Читать книгу - "Интеграция - Анна Ледова"

в своём замке, в компании Михеля и Катарины. В девять, перебравшись через кухонное окно, в гостеприимном семействе Анники, там же был Вейстлен. Кирен задерживалась. В какой-то момент Александр поднял голову, будто прислушиваясь, и сверился с наручными часами.

– Девять тридцать ровно по вашему времени. А ваши коллеги пунктуальны, – сообщил он полковнику. В ту же секунду пиликнул смартфон Вейстлена.

– Да, купол только что деактивировали, – подтвердил он. – Машина за вами подъедет минут через десять.

Неспешно допив кофе, через семь минут Александр постучал в дверь дома напротив.

– Открыто! – донёсся изнутри голос Бэртеля.

Александр пожал плечами и зашёл внутрь. В гостиной стоял сам коновал, напротив него Римми. Оба были заметно напряжены и избегали смотреть друг другу в глаза.

– Отлично, – широко улыбнулся Александр. – Полагаю, вы оба готовы ответить мне «да». Тогда карета подана, друзья.

Кэл

Римми почти не спала ночью, а из-за её переживаний не мог уснуть и Кэл. Через две стены доносились отголоски обиды, злого отчаяния и растерянности. Риммина злость кололась зазубренными иголочками. От её негодования чесалось под правой лопаткой. Лишь под утро Кэл почувствовал, что по лбу будто провели прохладным платком – это Рим внезапно испытала облегчение. Наверное, приняла какое-то решение, которое позволило ей успокоиться. Мортестиг был прав: ментальные щиты в мире магии – острая необходимость. Особенно у свеженародившихся магов со склонностью к менталистике.

Встали оба поздно и столкнулись в гостиной. Кэл сердился на себя, что не смог накануне дать отпор Мортестигу, и это по его вине Рим сейчас в таком состоянии. Но гораздо сильнее тревожило другое. Он тоже принял решение ночью. И теперь не знал, как сообщить Римми, что намеревается поступить в магический университет Эбендорфа. Нет, он, конечно, не раз говорил ей о том, как это было бы здорово, и, что если стороны договорятся, у него будет действительная, а не призрачная возможность… Но Кэла не покидало ощущение, что Римми не воспринимала это всерьёз. Да он, честно говоря, и сам до конца в это не верил. Пока, спустя два часа после разговора с Римми, Мортестиг не прислал Кэлу магическую записку.

Это было именное приглашение от ректора эбендорфского университета. Господину нейру Келлинну Бэртелю предлагалось посетить знаменитое учебное заведение лично (все расходы приглашающая сторона берёт на себя), и в случае взаимной симпатии пополнить ряды студиозусов. Вступительные экзамены – формальность, ведь представитель такого славного рода непременно обладает всеми необходимыми задатками для обучения в лучшем университете империи… А учитывая накопленный жизненный опыт абитуриента (это ректор так деликатно обозначил его возраст, понял Кэл), возможно и сокращённое обучение по индивидуальной программе.

Такое предложение выпадает… Нет, даже не раз в жизни. А с обретённой магией нужно было срочно что-то делать. У Римми не хватало терпения, чтобы обучать Кэла азам владения магией. У его новых родственников образования не было вовсе, разве что Михеля поднатаскал сам Мортестиг, но Михель был постоянно занят в Рате-Скуоле. Такой шанс упускать нельзя. К тому же новый мир, магия… Даже полковник сказал, что это уникальная возможность. Но Рим…

Как оставить её здесь одну? В чужом мире, оторванную от семьи, от привычных вещей? Нет, о ней, конечно, позаботятся. И Крис, и Анничка, и полковник присмотрит. Но ведь два месяца назад она пришла именно к нему, к Кэлу. Доверилась «демону», не побоялась… А он ради собственных амбиций нанесёт ей новую рану своим отъездом…

– Я уезжаю в Отцен! – вместо «доброго утра» выпалила Римми, когда они столкнулись нос к носу в гостиной. Она нервно мяла футболку и не смотрела Кэлу в глаза. – Кэл, ты только не подумай, что я какая-то неблагодарная… Или того хуже… Что это я из-за нейра… Вроде как поманил, и я тут же согласилась… Нет! Мортестиг вообще ни при чём, просто у меня есть обязательства… Не считай меня какой-то легкомысленной или глупой! Всё не так!

– А я в Эбендорф, – только и сумел выдавить Кэл в ответ.

В дверь постучали.

– Открыто! – крикнул Кэл.

Вот уж вовремя. Кого бы там ни принесло, а без посторонней помощи Кэл не знал бы, как избавиться от повисшей неловкой паузы. В гостиную вошёл Мортестиг – до неприличия свежий и бодрый. Окинул заинтересованным взглядом незаконченную безмолвную сценку и привычно мерзко улыбнулся.

– Отлично. Полагаю, вы оба готовы ответить мне «да». Тогда карета подана, друзья.

– Да погоди, ты куда лошадей-то гонишь? – не понял Кэл. – Какая нахрен карета? Прямо сейчас? Ничего ж ещё толком не решили… А вещи собрать, а документы? У нас, если что, бюрократия по щелчку пальцев не работает. А у Рим вообще ничего толком нет, ей вещей ещё всяких заказать надо…

Нейр, даже в такое раннее время выглядевший безупречно, наградил Кэла высокомерным взглядом.

– Ну неужели вы думаете… О, да, прошу прощения. Ты. Ты думаешь, Келлинн. Что я не обеспечу мою личную помощницу всем необходимым? – язвительно спросил Мортестиг, намекая на то, что сам Кэл оказался на это не способен. – Как минимум одеждой, соответствующей её новой должности.

– Мне от вас ничего не нужно! – прошипела Римми. – У меня есть одежда. Возьму то, что мне Крис отдала.

– Не возьмёте, Аримантис вей Дьечи. И ты, Келлинн, ничего из своих вещей тоже. А потому не будем терять время. Машина ждёт снаружи.

– Да какого!.. – рассвирепел Кэл. – Я ещё не умылся даже!

– О, через десять минут нас всех умоют, – весело кивнул Мортестиг. – У нас в таком случае говорят: вход велленс, выход – пять. Выезд из буферной зоны – а ваш уютный Рэтскволл приобрёл этот статус ровно десять минут назад – будет осуществляться по карантинному протоколу це-три-ноль-шесть-бета. Знакомы с ним или пощадить до поры нежные чувства Аримантис?

Кэла машинально передёрнуло, как только он услышал кодовое обозначение. Сглотнул. Проигнорировал вопросительный взгляд нахмуренной Римми.

– Всего-то полтора часа позора, – пожал плечами нейр. – Я это проходил уже семь раз. Раньше начнём – раньше выйдем.

– О чём это он? – напряжённо спросила Римми, дёрнув Кэла за руку.

Кэл замялся, отводя глаза.

– Ну-у… В общем-то, он прав, Рим... Брать с собой ничего не придётся… Как бы смысла нет…

Протокол С306ᵝ, как и даты Четвёртой Био, были намертво вколочены в память каждого жителя Северной Фларингии. На случай повторения давешних событий. Сам