когда на тебя гадят, и дней, когда на тебя не гадят.

— Если бы они это сделали, не было бы ни одного педиатра. Спасибо за напоминание о том, почему я рада, что оперирую людям мозги. — Мэгги смеется. — Увидимся вечером. Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, Мэгс. Напиши мне, если понадобится, чтобы я что-нибудь принесла.

Я захожу в душ и стону от жара на коже. Мышцы расслабляются под непрерывной струей воды, и я вздыхаю, благодарная за краткий миг заботы о себе после шести часов, проведенных на ногах. Я беру кусок мыла и намыливаю тело, очищая каждую часть своего тела, стараясь не заснуть стоя.

Десять минут спустя в комнате, полной пара, я оборачиваюсь полотенцем.

— Черт, — ругаюсь я, понимая, что не захватила с собой чистую одежду. Я открываю дверь в свой кабинет и вздрагиваю от перемены температуры. Здесь холоднее, и по моим рукам бегут мурашки.

— Вот ты где, — говорит кто-то, и я вскрикиваю.

— Какого черта, Шон? — спрашиваю я и крепко сжимаю полотенце, оглядывая комнату.

Шон Холмс, самый молодой главный тренер в истории НФЛ, нынешний глава «Ди-Си Титанс» — самой горячей команды лиги — и один из моих лучших друзей, ухмыляется, сидя на диване рядом с моим столом.

На нем одежда, которая говорит о том, что он либо идет со стадиона, либо едет на него. Серые джоггеры. Кроссовки с высокой подошвой. Футболка с длинными рукавами и логотипом «Ди-Си Титанс» на груди и кепка, надетая задом наперед.

Он бы жил в такой одежде, если бы мог.

— Привет, Лейс, — говорит он.

— Что ты здесь делаешь?

— Я был по близости и принес тебе кофе. — Он поднимает чашку, и я вижу логотип моего любимого местного кафе. При виде кофеина у меня практически пересохло во рту. — Пожалуйста, скажи мне, что ты была в душе одна.

Я закатываю глаза.

— Конечно, я была в душе одна. Сейчас середина дня, и я работаю.

— Это не значит, что ты одна, — говорит он, и его ухмылка становится лукавой и озорной.

— Мерзость. Мне не нужно знать, чем ты занимаешься в своем кабинете, и я больше никогда не сяду в то кресло с видом на футбольное поле. А жаль, ведь оно чертовски удобное.

— Не волнуйся, Лейс. Эта тайна умрет со мной.

Мои щеки пылают, и я судорожно перебираю стопку одежды, которую храню в сумке под столом. Я хватаю две рубашки, а затем нахожу пару брюк. — Дай мне две минуты, чтобы переодеться, — говорю я, поспешно возвращаясь в ванную, закрывая дверь.

— Не торопись, — говорит он. — Ты стоишь того, чтобы ждать.

— Ты говоришь это каждой девушке?

— Ты же знаешь, что нет.

Я натягиваю одежду и убираю волосы, встряхивая темно-каштановыми волнами.

— Напомни мне, почему у тебя нет девушки? — спрашиваю я, и Шон стонет.

— Я как добрый самаритянин приношу тебе кофе. Это не должно превратиться в допрос о моей личной жизни, — говорит он.

— Несуществующей личной жизни, — говорю я. Я открываю дверь и прислоняюсь к раме. Его глаза смягчаются, когда он видит меня, и он садится на диван. — Что тебе нужно?

— Разве парень не может принести своему другу немного кофеина, не требуя ничего взамен? — Он протягивает мне чашку, и я подхожу к нему, с благодарностью принимая напиток. — Есть минутка, чтобы передохнуть?

— Буквально минута. Спасибо. — Я сажусь рядом с ним на диван и откидываю голову назад на кожаную обивку. — Сегодняшний день был таким суматошным. Медсестра ушла на больничный, потом кое-кому пришлось уйти пораньше, потому что его ребенка вырвало в школе. Этот бодрящий напиток поможет мне пережить остаток дня.

— Тебе нужна помощь? Сегодня днем я свободен, — говорит он.

— Ты можешь делать уколы детям? А еще ты можешь помочь больнице, которая страдает от недостатка финансирования? Потому что в последнее время нам приходится несладко.

Шон хихикает, глубокий, гулкий звук, который заставляет мои внутренности сжиматься.

— Я умею печатать на компьютере, хочешь верь, хочешь нет. Если вам нужно еще один человек за стойкой регистрации, я готов.

— Все в порядке. Девочки справляются с хаосом, но спасибо за предложение. Ты можешь превратить это место в цирк, если мамы увидят тебя, — говорю я. — И папы тоже. Один из самых сексуальных мужчин года по версии «People» среди нас и все такое.

Я смотрю на него, а он наблюдает за мной. Я пыталась игнорировать это, пыталась не думать об этом, но нет смысла отрицать очевидную истину: Шон Холмс чертовски сексуальный.

Татуированные руки, темные волосы, сероватые глаза. Рост шесть футов шесть дюймов, мускулы в тех местах, о которых я и не подозревала. Он, безусловно, красив, но его улыбка — самое разрушительное его достоинство. Широкая и яркая, она может пригвоздить к месту. Она искренняя и немного застенчивая, как будто он не может поверить, что ему повезло жить такой жизнью.

Я знаю Шона — это имя обожает каждый футбольный фанат Америки — только благодаря парню Мэгги, Эйдену. Они лучшие друзья, и когда она начала встречаться с Эйденом после секса на одну ночь и фотосессии, ставшей вирусной, я познакомилась с очень известным и привлекательным Шоном Холмсом.

Я ожидала увидеть кого-то высокомерного. Самоуверенного. Эгоцентричного парня, который любит доминировать в разговорах.

Но он не такой. Он добрый. Уравновешенный, внимательный и терпеливый. Он хорошо ладит с детьми и останавливается, чтобы дать автограф тем, кто просит, никогда не жалуясь на то, что это занимает много времени. Он любит свою работу, но при этом усердно трудится, не позволяя подносить ему возможности на блюдечке с голубой каемочкой. Шон хочет заслужить то, что ему дают, и я чертовски уважаю его за это.

За последние двадцать один месяц мы с ним сблизились, он любимый названный дядя и крестный отец дочери Эйдена, Мейвен. Он присылает мне забавные видео, которые находит, а я пишу ему, когда он в дороге, не ложась спать допоздна, чтобы узнать о его играх,