Читать книгу - "Дом монстров - Пенн Кэссиди"

class="p">Я не могла произнести его имя, не говоря уже о том, чтобы подумать об этом. Я так глубоко запихнула воспоминания о нем, что едва могла вспомнить его лицо… Лицо, которое снилось мне по ночам, с ямочками на щеках и…

Черт…

Я судорожно вздохнула, когда в моем сознании промелькнуло его лицо. Было невозможно видеть его таким, каким он был раньше, до того, как он был залит кровью всех, кого я любила.

Когда меня перестало рвать, и в моем пустом желудке не осталось ничего, что можно было бы очистить, я просто уставилась на воду, думая, что, может быть, мне стоит просто вернуться в дом, напиться до одури и закурить последнюю сигарету, прежде чем все это поджечь.

— Ты здесь, чтобы еще немного отравить мои воды, печальная? — чей-то голос окликнул меня, заставив подпрыгнуть так яростно, что я чуть не свалилась в воду. Голос хихикнул, пока я лихорадочно искала источник.

Вода покрылась рябью, и из-под покрова мха и тростника показались голова и плечи… человека. Или чего-то, похожего на человека. Я немного отпрянула, но не сделала попытки убежать. Его глаза пригвоздили меня к месту, когда он придвинулся ближе. Они были полностью черными с небольшим зеленым кольцом вокруг центра, обрамляющим лицо с кожей темного и зеленоватого оттенка, покрытой пятнами чешуи, которые мерцали на свету. Его можно было бы назвать красивым, если бы он не был таким устрашающим. Его кожа тоже мерцала, как свет, отражающийся от дна бассейна.

— Что за черт? — Прошептала я, широко раскрыв глаза, когда оценила его размеры. — Кто ты, черт возьми, такой? — Я сумела выдавить из себя, слишком заинтригованная, чтобы бежать, но слишком напуганная, чтобы пошевелиться.

Мужчина подплыл ближе, его мускулистые руки тянули его сквозь воду. К их спинам были прикреплены острые блестящие черные плавники, которые помогали ему чисто рассекать воду.

Он ухмыльнулся, его черные глаза были прикованы ко мне. Каждая черта была порочной и поразительной, тонкой и в то же время резкой. Длинные волосы цвета оникса струились по обе стороны от него, прилипнув к голове от воды, и между прядями торчали два заостренных, похожих на плавники уха.

— Только не говори, что я тебя пугаю, — сказал он низким, дразнящим и очаровательным голосом. Мое сердце бешено заколотилось, когда он подошел ближе к причалу. — После звуков, которые я слышал из того дома прошлой ночью, возможно, это мне следует тебя бояться. — Он склонил голову набок, в темных глазах блеснули озорные огоньки.

Несмотря на здравый смысл, я наклонилась вперед, подползая к краю причала, мое любопытство взяло верх надо мной. Он был красив, пугающе красив, такого я никогда раньше не видела. Он напомнил мне сирен из старых моряцких сказок, которые прячутся в морских глубинах, подстерегая ничего не подозревающих одиноких жертв.

— Ты монстр, — сказала я, склонив голову набок и изучая его. Какое-то… болотное существо? Демон? Водяной? Я не знаю, что это, черт возьми, за человек, но знаю, что он не был человеком, как и те тени прошлой ночью.

Его длинные перепончатые пальцы обхватили верхнюю часть причала, острые черные ногти царапали дерево, когда он проплыл всего в нескольких дюймах от меня.

— Неужели я сейчас… — задумчиво произнес он, это был не вопрос, а скорее насмешка. — Но как я могу быть монстром, когда я тот, кто жил в этом болоте веками? Может быть, ты здесь монстр, печальная.

Возможно, он и был прав, но столетия? Просто не было никакого гребаного способа. Я полностью убеждена, что все это было галлюцинацией. Дом, наконец, сломил меня после всех этих лет, и я собираюсь зачахнуть в тайниках моего собственного испорченного разума с этими созданиями, которых я вызывала в воображении.

— Почему ты назвал меня печальной? — Я слышала, как тени называли меня так же, и хотя это действительно подходило, это было странное ласкательное обращение, если это было так.

Болотный человек широко ухмыльнулся, продемонстрировав полный рот невероятно острых зубов, похожих на белые иглы, готовые разорвать плоть до костей.

— Разве нет? Я чувствую его вкус на тебе… Сладкий и соленый, как слезы, кровь и мед. Это довольно вкусно. — Он облизнул губы, и я увидела, что его длинный язык раздвоен, как у змеи. Я моргнула, глядя на него, задаваясь вопросом, была ли я в большей опасности, чем думала. Меня действительно это волновало?

Нет. Нет, это не так.

— Тогда кто же ты на самом деле? — Спросила я, выглядывая из-за борта причала. Движение приблизило меня к его лицу. Я уловила запах мха, дождя и чего-то горького на его коже и обнаружила, что мне действительно нравится этот аромат. — Если ты не сирена или демон, это делает тебя русалкой? — Я чуть не рассмеялась, оглядывая его с ног до головы, представляя, как под ним машет блестящий зеленый хвост.

Он сверкнул зубами, посылая возбужденный трепет по всему моему телу.

— Кто сказал, что я не сирена? — Упершись перепончатыми ладонями в причал, он использовал всю свою немалую силу, чтобы приподняться вверх, пока я не увидела блестящие ониксовые чешуйки, которые ползли по его худощавому торсу, постепенно сливаясь с зеленоватой кожей. Наши лица были в нескольких дюймах друг от друга, его длинные темные волосы касались моих согнутых колен. — Если я спою тебе колыбельную, ты последуешь за мной в мои глубины?

Его голос снова стал мягким и мелодичным, не совсем шепот или песня, а скорее мурлыканье или нежные уговоры. Мне даже не нужно было обдумывать свой ответ, потому что я уже знала, что последую за этим голосом куда угодно.

— Тогда как насчет того, чтобы начать с имени, если ты не хочешь дать мне реальный ответ? Я уже познакомилась с твоими друзьями Сайласом и Син. Они были намного приветливее, чем ты. — Я почувствовала, как мои губы приподнимаются с одной стороны, и он встретил мою усмешку танцующими глазами.

— Ах да, мои…друзья. У меня было предчувствие, что они доберутся до тебя первыми. — Его глаза скользнули поверх моего плеча, на мгновение сузившись при виде дома вдалеке. — Можешь называть меня Каз, если тебе так нравится. Твой человеческий язык не сможет произнести мое настоящее имя, так что мы не будем утруждать себя.

— Но ты уже знаешь мое, — сказала я. Это было утверждение, а не вопрос.

— Я много чего о тебе знаю. Тебя это беспокоит?

Я пожала плечами. Меня это беспокоило? Я была бы лгуньей, если бы сказала, что вся эта ситуация не была абсурдной, но опять же, была ли я удивлена?