Читать книгу - "Медвежье сердце - Елена Михалёва"

Ясноглазые и улыбчивые. И одинаково остроухие. Последнее поразило Норлана в их внешности более всего.

– Все прошло удачно, милорд Халиндель? – Императорская канцеляристка с приветливой улыбкой подошла к сидам.

– О, вполне, моя леди, – глава делегации низко поклонился девушке, а затем перехватил ее руку, чтобы запечатлеть быстрый поцелуй на нежных пальцах. – Через неделю увидимся снова. Обещаю приятный сюрприз и для вас, леди. Спасибо за вашу работу.

Девушка ответила реверансом и дежурной вежливой благодарностью. Никакого кокетства или фамильярности. Похоже, она давно привыкла к повышенному мужскому вниманию на своем рабочем месте, что неудивительно – канцеляристка и впрямь не была лишена очарования.

Ее черные волосы сбегали по спине густым водопадом из вьющихся локонов. Такие же аккуратные локоны обрамляли красивое, чуть высокомерное лицо с большими голубыми глазами, немного раскосыми, как у лани. И без того привлекательная, она слегка подчеркивала природную красоту губ нежной, золотисто-розовой помадой, а еще чернила ресницы и рисовала аккуратные стрелки на веках. Девушка была слишком хороша, чтобы быть обыкновенной помощницей для бумажной работы, но в приемную Императора вписывалась как нельзя гармонично.

Невысокая канцеляристка была обладательницей точеной фигуры, затянутой сейчас в необычное одеяние синего и белого цветов с золотой шнуровкой. Ее наряд напоминал нечто среднее между целомудренным платьем глухого кроя и мантией чародея с разрезами до бедер на юбке, в которых виднелись стройные ноги в синих брюках и белых сапогах. Глухой ворот под горло. Плотные рукава с узкими манжетами. Ни кусочка открытого тела, кроме кистей рук. И все же наряд ее был до головокружения соблазнительным, настолько прелестно смотрелись в нем высокая грудь и тонкая талия, покатые бедра и нежные длинные пальцы. Ничего удивительного, что даже сиды залюбовались ею, покидая императорскую приемную.

Наконец делегация в оливковых камзолах скрылась на лестнице, и канцеляристка вновь обернулась к архимагу и его спутникам.

– Я доложу Императору, что вы прибыли, – девушка с почтением склонила голову.

– Спасибо, Хиннари, будь добра, – сухо произнес Авериус Гарана.

Канцеляристка снова поклонилась. А затем бросила еще один быстрый взгляд на Ивроса и спешно скрылась за большими золочеными дверями.

В наступившей тишине Керика шепнула, обращаясь к импери:

– Волнуешься? – Она лукаво прищурила зеленые глаза.

– Волновался бы, если бы понимал, что меня ожидает, – также шепотом ответил он.

– Хорошо, – мастер над рунами окинула придирчивым взглядом его темно-синий камзол. Одежда мужчины была скромной и слегка поношенной, но вполне опрятной. Не для парадного приема, конечно, но для первой частной встречи с правителем сгодится. – Будь вежлив. Отвечай прямо, но много лишнего не болтай. Если что, мы рядом.

Ив приподнял одну бровь.

Керика ободряюще подмигнула.

Авериус тяжело вздохнул.

А золоченая створка отворилась, и на пороге возникла Хиннари.

– Пресветлый Император готов принять вас, – канцеляристка посторонилась, пропуская посетителей.

Авериус Гарана прошел в приемную первым. За ним проследовала Керика. Иврос замыкал их небольшую делегацию. Хиннари плотно закрыла дверь прямо за его спиной, оставив наедине с тем самым легендарным демиургом, о котором слышал каждый человек в мире.

Гости оказались в просторном полукруглом зале с колоннами и множеством окон от пола до потолка. Такой же белый мрамор кругом. Ни единого стражника внутри. Даже трона не было. Кипенный мрамор и массивная беленая мебель. Яркие пятна – две громоздкие кадки с маленькими зелеными деревцами по обе стороны от закрытых двухстворчатых дверей на балкон. А еще букет нежных персиковых роз в стеклянной вазе посреди длинного обеденного стола. Вокруг стола – плотно придвинутые стулья. На нем – несколько аккуратных стопок бумаг и карт, а также подставка со свернутыми свитками. Еще одна карта с изображением всего мира занимала целую стену. Под ней, ближе к дальнему углу комнаты, стоял письменный стол. А за этим столом в тяжелом кресле с высокой мягкой спинкой сидел он. Пресветлый Император Салдор Септиан собственной персоной.

Сидел и чистил яблоко маленьким ножиком.

Никаких корон или соболиных мантий.

Даже никакого древнего старика с окладистой бородой.

Император оказался высоким поджарым мужчиной. Его короткие, зачесанные назад седые волосы имели оттенок благородной платины. Легкая растительность на лице больше походила на очень короткую бороду, нежели на просто небрежную небритость. Высокие, четко очерченные скулы и прямой нос с небольшой горбинкой придавали портрету правителя аристократичность, равно как и ясные васильковые очи. Лишь благородная седина, отчетливые морщины в уголках глаз, вокруг губ и между бровей говорили о том, что мужчина был немолод. В остальном лицо Салдора Септиана ничем не выдавало его истинный возраст в почти две сотни лет.

– Три часа у меня просидели, – вместо приветствия возвестил он и отправил в рот небольшой кусочек яблока. – Думал, никогда не уйдут. Планировал уже умереть от голода.

– А тут еще мы явились, – Авериус Гарана тихо усмехнулся.

Император кивнул в сторону большого стола.

– Присаживайтесь. Я сейчас подойду.

Чародеи сели в ряд спиной к окнам и лицом к Императору.

– Знакомые розы, – заметил ректор, бросив короткий взгляд на цветы в вазе.

– Евания была у меня вчера утром, – правитель захрустел новой долькой яблока. – Велела увеличить финансирование ремонтных работ.

– Велела? – на всякий случай уточнил архимаг очень осторожным тоном.

– Пришлось подписать приказ для казначейства. Даже возразить не позволила. Мне весьма сложно спорить с твоей женой, как ты знаешь, – Салдор Септиан усмехнулся. – Но я приказал страже в следующий раз, когда она придет, сказать, что я уехал из города.

– Это не поможет, мой Император, – Авериус Гарана забарабанил пальцами по столу.

– Знаю. Но попробовать стоит, – Салдор Септиан убрал в ящик нож и положил остатки яблока на фруктовую тарелку, где лежала еще пара плодов. – Я рад, что вы вернулись так скоро.

Император встал со своего места.

Керика и Авериус Гарана последовали его примеру.

Поднялся и Иврос, совершенно не понимая, чего от него ожидают, да и сам рассчитывавший на нечто иное. Салдор Септиан никак не вписывался в его представления о монархах.

Жемчужно-белый камзол Императора украшала тонкая геометрическая вышивка золотой нитью на манжетах, у высокого ворота и вдоль ряда мелких круглых пуговиц с гербовой короной. Такая же корона красовалась на массивном перстне на безымянном пальце правой руки. Никаких иных украшений и сложностей в наряде не было. Высокие темно-серые сапоги из мягкой кожи и черные брюки, заправленные за голенища, а также строгая выправка делали правителя более похожим на воина, нежели на изнеженного вельможу.

Император прошествовал к длинному столу и занял место во главе, так, что Авериус Гарана сидел по правую руку от него. За ним расположилась Керика и далее – Иврос. Норлан сел самым последним.

– Удалось возвратить