Читать книгу - "Клетка - Лиза Бетт"

class="p1">Прохладная вода окутывает тело, но мое лицо в горячих ладонях Джека горит. Он обхватил его и впился в губы настойчиво и жадно. И мне не хочется прерывать эту ласку, потому что все мое естество трепещет перед ним. Джек. Тот самый ненавистный, несносный, нахальный, сводящий с ума парень, в которого я влюблена с самого раннего детства, наконец целует меня по‑настоящему. Не целует даже, сжирает.

Жар его горячей ласки напитывает меня, прохлада ночи уже не беспокоит, мое тело горит, склеенное с его телом. Наши губы дразнят, вступают в схватку, капитулируют, наши языки подталкивают друг друга, будто на поле боя именно они решат исход битвы. Меня начинает трясти.

Джек опускает свои ладони на мои плечи, скользит по ним, цепляет мои запястья под водой и забрасывает на свою шею, вынуждая меня обхватить ее. И тут же возвращается к моему телу. Жадно, как дорвавшийся до сладостей гурман, исследует горячими ладонями грудь, уводит кисти ниже, сжимает бедра и ловко подхватывает меня, отрывая от дна. Чтобы удержаться на поверхности мне приходится обвить ногами его талию, но это именно то, чего мне хочется.

Я готова сделать все, что он только захочет. Я слишком долго о нем мечтала…

– Надо было взять тебя еще тогда… – Джек сбивчиво шепчет мне в губы, упиваясь близостью. Его тело раскалено, руки канатами обвивают мою талию, – Если бы я только знал, какая ты сладкая, Кейт…

Его пальцы скользят к моим бедрам, сжимают ягодицы, дергают меня к паху, и колом стоящий член упирается в меня сквозь тонкую преграду купальных плавок Джека. И это отрезвляет лучше любого ледяного душа.

Что я творю?

Отталкиваю Джека, он растерявшийся и разомлевший от поцелуев выпускает меня из рук от неожиданности.

– Не смей больше касаться меня, ты слышишь? – Мой голос охрип. – Поверить не могу, что ты сумел снова усыпить мою бдительность!

– Катрин, пожалуйста… – мольба в его голосе так неожиданна, как и его улыбка тем летним днем. Она шокирует меня, я застываю, не веря в происходящее.

– Я не могу забыть тебя. С того самого дня, когда мы впервые встретились в саду, я не могу прогнать мысли о тебе.

От этих слов меня охватывает бешенство.

– Я же была еще ребёнком!

– Но я – нет. Я уже знал, что можно делать с девушками и, черт возьми, они мне это позволяли.

Напрягаюсь. Я знаю – Джек не врет. Он всегда выглядел старшего всего возраста. Ему было шестнадцать, когда мы встретились впервые.

– Я не хотел обидеть тебя и не хотел пугать. – Он продолжает шокировать меня, – просто пытался спасти тебя от плохих людей. Ты была так прекрасна, они бы причинили тебе боль… Я не мог этого допустить.

– Плохих людей? – вспоминаю взгляд его отца в то утро, когда Джек учил меня плавать во второй раз. Значит, мне не померещилось…

– Ты стала моим наваждением, Кейт. Каждый год я приезжал, лишь бы встретиться с тобой здесь.

– Но ты постоянно меня отталкивал, – не понимаю, не верю ему, все сказанное кажется сном.

– Я не мог иначе. Они узнали бы, что ты дорога мне и забрали бы тебя у меня…

Мотаю головой, глядя в черные как эта ночь глаза Джека.

– Дядя Гарольд защитил бы меня от них, – и от тебя. Конец фразы так и не срывается с моих губ.

– Никто не может спастись от клана Моретти. И никто не может противостоять ему, Кейт, – Джек произносит это обреченно и даже с ненавистью. – Ты понятия не имеешь, на что они способны.

Он намеренно дистанцируется, не причисляя себя к своей семье?

– Но Джек…

– Катрин, – он перебивает меня, вновь делает шаг ко мне, но не для того, чтобы поцеловать. Он приближается, но не касается меня, нависая сверху. – Настанет день, и я заберу тебя себе как мечтал все эти годы. И ты не станешь противиться.

Мотаю головой в безмолвном отрицании. Но сама не понимаю, что именно опровергаю.

– Ты не станешь противиться, Кейт. – Повторяет настойчиво. – Ты родишь мне сына.

Распахиваю глаза, я не верю, что он всерьез.

– Ты будешь матерью моих детей.

– Джек…

– И ты наконец станешь моей. – Снова перебивает. – Но сперва я положу конец тому беспределу, что творит мой отец. Я очищу имя Моретти от грязи, чтобы ты могла носить его с гордостью.

С этими словами Джек разворачивается и выходит из воды, больше на меня не взглянув. Я провожаю его взором до границы имения, и постепенно его силуэт растворяется в темноте.

Но его странная клятва навсегда остается со мной.

Через несколько дней Эдна сообщает, что Джек погиб в автокатастрофе.

Глава 14. Кейт

Наши дни.

– Черта‑с‑два ты выйдешь из дома ночью! – Майкл подрывается с пола и в бешенстве тычет в мою сторону пальцем. – Слышишь меня?

– Отвали! – огрызаюсь. Подкатываю глаза и отмахиваюсь от его наставлений. Разговор с Синтией немного привел меня в себя. В обществе подруги я чувствую себя спокойнее. Пусть даже это общество не в живую, а по телефону.

Подумать только, я хотела доверить этому типу свой секрет! Как я могла забыть, какой он тиран, любящий отдавать команды? Больше я не совершу ту же ошибку.

– Ты не имеешь права приказывать мне, ты не моя мамочка! И не мой папочка! Так что вали, мне надо собираться! – С этими словами, я разворачиваюсь и достаю из косметички тушь.

Каждой клеточкой своей кожи я чувствую бешенство Майкла. И по моему телу проходят мурашки. Я усилием воли заставляю себя не обращать внимания на тепло, зарождающееся внизу живота.

Майкл продолжает стоять на месте и сверлить мою спину взглядом.

– Лилит говорила тебе о похищениях? – он кажется взял себя в руки, и моя кисть с тушью замирает на полпути. Я откладываю свое занятие, ловлю его отражение в зеркале и вздыхаю.

– Хватит изображать из себя заботливую наседку, тебе это не идёт!

– Это не шутки, Кейт! А может, ты захотела стать секс‑рабыней? Я могу тебе это устроить. – Его голос становится ниже, в нем появляются странные нотки, которых я доселе не слышала. И глаза цвета черного кофе сверкают недобрым блеском. Мне становится не по себе.

Я отгоняю дурное предчувствие и заставляю себя закончить начатое. Макияж наложен, я могу отправляться.

– Если бы я захотела стать, кем ты там сказал, – после паузы заговариваю, – я бы выбрала кого‑нибудь посимпатичнее, чем ты, себе в господины.

С этими словами я покидаю комнату, оставив ошарашенного парня