Читать книгу - "Порочное море - Джордан Стефани Грей"

слетает со сходней. Вид у него при этом крайне довольный. — Ты собираешься просто… осушить целый океан прямо сейчас?

— Да, Гавриал, — чеканю я с каменным лицом. — Я собираюсь осушить целый океан за пару секунд.

Веспер дает Гавриалу подзатыльник:

— Это был сарказм, придурок.

Он шипит, потирая затылок и отстраняясь от неё:

— Да. Я понял. — Его карие глаза находят мои. — И как это работает?

— Мне нужно потереть ладони друг о друга, спеть молитву богине и нассать в океан ровно шесть раз. Шесть, Гавриал. Не семь. Не пять. Шесть. Усёк? — Я одариваю его яростным взглядом через плечо.

Он переводит взгляд с меня на Ариона, затем на Веспер:

— Это тоже был сарказм?

— Это был мой способ сказать тебе заткнуться нахрен, чтобы я могла сосредоточиться.

— Ну ты и колючая, — замечает Веспер. Когда я направляю свой тяжёлый взгляд на неё, она примирительно поднимает руки. — Я не говорю, что мне это не нравится. Пожалуй, это моя любимая версия тебя.

Я стискиваю зубы.

Они не понимают. Мой желудок завязывается узлом, словно морские змеи отложили там яйца, и эти яйца только что вылупились. Дюжина мелких гадов обвивает мои органы, нервы и страхи, удушая всё внутри, пока меня не начинает колотить от дурноты. Арион был отвлечением. Великолепным, сокрушительным отвлечением. Но этого мало, чтобы стереть мои воспоминания. Мало, чтобы заглушить первобытный ужас. Я, чёрт побери, в панике.

Тем временем по всему кораблю разливается предвкушение. Амайя жаждет прикоснуться к величайшему открытию; Гавриал спит и видит, как выкупает свою свободу из Башни Истории; Веспер одержима мыслью воскресить сестру, а Арион отчаянно нуждается в сердце. Все они думают, что движутся навстречу чему-то великому. Все они ждут успеха и славы.

Но я знаю, что мы добровольно суём головы в очередную петлю.

Закрыв глаза, я пытаюсь вернуть то состояние, в котором была несколько дней назад. Когда я стояла над картой и с такой уверенностью рассказывала про замок. Когда мне казалось, что всё может обойтись. Но ничего не выходит, пальцы продолжают крупно дрожать.

— Я не знаю…

Острие меча Амайи, упершееся мне в позвоночник, обрывает фразу на полуслове.

— Мы не отступим, Зефира. — Когда клинок опускается, я поворачиваюсь к ней. — Мы уже здесь, и мы подготовились ко всему. Мы вооружены каждым известным человечеству оружием и силой. На нашей стороне сирены, чернокнижники и магия шторма. Так что мы доведём это до конца.

Часть фразы, которая «или я прирежу тебя на месте», явно осталась беззвучной.

Что ж.

С шипением отпихнув её меч, я делаю шаг вперёд. Сердце грохочет под рёбрами, когда край сходней стонет под моими сапогами. Я смотрю вниз. Не могу перестать смотреть вниз. Впадина ждёт. Тёмная. Искажённая. Зловещая. Я опускаюсь на колени, и моя рука сильно дрожит, когда я протягиваю её к воде. Я знаю, что нужно делать, просто мне до смерти не хочется этого делать. Я ищу поддержки у Ариона, но он лишь ободряюще улыбается. Гавриал подгоняет меня обеими руками. А Веспер… ну, она спит и видит меня мёртвой, так что она, конечно же, показывает мне два больших пальца вверх.

— Стоит ли медлить перед лицом кончины? — протрещал проклятый череп в вытянутых руках Феликса.

Я огрызаюсь:

— Если я трансформируюсь и пущу в ход магию, это выдаст колдуну моё точное местоположение. Если он узнает об этом, пока находится в замке, нам конец. Понятно?

— Его не будет в замке, — подаёт голос Веспер. — Он будет рыскать по остальным трём морям в твоих поисках. Идти по твоему кровавому следу.

— Верь мне, — эхом отзывается Арион, умоляя своим прекрасным серебряно-золотым взглядом сделать это. Мои глаза на мгновение задерживаются на его груди, где доспехи скрывают умирающее сердце.

Ладно.

Солёный воздух покалывает кожу. Дыхание перехватывает, когда кончики моих пальцев разрывают гладь Силь.

Эта трансформация не похожа на прежние. Океан не принимает меня. Он пожирает меня. Словно какая-то часть колдуна уже здесь, насильно утягивая меня домой.

Словно какая-то часть колдуна уже здесь, насильно утягивая меня домой.

Магия взрывается белым светом под моей плотью, под полами свободной белой юбки. Мои ноги срастаются и вытягиваются, кости перестраиваются, а ниже пупка расцветает переливчатая бирюзовая чешуя. Хвост с мокрым хрустом ударяет по сходням, едва не сбивая всех с ног, но Амайя в последнюю секунду удерживает равновесие команды мощным потоком воздуха.

— Ты как? — спрашивает Арион, присаживаясь на корточки прямо за моей спиной. Его ладонь ложится мне на лопатку, пока я перегибаюсь через край и смотрю на своё зыбкое отражение.

— Хреново. — Я лениво черчу пальцем круг, окончательно разбивая собственное лицо на воде, и позволяю магии хлынуть по венам. Прямо в море. Одурманивающий прилив силы пронзает тело, когда я подчиняю себе стихию. Я кручу пальцем всё быстрее и быстрее, задавая беззвучную команду. Океан слышит меня.

Он повинуется.

Вода не уходит мгновенно, не испаряется мирно — мне приходится сминать её, складывать слоями. Расходуя больше магии, чем когда-либо в жизни, я создаю воронку в самом центре впадины. Мальстрим. Глубоко, глубоко на дне.

«Это должно быть сложнее», — отмечает крошечная, отстранённая часть моего разума, но море отзывается так, словно оно — продолжение моего собственного тела. Словно оно только и ждало, когда я попрошу. Водные массы скручиваются, сжимаются и уплотняются снова, снова и снова, а затем…

Затем всё рушится.

Корабль резко кренится с оглушительным, выворачивающим душу треском, и мой желудок ухает вниз вместе с ним. Дерево щепится. Снасти лопаются. Люди кричат.

Палуба уходит из-под ног, корма задирается, а нос проваливается вниз, увлекая нас прямиком в ревущий вихрь.

— Держаться! — ревёт Амайя, пытаясь замедлить наше падение своими ветрами. Но мы летим слишком быстро. Корабль разлетается на куски. А я… я на грёбаных сходнях. Я вообще едва держусь за этот корабль. Арион выбрасывает руку вперёд, перехватывает меня и прижимает к себе, пока его крылья распахиваются, закрывая нас щитом. Удерживая нас. Он хватается за свободный канат, используя инерцию, чтобы вынести нас обратно на палубу, пока остальные беспорядочно валятся с ног.

Гавриал исчезает за стеной белой пены. Веспер с криком катится вниз по трапу. Амайя стоит у штурвала, отчаянно пытаясь вернуть контроль, но грот-мачта трещит по швам. Она раскалывается. Половина мачты начинает рушиться прямо на неё, но её первый помощник — Феликс — толкает Амайю в сторону за долю секунды до того, как тяжёлое дерево погребает его под собой. Я слышу жуткий хруст дерева о кости. Чувствую едва уловимый запах меди, когда проливается кровь.

— Он… он… —