Читать книгу - "Крылья, что связывают нас - Брайер Болейн"

Мы заложили поворот на бешеной скорости и выскочили на Площадь Кровяного Вина — точнее, на то, что от нее осталось. Эту улицу считали верхушкой общества высокородных Вейлмара. Теперь лишь единицы из ее роскошных особняков продолжали стоять. Подворье Авари занимало центр этого скопления дворцов — грандиозное владение из белого мрамора. Вот только теперь от подворья остались лишь зубчатые ребра мраморных плит. В центре чернел кратер, окруженный дымящимися руинами. Кейдж замер настолько резко, что я с ахом повалилась вперед на его плечи. Он задрал голову и взвыл, шагая к краю кратера, хвост хлестал по бокам.

— Их могло здесь не быть, — прошептала я. — Может, они успели сбежать. Они могли спастись.

Ответом волка стал дикий рык.

— Кейдж, — выдохнула я, положив ладонь ему на шею. — Смотри!

Вверху два дракона сцеплялись на фоне звезд. Теперь я смотрела, как Инферни уносится прочь от города, его темп стал медленнее, чем раньше. Он взял курс в открытое море, не оглядываясь. Неужели всё действительно закончилось?

— Никсарис, должно быть, прогнал его, — облегчение пролилось по телу.

Но Кейдж явно не разделял моих чувств. С рыком он рванул вперед, впадая в бешенство от мысли, что Блейк уйдет непораженным, жаждая мести.

— Стой! — крикнула я, ощущая вспышку страха. Если мы попремся за Блейком сейчас, мы никогда не найдем Виктора. Кейдж, похоже, почувствовал мою панику и затормозил в последний миг.

— Кейдж, смотри! — выкрикнула я, указывая вверх.

Новый силуэт рванул сквозь небо, точно струя крови: второй Инферни. Вот только крылья этого дракона были испещрены черными венами. Мне не требовалось гадать, откуда взялся второй дракон и кем он являлся. Я буквально кожей чувствовала злобу своего архонта, исходившую от него.

— Виктор, — прошептала я. Я смотрела на оскверненные вены. Неужели это та же самая скверна, что заразила высокородных?

Кейдж замер, прижав уши к голове. Вид искаженного Инферни наполнил меня ужасом. Что бы ни случилось, одно я знала точно: я не вернусь в Черную Цитадель. Я больше никогда не лягу под Виктора. Больше никогда не стану исполнять его приказы в тщетной погоне за властью. Та Реган сдохла сегодня ночью.

— Пожалуйста. За всем этим стоит Виктор. Что бы ни натворил Блейк, виноват Виктор. Мы должны остаться. Мы должны помочь остановить это. — Я понизила голос до шепота: — Я не позволю утащить себя назад к нему. Лучше сдохнуть. — Я замялась, голос перехватило: — Если мы сможем остановить его, тогда мой брат…

Волк повернул голову, янтарные глаза встретились с моими со сдержанным пониманием. Затем морда коснулась моего бедра. Он рванул вперед. Мы взбирались по разрушенным террасам, перемахивая через рухнувшие крыши, пробираясь всё выше и выше, пока до меня не дошло, куда направляется Кейдж: Холм Миротворца. Высшая точка Вейлмара. Он взбежал на вершину холма, когти скребли по траве. Обычно холм смахивал на парк, забитый людьми. Теперь же тут стояла пустота. Зеленые склоны раскинулись вокруг, разбавленные лишь брусчатыми дорожками да ухоженными садами. Казалось, это одно из немногих мест в городе, оставшихся нетронутыми.

С вершины холма мы наблюдали за новой схваткой: более темный, красный дракон Виктора несся за Никсарисом, жестокость и скверна сквозили в каждом взмахе его крыльев. Ночной Дракон рванул сквозь небеса ему навстречу, распахнув пасть, его пламя горело настолько жарко, что казалось белым. Он не намеревался терпеть выкрутасы Виктора. Дракон Флоренс твердо вознамерился уничтожить моего архонта — и я поймала себя на том, что притаила дыхание, молча болея за них.

Потоки огня ударили по Виктору точно при осаде, пламя расплескивалось по груди Инферни, озаряя алые чешуйки. Скрики Инферни долетали даже до нас. Я ахнула, когда Виктор ушел в пике прямо к горлу Никсариса. На миг два дракона сцепились в мешанину тел, и я подумала, что бой окончен, что Никсарис не сдержит напор. Но тут между вспышками пламени блеснул арбалетный болт. Крошечная серебряная точка взмыла дугой — и с силой впечаталась прямо в грудь Виктора.

— Флоренс! — Мое лицо промокло от слез. Подо мной холка Кейджа вздыбилась в предвкушении. Я запустила пальцы в мягкую шерсть, ощущая каждую вибрацию у него в груди. Вверху Никсарис выдохнул раскаленную стену огня. Пламя накрыло Виктора, въедаясь и сжирая чешую и плоть. Красный дракон забился, пытаясь сбить огонь, но я видела: бесполезно. Огромная рваная дыра расплывалась прямо в центре одного из крыльев.

— Падай, ублюдок, — прошептала я, ладони покалывало от шерсти Кейджа. — Гори и падай!

Виктор зарычал, и я вздрогнула. Его драконий хвост мотнулся, израненное крыло забилось в судороге и сморщилось. А затем в клубах дыма и углей Инферни начал падать. Он ухнул носом вниз, закружившись в штопоре раз, другой, пока пламя шлейфом тянулось из его ран, точно от оскверненной падающей звезды.

Мои глаза округлились:

— Кейдж!

Траектория его падения прослеживалась четко: Виктор грохнется у подножия холма, не дальше сотни шагов ниже по склону от нас.

Огромный серебряный волк крутанулся, лапы скользили по мелким камням в азарте. Мы понеслись вниз по склону навстречу падающему дракону.

Глава 37

Флоренс

На одно короткое мгновение я подумала, что мы сделали это. Последний залп Никсариса поджег Виктора. Инферни корчился и визжал. Блейк исчез. Мы победили Вораго. Теперь и Виктор падал вниз.

Невилл задрожал у моей груди. Лаффин издал сдавленный писк.

— Что… — начала я.

Небо раскололось. Красный силуэт вырвался снизу. Виктор рванул вверх с убийственной скоростью, впившись челюстями прямо в горло Никсарису. Мой дракон зарычал. Удар отозвался во всем теле Ночного Дракона. Я почувствовала его боль у себя в ребрах и закричала:

— Никсарис!

Я буквально слышала, как трещат чешуйки. Ощущала горячую кровь, брызнувшую мне на щеки.

Пламенная душа… — голос Никсариса прозвучал со сдавленным хрипом.

— Держись! — Я прижала Невилла к груди, судорожно нащупывая болт с «Погибелью богов».

Дыши. Ровно. Сейчас, — велела я себе. — Не время облажаться.

Я уперла арбалет в гребень дракона, выискивая взглядом Инферни, пока тот закладывал вираж прочь от Никсариса. Вот оно: пятно рубец, где перехлестывалась оскверненная чешуя Виктора.

Спуск.

Болт вошел точно, прямо под грудину.

Виктор отпрянул с визгом, уходя в пике. Кровь Никсариса хлестала рекой, стекая по его шее. Но он не отступал. Его грудь раздулась, каждая пластина на шее внезапно вспыхнула добела, точно печь. Инферно вырвалось из его пасти. Пламя охватило левое крыло Виктора, перепонка мгновенно занялась огнем.

Инферни забил крыльями, отчаянно пытаясь сбить пламя, но «Погибель богов», которую я всадила в