Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

ведьмам, которых все знали как убийц и расточителей. Впервые брат стал мне так ненавистен. От одного только его страдальческого вида воротило. Ему нужно было изначально послушать меня. Пускай внушение не подействовало – я просил спрятать ее и переждать. Тересе попросту нельзя было появляться в нашем мире.

– Какого черта ты ничего не делаешь?! Хотя бы сделай вид, что ищешь ее!

Я ударил его по лицу. Настолько сильно, насколько мог. Челюсть Кристиана предательски хрустнула, а ноги подкосились. Из губы же хлынула кровь.

– Как ты посмел это допустить?

Пинок в живот, затем еще один. Мне было до омерзения больно внутри. Я понимал, что неправ. Понимал, что Кристиан не виноват, но продолжал злиться, потому что больше не на кого. Потому что по-прежнему чувствовал отвращение к тому, как подло он отобрал ее у меня. Когда мне поручили следить и охранять Тересу, я посчитал данное судьбой. Она понравилась мне с ходу. А кому не понравится? Красивая, умная, смешная, местами эксцентричная. Мы оба являлись неопытными. Отношения, в принципе, для нас оказались впервые. Мне было плевать на запрет. И даже когда пришлось отдалиться после пробуждения силы, я не забывал о ней ни на день.

– Почему, Кристиан? Ответь мне: почему?!

Брат не отбивался и не отвечал. Молча принимал очередную порцию побоев, глядя куда-то сквозь. Так продолжалось еще долго, если бы нас не разнял дядя. Он был крайне нами недоволен. Я ожидал получить выговор, однако Войцех позвал меня за собой в кабинет не для этого. Он множество раз проверил, чтобы нас никто не подслушивал. И только потом начал:

– …Сможешь? Подумай хорошо, прежде чем ответить.

– Это спасет?

– Вы с Кристианом думаете совсем не о том, о чем следовало бы. Это может спасти не Тересу, а нас всех. Нельзя позволить завесе пасть. Мир будет в разрухе, если война между светлыми и темными снова начнется. Наше секретное существование рядом с людьми будет под большой угрозой.

Я напряженно на него зыркнул, он – в ответ. Песок в настольных часах медленно переползал вниз. Подбираться к Александру рискованно, и Войцех знал это. Поэтому такое поручение досталось мне, а не Кристиану. Чистокровный наследник важнее гиповампа. Как бы дядя ни хотел это скрыть, разница отношения ко мне и к Кристиану была слишком явной.

– Хорошо. Я согласен.

– Что ж, тогда слушай. И никому, Рафал… Понял? Никому не рассказывай о том, что услышишь. Сделаем так…

Дядя поведал мне о разговоре с Элизабет Грант. О ее жидкой энергии и контракте с Александром Драгомиром, который спрятал Поль Дюбуа в заброшенной хижине в Запретном лесу. Поведал и о ключе от сундука, находившемся в доме самого Драгомира. Прежде чем выкрасть его, мне требовалось узнать координаты особняка Александра, чтобы туда перенестись. Для этого – втереться в доверие, что оказалось совсем не просто. Даже в квартиру мадам Бернар Драгомир перенес меня самостоятельно. Однако мне удалось. В тот день, когда он потерял хватку из-за резкого отказа короля фей диких земель. Ключ был найден, да. Ключ от пустого сундука.

– Может, у него двойное дно?.. – с надеждой спросила Ханна.

– Нет. Контракт забрали до нас. И это точно.

– Но зачем тогда снова заговаривать стену и подкладывать внутрь пустой сундук?

– Ловушка… Наверное. Драгомир, Дюбуа, Бернар… Они все умны и хитры. Есть много разных вариантов исхода.

Ханна громко чертыхнулась, с каждой секундой хмурясь все сильнее. Наше с ней настроение было, пожалуй, схожим. Меня окатило волной разочарования и кучей мыслей по поводу дальнейших действий. Безоговорочно нужно найти контракт, и сделать это как можно раньше. Время уже на исходе.

– Тебя раскрыли, так? Раз уж контракт забрали, – вынесла вердикт Ханна.

– Его могли забрать раньше, – принялся спорить я.

– Так и сделали.

Последняя реплика донеслась из-за спины. Искусственный, явно исчезнувший за столько веков акцент и привычная для французов картавость выдавала пришедшего с потрохами, хоть обладатель данного голоса и умел прекрасно подменять манеру речи. Я же все-таки надеялся, что ошибся. Поля Дюбуа собственной персоной еще здесь не хватало. На публике он принимал облик молодого юноши, однако в жизни предпочитал становиться горбатым старичком с аристократической мушкой на щеке. Сейчас, скорее для аксессуара, он прихватил с собой позолоченную трость, на которую практически всем телом опирался.

– Месье Дюбуа… Что вы здесь делаете? – совершенно будничным тоном, словно и впрямь ничего не подозревая, спросил я.

– В собственном доме? Порой прихожу сюда. Бывает. – Он улыбнулся, хитро сверкая светлыми глазами из-под овальных очков. – А вас я в гости, как бы не запамятовать, не ждал.

– Разве? Мне казалось иначе, – буркнул я, готовясь к нападению в любой момент.

А точнее, начал продумывать, когда лучше перенестись, ведь месье Дюбуа без особого труда сумеет размазать нас обоих по стенке. Если захочет, конечно.

– Не это ли вы ищете? – вновь ухмыльнувшись, спросил Поль, вытаскивая из кармана небольшой сверточек. – Александр предполагал, что ко мне наведаются гости. Вот и попросил забрать. Как же ослушаться-то… Великого-о господина-а! – заливисто протянул он.

Контракт! Я был уверен, что это он. Иначе и не могло быть. Теперь план значительно изменился. Какой цены бы данное ни стоило, но его нужно выкрасть.

– И как же вы догадались?

Не то чтобы я не предполагал, что такое возможно… Скорее данный маневр помогал выиграть время для раздумий.

– Здесь нечему удивляться, дорогой Рафал. И я, и Александр достаточно стары, чтобы разгадать столь жалкий план. Что уж там… Мистер Драгомир годится в прадеды твоему дяде, а я уж и в прапрадеды, – объяснился он. – Ох… Как же я не заметил. Панна Бучек! Давненько не виделись. Искренне сожалею о вашей утрате, дорогая… Потерять мать в столь раннем возрасте – никому не пожелаешь!

После произнесенного он расхохотался. А Ханна… Не успел я крикнуть, как она побежала вперед, намереваясь зарядить ему кулаком по челюсти. Поль увернулся, невзирая на то, что являлся гораздо медленнее любого вампира. Затем щелкнул пальцами, вынуждая ее подойти ближе.

– Pati sicut flamma ignis![10] – затараторил он.

Черная магия… Запрещенная законом. Все из касты синего камня клялись, что никогда не станут ее использовать. Клялись, ставя на кон жизнь. Значить это могло одно – Поль и впрямь сам по себе и никаким законам не подчинялся. Навряд ли он когда-нибудь вообще в чем-либо клялся.

Я тут же подбежал к взревевшей Ханне. Проклятие, заставляющее человека на собственной шкуре ощутить, каково это – сгореть в адском пламени. И антидота к нему не было. Только наложивший в силах его снять.