Читать книгу - "Попаданка в беременную. Бывшая жена дракона - Анжелика Янчевская"

еще непривычно, но память моих рук была сильнее. Вскоре по кухне поплыл божественный, домашний аромат — лук, морковь, коренья. Мрак, который до этого дремал в углу, поднял голову и заинтересованно повел носом.

И тут дом начал оживать. Сначала где-то наверху раздался долгий, протяжный, почти стонущий скрип, будто распрямлял свои древние кости сам дом. Потом — высокий, вибрирующий гул, который прошел по стенам, и гулкий, мягкий стук. Я так поняла, это первая оконная рама встала на место. Я продолжала резать овощи, лишь усмехнувшись про себя. Пусть работает, раз вызвался. Гордость — страшная сила, особенно драконья.

Пока бульон кипел, я решила приготовить второе. Оставшиеся куски курицы я натерла солью и душистыми травами, обложила овощами и поставила в остывающую часть очага — запекаться. Дом тем временем продолжал жить своей магической жизнью. То в гостиной протяжно застонет распрямляющаяся под чехлом мебель, то на втором этаже что-то глухо ухнет, и по каменному полу пробежит дрожь.

Внезапно раздался громкий, булькающий звук прямо у меня за спиной. Старый чугунный насос вздрогнул, закашлял ржавой водой, а потом из него полилась чистая, холодная, ровная струя. Работает! Я невольно улыбнулась. Это была маленькая, но очень важная победа. Я подставила ладони под ледяную воду — такое простое, но такое невероятное удовольствие.

Еще через час, когда суп был почти готов, а запах запеченной курицы сводил с ума, все звуки стихли. В наступившей тишине шаги Дарека на лестнице прозвучали оглушительно громко. Он вошел на кухню и замер на пороге. Выглядел он уставшим. На лбу выступила испарина, а под глазами залегли тени, но он тщательно это скрывал за маской ледяного высокомерия. — Ну что, Оливия. Принимай работу.

Он провел меня по дому. Я ахнула. Окна сияли новыми, идеально подогнанными стеклами без единого пузырька. В ванной и на кухне исправно работали насосы. Но главное — он сделал больше. В доме не осталось ни пылинки, ни единой паутинки в углах. Облупившаяся штукатурка на стенах стала гладкой и новой, полы перестали так предательски скрипеть, а из комнат исчез запах тлена, сменившись свежим, чистым ароматом озона и едва уловимым запахом магии. — Вы… вы прибрались? — только и смогла вымолвить я, проводя рукой по идеально гладкой стене. — Я привел дом в состояние, подобающее для леди, носящей мое имя, — отчеканил он, но я видела, что он пристально следит за моей реакцией.

Я была безмерно благодарна. Теперь, зная о своем положении, я понимала, что не смогла бы осилить такую тяжелую работу. Он, сам того не зная, спас меня от непосильного труда. — Чем это так вкусно пахнет? — неожиданно спросил он, когда мы вернулись на кухню, его голос звучал немного глуше обычного.

— Ужин, — просто ответила я. — Проходите к столу, вы как раз успели.

Лорд опешил, но молча сел за стол. Я налила ему полную миску горячего, дымящегося супа. Он ел молча, сосредоточенно, но я чувствовала на себе его взгляд. Он не просто ел, он наблюдал. Всматривался, словно пытался понять, что со мной не так, почему я изменилась.

Нарушив тишину, он кивнул на Мрака, который лежал у моих ног. — Где ты взяла эту животинку, Оливия? Это не просто пес. Ты знаешь, что это теневой волк?

— Он сам меня нашел, — спокойно ответила я, помешивая суп в своей миске.

Дарек доел кусок курицы из супа, задумчиво обглодал косточку и, не глядя, бросил ее Мраку. Волк ловко поймал ее на лету и с благодарным урчанием проглотил в доли секунды. «Ну конечно, — мысленно фыркнула я. — Косточку от лорда-дракона. Продался, предатель».

Пока мы ели, Мрак лежал у стола. Иногда он поднимался, подходил к Дареку и осторожно обнюхивал его руку, виляя хвостом. А один раз он подошел ко мне и деликатно ткнулся носом мне в живот. Я напряглась и незаметно постаралась его отогнать, чтобы Дарек ничего не заподозрил. И тут я поняла. Он чувствует. Он знает, что я ношу дитя Дарека, и поэтому принимает его. «Ах ты, маленький Иуда… так вот в чем дело».

Когда с ужином было покончено, я спросила: — Так зачем вы все-таки приехали, милорд?

— Я хотел убедиться, что… здесь все впорядке, — ответил он, тщательно подбирая слова и не сводя с меня испытующего взгляда. — И напомнить, что в случае любых трудностей ты должна сообщать мне. Драконы не бросают своих женщин.

«Понятно, — подумала я. — Приехал в случае чего, свою репутацию спасать»

— Уже поздно. Вам, наверное, пора в обратный путь. Пора и честь знать.

Я встала, давая понять, что разговаривать нам больше не о чем. Он тоже поднялся, но сделал несколько неуверенных шагов и слегка пошатнулся, оперевшись рукой о стол. — Что-то мне нехорошо, — сказал он, и в его голосе впервые прозвучали нотки неподдельной усталости. — Магия отняла слишком много сил. Пожалуй, я отдохну.

Он посмотрел на меня в упор. А я все поняла. Он слышал, что вечером должен прийти Клин. И решил остаться здесь, на моей территории, чтобы встретить своего соперника. Собака ты на сене, а не дракон.

11

— Что ж, раз вам нездоровится, милорд, — произнесла я с самой сладкой и фальшивой улыбкой, на какую была способна, — я не могу выгнать вас на ночь глядя. Придется вам довольствоваться моими скромными условиями.

— Меня устроит.

«Ну-ну», — подумала я и, развернувшись, повела его на второй этаж. Лестница больше не скрипела под его тяжелыми шагами — магия Дарека поработала на славу. Это было странно — идти по своему дому в сопровождении мужчины, который еще вчера был моим мужем и судьей, а сегодня превратился в незваного гостя и бесплатную рабочую силу.

Я открыла дверь в комнату напротив своей. Она была абсолютно пустой, но идеально чистой — магия Дарека вылизала ее до блеска, избавив от вековой пыли и запаха тлена. — Располагайтесь. Боюсь, с удобствами пока туго.

В комнате, залитой лунным светом из нового, безупречно прозрачного окна, стояла лишь кровать с голым дощатым настилом. Никакой мебели, никаких занавесок. Аскетично до неприличия. — Вещей у меня, как вы понимаете, немного, — я развела руками, изображая бедную родственницу. — Могу пожертвовать для вас старый матрас, набитый лавандой. Он лежал в шкафу и почти не использовался. А чтобы вы не замерзли…

Я вернулась в свою комнату и открыла старый, но крепкий шкаф. Достала тот самый меховой плед, который мне, видимо, по доброте душевной, упаковали в дорогу. Это была единственная