Читать книгу - "Психо-Стая - Ленор Роузвуд"

назад, запутывая пальцы в его темных волосах и притягивая к себе. Она трется о его иссеченную челюсть, её губы едва касаются его острых зубов — от этого мое сердце пускается вскачь. Особенно когда я замечаю на них капли крови.

— Всё хорошо, — шепчет она ему. — Отпусти себя. Покажи ему то, чего он никогда не получит.

С очередным гортанным ревом он подается вперед, зарываясь лицом в изгиб шеи Айви. Я не вижу, что именно он делает, но судя по тому, как выгибается спина Айви и какой прерывистый крик вырывается у неё, это что-то невероятное.

Я разрываюсь: смотреть на них или следить за Валеком. Сереброволосый альфа не шелохнулся, но его дыхание стало рваным. Зрачки расширены до предела, от серебра осталась лишь тонкая каемка. Руки сжаты в кулаки, костяшки побелели от усилий — он из кожи вон лезет, чтобы не трогать себя. Хорошо. Пусть мучается.

Движения Айви становятся всё более настойчивыми, её тело извивается между нами в греховном танце, который грозит окончательно добить мой самоконтроль. Я чувствую, как мой узел пульсирует, зажатый в тиски её плоти. Это последнее, что мне нужно. Мне нужно, чтобы он спал, а не раздувался снова.

— Вот так, — стонет она, её голос осип от нужды. — Заполни меня. Пометь меня изнутри.

Эти слова бьют меня под дых. Мы никогда раньше не говорили о метке. Мне это приходило в голову, разумеется. Тысячу раз. Постоянно. Но я не знал, хочет ли она нас после своей течки, и до недавнего времени у нас просто не было шанса это обсудить. Но сейчас, когда она зажата между нами и сама умоляет об этом…

Искушение почти непреодолимо. Время неподходящее. Если есть хоть малейший шанс, что она говорит серьезно, произнося это магическое слово, — нам нужно сделать это всей стаей. Но это не мешает моим инстинктам альфы рвать цепи, желая взять её прямо здесь и сейчас. Забрать то, что моё, и наплевать на всех остальных. Это идет вразрез с моим здравым смыслом, но… Блять, как же я этого хочу.

Я подаюсь вперед, притираясь носом к тому месту, где её шея переходит в плечо. Её запах опьяняет — густая смесь жимолости и возбуждения, от которой рот наполняется слюной. Клыки ноют от желания впиться в её мягкую плоть, заявить права на неё как на нашу, раз и навсегда.

Как на мою.

Этот дикий аромат жимолости забивает мне голову, вытесняя всё остальное. Даже дымные, металлические нотки возбуждения Валека, жгущие мне ноздри, не могут пересилить этот дурманящий коктейль из цветов и секса, который и есть — чистая Айви.

— Четыре, — мурлычет она низким, порочным голосом.

Мне требуется секунда, чтобы понять. Осталось четыре минуты.

Мой взгляд перескакивает на сереброволосого альфу, всё еще сидящего на полу. Его грудь ходит ходуном от рваного дыхания, пот градом катится по лбу, пропитывая его белоснежные волосы. Его член так сильно натягивает ткань белых брюк, что это должно быть больно. Его буквально трясет от усилий не касаться себя.

И тут до меня доходит. Это не просто наказание Валека за его вуайеризм. Айви испытывает его. Выжимает из него все соки, чтобы проверить — способен ли он на самом деле подавить свои нижайшие инстинкты.

И всё это ради шанса на то, что она проявит милосердие. Это, блять, гениально.

Очередной низкий рык рокочет в моей груди при этой мысли. Айви отвечает тем, что насаживается на мой узел еще сильнее. Стиснув зубы, я скалюсь, чтобы не сорваться. Святое дерьмо, как же это мощно.

— Тебе нравится? — шепчет Айви, её дыхание обжигает мне ухо.

— Да, — рычу я; мне уже плевать, насколько всё это извращенно.

Айви награждает меня очередным движением бедер, и я не могу сдержать стон. Через её плечо я вижу, как Призрак уделяет всё больше внимания её горлу: острые кончики его зубов царапают и задевают кожу, но не прокусывают её.

Он так близок к тому, чтобы пометить её. Очень, очень близок.

Малейшее дополнительное давление — и он вонзит эти бритвенно-острые зубы в её плоть, как в спелый персик. Невероятно, сколько в нем самоконтроля. Как многому он научился.

И, похоже, то же самое происходит с Валеком. Айви дрессирует его.

Массивные руки Призрака впиваются в талию Айви, когда он толкается в неё снизу — жестче, чем раньше, заставляя её ахнуть. Движение встряхивает нас всех троих, посылая свежие волны мучительного экстаза по моему телу. Моя чувствительность зашкаливает, нервы обнажены, узел ноет там, где тесный жар Айви продолжает сжимать и высасывать его, но я не могу заставить себя остановиться.

— Ох, блять, — стонет Айви, её голова падает мне на плечо. — Вот так. Оба. Сильнее.

Кто я такой, чтобы отказывать ей?

Я вскидываю бедра, вонзаясь глубже в её пульсирующее нутро. Призрак зеркалит мои движения, и вскоре мы находим изматывающий ритм. Непристойный звук хлопающей плоти заполняет комнату, прерываемый прерывистыми криками Айви и нашими гортанными рыками.

— Три, — хрипит она.

Всё это время я не свожу глаз с Валека. Я не доверяю ему ни на секунду. Не только в том, что он найдет способ кончить украдкой, но и в том, что он может напасть. Если он решит, что ему всё равно крышка, он сделает это прямо сейчас. Потому что Валек не остановится ни перед чем, чтобы спасти свою шкуру. Он доказывал это раз за разом. Это единственное, блять, что в нем предсказуемо.

И я не отведу взгляда, даже если я нихрена не смогу сделать, если он выкинет какую-нибудь глупость.

Его серебристый взор устремлен в сторону Айви, но он остекленевший, будто он видит что-то далеко за пределами этой комнаты. Однако судорожные вздохи и видимая дрожь, бьющая его тело, выдают, насколько сильно на него действует это зрелище.

— Посмотри на него, — рычу я в ухо Айви, достаточно громко, чтобы Валек слышал. — Посмотри, как сильно он хочет тронуть себя. Присоединиться к нам.

Смех Айви — темный и сбивчивый.

— Но он не сделает этого. Ведь так, Валек?

Когда он не отвечает, она повышает голос.

— Я задала тебе вопрос.

Глаза Валека снова обретают фокус, встречаясь с горящим взглядом Айви.

— Две минуты, — предупреждает она его хрипло.

— Нет, — выдавливает он сквозь зубы; его голос искажен до неузнаваемости. — Не сделаю.

— Хороший мальчик, — мурлычет Айви, впервые хваля его. Я чувствую, как она сжимается вокруг меня при этих словах. Блять. Она кайфует от этой извращенной игры за власть? Разумеется, да. И если быть честным с самим