Читать книгу - "Я тебя не хочу - Елена Тодорова"

class="p1">Рожа у Люцифера свирепая. В глазах тьма. Мускулы на лице от ярости пляшут.

— Защищаюсь! — кричу в ответ.

Стискивая зубы, пытаюсь уйти в сторону. Однако Фильфиневич тянет обратно и с силой прикладывает меня головой о стену. Я рычу от боли и злости. Вскидываю колено, чтобы зарядить ему по яйцам. Длинное полотенце, которым все еще обмотана нижняя часть его тела, тормозит удар, и эта скотина успевает сориентироваться относительно моих намерений. Надавив всем своим весом, вбивается между моих ног, лишь бы обезопасить свое никчемное хозяйство.

Но я не сдаюсь.

Поднимаю в воздух кулак. В челюсть ему целюсь. И попадаю. Люцифер орет, словно боль всего мира проживает. Жаль, не отключается.

— Ты, сука, бешеная?! Панда Кунг-фу!

— А ты урод!!! Душегуб! Тварюка конченая!

Еще и еще по морде его луплю. Как ни отпихивает, впиваясь ногтями, раздираю кожу.

Трение между нашими телами усиливается. Высекает ту самую искру, из которой вспыхивает пламя. Но я анализировать не пытаюсь. Большую часть ощущений упускаю. Гневом живу, будто я на улице. В опасности. Действую на инстинктах. Как зверь сражаюсь.

Люцифер сжимает пятерней мой подбородок. Оторвав от себя, резко дергает мою голову на бок. Жестко стискивая, едва не ломает мне кости. Разъяренным взглядом придает огню.

У меня душа в пятки уходит. Это неожиданно.

И очень-очень странно.

Тугими вибрациями по телу скатывается дрожь.

Но я, конечно же, несмотря на страх, продолжаю бороться.

— Отвали от меня, ясно?! Вместе со своей алкашкой отвали!

— Ты здесь на работе!

— Это не значит, что ты и твоя шлюха можете меня оскорблять!

Выкрутив мне руки, Фильфиневич толкает нас в душевую зону. Я теряю равновесие, едва он отпускает. Падаю на колени, ладонями скольжу по кафелю. А эта скотина направляет на меня лейку и открывает воду. От ударившего в лицо напора визжу. Отбиваюсь руками, но это не спасает. И я кричу. Громче и громче. Кричу до тех пор, пока он не прекращает издевательство.

— Знай свое место, нищенка, — выписывает подонок с лютой ухмылкой.

Задыхаясь и всхлипывая, утираю ладонями лицо. Гордо вскидываю голову. Осторожно поднимаюсь.

Ноги трясутся, едва стою.

— Больше драмы, Димочка, — умудряюсь выдохнуть полушепотом. — А вообще… На хрен пошел, — добавляю все так же спокойно.

С этими словами удаляюсь.

Шагаю без остановок. Впервые не обращаю внимания на завораживающий меня дендропарк. Иду, глядя строго перед собой. С каменным, мать вашу, лицом. Ни о чем не думаю! Лишь добравшись до своей комнаты, осознаю, чего мне будет стоит сегодняшняя выходка.

Господи… Я же не только эту мисску порвала! Я подралась с хозяином! Господи! Господи!

Чтобы не метаться в истерике, направляюсь в душ. Надеюсь, что там, как это часто бывает, меня и настигнет прозрение. Но вместо того, чтобы думать, я отвлекаюсь на невиданное. Слезы! Моя нервная система, очевидно, решает вывести из организма скопившуюся сырость, пока не образовалась плесень.

Плакать можно. Плакать не стыдно. Плакать полезно.

Главное, чтобы этого никто не видел.

После слез меня одолевает апатия. Вернувшись в комнату, я надеваю свой единственный комплект одежды — хорошо, что его успели постирать — и унылым куском дерьма присаживаюсь на краешек кровати. Безвольно жду, пока Саламандра ворвется и велит покинуть территорию усадьбы.

Темнеет. В коридоре слышатся голоса. Но ко мне никто не стучит.

Когда же я осмеливаюсь выйти на ужин, рабочие лишь удивляются тому, что я уже дома.

И все же… Тревога не отпускает до ночи.

Лежу в кровати, слушаю эту дурацкую музыку и киплю.

Твой Идол: Ты нужна мне. Тут кое-что разлили. Приди, уберись. Д. Ф.

Это сообщение я получаю от Люцифера в первом часу. В потрясении смотрю на экран, пока тот не гаснет. И даже тогда я еще долго не могу пошевелиться.

Он пишет мне? Просто берет и пишет? После всего, что было? Я все еще работаю? Почему?! Почему он не распорядился, чтобы меня выкинули за забор?!

Если бы не ситуация днем, я бы его, безусловно, послала!

Но…

Учитывая все то, что я начудила, я вроде как чувствую себя немножко виноватой. И, конечно же, я не хочу потерять работу. Мне нужны деньги. Очень нужны!

Если существует шанс… Если Люцифер никому не расскажет… Я могу подыграть ему, прикинувшись на чуть-чуть исполнительной.

Твоя Богиня: Сейчас буду, мой Владыка.

7

Я тебя все равно достану.

Не сегодня, так завтра.

© Дмитрий Фильфиневич

Твоя Богиня: Сейчас буду, мой Владыка.

Полон рот слюны.

Резко сглатывая, вскидываю бошку. Трясу гривой, разгоняя вертолеты. Зря. Еще живописнее накручивает. Отвешиваю напряженную нижнюю челюсть, чтобы хватануть ртом перенасыщенный парами алкоголя воздух.

— Быстро ты сегодня напиздярился, — выражает удивление сидящий рядом Саня Георгиев. Он же Жора. Он же Прокурор. Невозмутимая скотина, один из моих лучших друзей, проявляет участие, когда ты меньше всего ждешь: — Случилось что?

— Все путем, — отмахиваюсь, выдавая вспышку раздражения за фонтанирующий позитив.

Ага, путем. Ебически-странным путем мой чертов организм реагирует на гребаное, абсолютно, блядь, идиотское сообщение служанки.

У меня мощнейший стояк.

Грею уши Прокурору. Это легко. А себя как наебать?

С-с-сука.

Расфокусированным взглядом по цветным головам девчонок скольжу. Прикидывая, за какую зацепиться, с досадой зубами скриплю. Чтобы перебить застывшее перед моими глазами марево, мне нужна лучшая версия Памелы Андерсон. Таковой, увы, на этой долбаной валерьянке[1] не находится.

Катастрофа.

Истина в том, что со мной все более чем хуево.

«Она страшная. Страшная!» — напоминаю себе в сотый, мать вашу, раз.

Относительно этого факта не нужны никакие доказательства. Это аксиома, черт возьми. Я знаю, о чем говорю. Я секу в таких тонкостях. Я… Блядь… В том треклятом тралике я, вероятно, подцепил какую-то вирусную хрень. Вот и полощет по сей день. Радары сбиты. Смотрю не туда. Концентрируюсь не на том.

Мозг в режиме обратной перемотки работает.

Снова и снова прокручиваю тот гребаный момент, когда увидел Чудачку у пруда.

С-с-сука…

Куда билет урвал? В психдиспансер?

Ладно, задница. Задница у нее норм, не поспоришь.

Но какого хера меня зациклило на сиськах, которые, по-чесноку, и сиськами-то назвать сложно?

С-с-сука…

Эти чертовы сиськи такие, блядь, торчащие. С крупными и яркими, словно вишни, сосками.

Эм-м…

Должен признать, есть в этих недосиськах что-то уникальное.

Эм-м…

Они сексуальнее любой полноценной женской груди.

Эм-м…

Я вижу их во сне.

Эм-м…

Я представляю их, когда трахаю подходящую мне самку.

С-с-сука…

Я двинулся. Это самый очевидный вывод.

Мой внутренний эстет в панике. Я словно утративший обоняние сомелье. Это попахивает крахом, понимаете? Мое временное помешательство