Читать книгу - "Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода - Анастасия Пенкина"

Если через три дня кашель не станет мягче, не станет отходить мокрота, то приходите снова. Но должно помочь. — Чем я… — начала она. — Потом, — мягко остановила я ее. — Когда поможет, разберемся. Сейчас идите к дочери.

Она поклонилась, прижала бутыль к груди и почти побежала прочь.

Я смотрела ей вслед. Внутри не было уверенности, я не врач, не лекарь с магией. Но шансы были неплохие. Пятьдесят на пятьдесят. Зато я приготовила первое настоящее лекарство из местного сырья.

Я повернулась и пошла обратно в замок, мысленно добавляя в список дел новый пункт: «Найти и заготовить другие полезные растения, как только сойдет снег».

Если так и дальше пойдет, замок превратиться в местную аптеку. Зато наши шансы на выживание значительно повысятся.

Вот только меня ждала совсем другая слава в этих краях.

Глава 5

Месяц спустя

Кабинет короля Торальда был одним из немногих мест в столице, где Корвин Мерквуд позволял себе расслабиться, опустить плечи, нарушая привычную железную выправку. Здесь можно было быть не только драконьим генералом, но и просто Корвином. Ну почти.

В камине потрескивали дубовые поленья, отбрасывая на стены, увешанные картами и охотничьими трофеями, пляшущие тени. Воздух наполнился дорогим коньяком, который король разлил по хрустальным бокалам, откровенно игнорируя протокол аудиенции.

Король Торальд, мужчина лет сорока пяти с умными, усталыми глазами и легкой сединой в темных волосах, откинулся в кресле, изучая своего друга.

— Хватит кивать, как марионетка на ниточках, — сказал он наконец низким басовитым тоном, отпивая коньяк. — Мы одни. Отложи генерала в сторону и скажи мне, как ты, Корвин? По-настоящему.

Корвин, стоявший у камина, медленно повернул к нему голову. Кожаная повязка на правом глазу резко контрастировала с белизной накрахмаленного воротника.

— Справляюсь, ваше величество. Дела в порядке. Поставки для армии идут по графику, пограничные форпосты бдительны, учения прошли хорошо...

Торальд вздохнул, поставив бокал с легким стуком.

— Я не о бумажках, которые ты подписываешь, благо в твоей честности я не сомневаюсь. Я о другом. — Его взгляд стал пристальным. — О том, что ты прячешь под этим безупречным мундиром. Старые раны… они все еще напоминают о себе, так ведь?

Корвин почувствовал, как по спине, под тонкой рубашкой, пробежал холодный пот. Конечно, король догадывался. Лекари, к которым Корвин изредка наведывался в тщетной надежде, были верными подданными короны. Их долг докладывать о состоянии здоровья ключевых фигур королевства. Особенно если это состояние угрожает дееспособности армии.

Он сделал глоток коньяка. Огненная волна на секунду заглушила знакомое, глубокое нытье под ребрами, где когда-то осколок уничтоженного артефакта на границе с Мглистыми горами пробил драконью чешую, не дойдя до сердца на волосок. Осколков было много. Но только один угрожал жизни Мерквуда. Зато другой угодил прямо в драконий глаз.

— Иногда, — выдавил он коротко, глядя в пламя.

— «Иногда», — повторил Торальд с горькой усмешкой. Он поднялся, двигаясь как мощный, но немного неуклюжий медвдь. Король подошел к окну, за которым вечерняя столица зажигала первые огни. — Корвин, если снова начнется… Если пещеры Мглистых Вершин изрыгнут новый удар, если те твари решат, что граница проведена зря и перемирие — слабость… — Он обернулся, и в его глазах не осталось ни капли дружелюбия. — Мне нужен генерал. Генерал во всей своей боевой мощи! Не советник в кресле, скрывающий гримасу боли за бумажками с докладами. Мне нужен лорд-дракон, который сможет снова вести армию в бой. А не человек, которого может свалить с ног внезапный спазм на ровном месте.

Не стоило обманываться, это был не дружеский упрек. Король только что вынес приговор, и до его исполнения не хватало одного слова или даже взмаха руки.

Корвин молчал. Что он мог сказать?

— Я понимаю, — сказал он наконец совершенно равнодушно.

— Я знаю, что понимаешь, — Торальд смягчил тон, но в нем все еще слышался лязг стали. — Пойми и ты меня. Я забочусь о друге, которого не хочу потерять от какой-нибудь непонятной внутренней хвори. И о королевстве, которое не может потерять одного из лучших драконов накануне возможной новой войны.

Король отпил коньяк и его взгляд снова стал острым.

— Поэтому мой приказ, как друга и как короля, один: найди способ поправиться. Выжги эту хворь, вырежи, вытри каким угодно зельем. Любой ценой, Корвин. Любым способом. Пока есть время. Потом его может не остаться.

«Любой способ». Слова прозвучали как разрешение на отчаянные меры.

Корвин кивнул, ощущая, как холодная тяжесть ложится поверх привычной боли.

— Я сделаю все, что в моих силах, ваше величество, — произнес он и поставил почти полный бокал. Коньяк больше не грел. — С вашего позволения.

Торальд молча кивнул, провожая генерала Мерквуда тяжелым взглядом.

Корвин вышел из кабинета. Боль под ребрами, притихшая на время разговора, снова дала о себе знать, назойливо и злорадно.

«Любой способ», эхом отозвалось в голове. Оставалось лишь понять, какой из способов не убьет его раньше, чем успеет помочь.

Частный кабинет мастера Элгара находился в тихом переулке, вдали от шума центральных улиц столицы. Сюда Корвин приходил уже не в первый раз. Как пациент, чья надежда медленно, но верно таяла с каждым визитом. Сегодня, после разговора с королем, этот визит ощущался особенно горько.

Мастер Элгар только что закончил диагностику. На столе между ними, на бархатной подушечке, лежал диагностический кристалл. В его глубине, как и полгода, и три месяца назад, мерцали все те же тусклые, ядовито-багровые искры. Они отмечали очаги боли под ребрами Корвина и пульсирующее напряжение в районе правого глаза. Картина нисколько не изменилась.

Старый лекарь с тихим звуком отодвинул кристалл от себя.

— Лорд Мерквуд, — старик устало развел руками. — Я не могу сказать ничего нового. Магия тех осколков… она не просто помешала ранам регенерировать и зажить неправильно. Она въелась в плоть и в самую суть жизненной силы. Это не просто шрам или осколок. Это… отпечаток той тьмы, что была в том артефакте. Он медленно отравляет связи между вашими ипостасями. Целительская магия не берет эту дрянь. Теперь это часть вас…

“Смиритесь”. Мастер Элгар не сказал это вслух, побоялся. Но Корвин умел читать между строк.

Он слушал, глядя на огонь в камине, где равнодушно потрескивали поленья. Слова короля жгли изнутри сильнее любого пламени. А здесь ему снова, в который раз, мягко и беспомощно, указывали на дверь, обрекая на участь калеки.

— Значит, выхода нет? — спросил он сквозь зубы. Вопрос был риторическим, вызовом. Он знал ответ. Но хотел услышать его снова, чтобы эта фраза выжгла последние глупые надежды.

— Моего искусства