Читать книгу - "Жертва - Шанталь Тессье"

так поступил, не задумываясь.

Раят распахивает дверь, и я вижу парня, стоящего посреди комнаты спиной ко мне.

— Какого хрена мы торчим в «Бойне»? — требовательно спрашивает он, глядя на Гэвина.

— Им нужна была наша помощь, — врет ему Гэвин.

— Он ебанул мне, — показывает Джексон на Кэштона, который прислоняется к бетонной стене, скрестив руки на груди и ухмыляясь.

Братья Пик живут для того, чтобы портить людям жизнь. Это у них получается лучше всего.

— Это наименьшая из твоих забот, — говорю я, и он резко оборачивается.

Его лицо мгновенно вытягивается.

— Бл...

Я бью его по лицу прежде, чем он успевает договорить, отбрасывая его на несколько шагов назад.

— Погоди...

Он поднимает руки, сдаваясь, и я бью его снова. На этот раз он падает на колени.

— Я могу объяснить, — выпаливает Джексон, затем охает.

Схватив его сзади за рубашку, я впечатываю его лицом в бетонную стену и протягиваю руку Раяту. Он вкладывает в нее наручники, и я надеваю их на Джексона. Оторвав от стены, я разворачиваю его к себе.

— Какого хрена ты вколол моей жене? — кричу я ему в лицо.

— Ничего...

Я бью его еще раз, и его голова откидывается назад. Джексон падает на пол, кровь течет из его разбитого лица. Я вдавливаю свой ботинок ему в шею и наваливаюсь на нее всем весом.

— Что ты дал моей жене?

— Гона-дотропин, — выплевывает он.

Убрав ботинок с его шеи, я опускаюсь на колени.

— Что это за хрень?

— Это... — кашляет он. — Гормон, помогающий овуляции.

Я встаю, и он переворачивается на бок, чтобы ослабить давление на скованные за спиной руки.

— А как насчет таблеток, которые ты дал ей на утро?

Он качает головой, и я сжимаю кулаки.

— Почему и кто хочет, чтобы моя жена забеременела? — требую я.

— Мне позвонили, — кашляя говорит он, из разбитых губ течет кровь. — Приехать в отель «Минсон».

— Кто?

— Фрэнк Минсон, — Джексон снова кашляет, и мое тело напрягается. — Он был в панике. Сказал, что Люк пропал и что ему сообщили, что ты женишься на Лэйкин.

Раят смотрит на меня, но я не свожу глаз с Джексона.

— Продолжай.

Сделав глубокий вдох, он добавляет:

— Он сказал мне убедиться, что ты ее обрюхатишь.

— Он тебя ненавидит, — говорит Кэштон. — Зачем ему нужно, чтобы Лэйк залетела от тебя?

«История повторяется. Она умрет у тебя на руках, как и ее сестра», — вот что сказал этот чертов ублюдок в моем подвале после того, как Лэйк пырнули. До этого момента я не понимал, что он имел в виду.

Выпускной курс Университета Баррингтон

Я сижу за металлическим столом в комнате для допросов в полицейском участке. Меня привезли сюда и оставили здесь на три часа. Мои руки прикованы наручниками к столу, и я все еще весь в крови Уитни. Футболка высохла и прилипла к коже.

Перед моим мысленным взором все еще мелькают большие водянисто-голубые глаза. Бледное лицо Лэйк, когда она с ужасом смотрела на меня, думая, что я убил ее сестру. Как будто я был слишком хорошим человеком, чтобы сделать это. Ведь для меня это не впервой, так почему бы не сделать сейчас? Что делает ее сестру такой особенной? Я не любил ее. Мне сказали сделать так, чтобы всё выглядело, будто я ее люблю. Это должно было быть публично и с размахом. Погранично одержимым.

Дверь распахивается, и входит мой отец, за которым следует наш семейный адвокат.

— Убийство? — вопрошает он. — Господи, Тайсон. Это же во всех новостях. Ты хоть понимаешь, какого хрена ты сделал с нашей фамилией? С моей репутацией?

Я молчу.

— Позвонил им? — приказывает он нашему адвокату. — Звони гребаным Лордам и вытащи его из этой передряги.

Хансен достает из кармана сотовый, набирает номер и включает громкую связь. Он кладет телефон между моими скованными наручниками запястьями, и маленькую комнату заполняют гудки.

— Алло?

— Вытащи моего сына отсюда, — резко говорит отец.

Лорд прочищает горло.

— С вашей стороны было бы разумно покинуть комнату, сенатор.

— Я не собираюсь...

— Убирайся, — прерываю отца.

Он прищуривается, глядя на меня.

— Тай...

— Убирайся нахуй! — кричу я, не в настроении слушать его дерьмо. Он мне здесь не нужен. В конце концов, я собираюсь сделать один телефонный звонок, и это точно будет не он.

Он поворачивается и выходит, хлопнув дверью.

— Что тебе нужно? — спрашиваю я, переходя к делу.

— Сынок, ты попал в затруднительное положение.

Он не спрашивает меня, убил ли я ее, и я не трачу время на то, чтобы сказать ему, что я этого не делал.

— Это забавно, учитывая, что это ты меня в это заманил, — выдавливаю я из себя.

Наступает тишина, потом он заговаривает.

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду...

— Ты обещал нам защиту. И ты провалился. Мы оба.

Лорды должны защищать своих. Пока мы делаем то, что нам говорят, мы вознаграждены. Вот почему мы даем клятву. Отвернись они от нас, общества бы не существовало. Мы бы превзошли основателей и сожгли все дотла. Мы бы уничтожили их.

— Я не понимаю...

— Хватит врать, мать твою! — кричу я, дергая наручники. — Или вытаскивай меня, или пусть меня арестуют.

— Я тебе не верю, — решаю сказать я Джексону, не желая, чтобы он знал, насколько он близок к истине. Я иду, чтобы пнуть его.

Он выпаливает, заставляя меня остановиться:

— Мистер Минсон угрожал Люку жизнью. Ему не разрешили трахать ее после свадьбы.

Я хмурюсь.

— Это бессмыслица. Для этого он предоставил Люку номер.

Это должно было доказать, что она осталась девственницей. Лэйк должна была пролить кровь.

Джексон качает головой.

— Нет. Он дал Люку номер, чтобы убедиться, что она останется девственницей.

— Откуда ему было знать? — интересуется Раят.

— Камеры, — отвечаю я. Лэйк сказала мне, что Миллер упоминал о том, что она кончает на мой член. — У него там были камеры.

— Значит, ее отец смотрел, как ты трахаешь его дочь? Это полный пиздец, — с отвращением качает головой Кэштон.

— Почему ее девственность была так важна? — спрашивает Раят.

— Я... не знаю, — плачет он, понимая, что не дал мне достаточно информации.

ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТЬ

ТАЙСОН

Моя жена лежит в своей постели и спит. Я сижу на диване, а Раят стоит рядом со мной. Он что-то пишет жене в своем телефоне, а я смотрю на свой. Раят убирает сотовый и глядит на меня сверху вниз.

— Какой план?

— Ей нужно остаться здесь, — говорю я, глядя, как Лэйк устраивается поудобнее в постели.

По большей части она