Читать книгу - "Капкан паучьей лилии - Лили Крайн"

и в любой момент этот лёд треснет, погребая его под ледяными водами чужого безразличия, но остановиться тоже не мог.

— Ведь свидание подразумевает романтику, не так ли?

— Я бы не назвала это заведение романтичным, — отозвалась Рэд.

— Потому что атмосфера создаётся двумя влюблёнными людьми, а не теми, кто их окружает, — сказал Сонни и тут же прикусил язык. Перегнул.

— С каких пор ты стал спецом по этим делам?

— С того момента, как влюбился в тебя.

Несколько минут они играли в гляделки. Сонни уже подумал, что она не ответит, а если и ответит, то наверняка его пошлёт. Вместо этого Рэд подалась вперёд, упёрлась локтями о столик, сцепила руки в замок и медленно произнесла:

— Тебе так только кажется.

— Почему ты так решила?

Сонни в точности скопировал её позу, теперь они были на равных. Это больше походило не на свидание, а на игру в шахматы, и каждое слово было способно поставить другого под удар.

— Интересно почему ты так решил.

Рокировка. Да, если бы Рэд играла, то этот приём определённо был бы её любимым.

— Потому что это правда.

— Сонни… — Она как-то странно улыбнулась. — Не знаю, что произошло у вас с Мэтом, но всё можно исправить.

Шах.

— Конечно можно. — Сдержанно кивнул Сонни в ответ. — Если мы начнём встречаться.

В последний момент он успел увести короля в сторону.

— А может, нужно перестать встречаться и наконец пожениться?

Нет, это не обычные шахматы. Это шахматы на минном поле, где даже обманный манёвр может причинить вред игроку — настоящая игра смертников.

— Я тебе пока не предлагал.

— Предложи Мэту.

Снова началась битва взглядов, и никто не хотел уступать. Сонни знал, что пробиться через её защиту будет сложно, но не настолько же! Каждое его слово отскакивало от неё, будто мяч от стены. Получается, либо он идёт ва-банк, либо остаётся ни с чем.

— Хорошо, я предложу. Давай начнём встречаться?

Сейчас, по идее, Рэд должна была начать новую перепалку, уточнить с кем он хочет встречаться, затем снова вернуться в изначальную точку, и так, пока окончательно его не запутает. В этот раз произошло иначе.

— Слушай. — Она вздохнула и первой отвела взгляд. — Я честно не понимаю, что взбрело тебе в голову и с чем это связано, но, Сонни, это плохая идея.

— Почему?

— Потому что отношения со мной ни для кого не заканчивались чем-то хорошим.

— Попробуй убеди меня.

Рэд тихо рассмеялась: её и вправду забавляла сложившаяся ситуация. Но за этим смехом Сонни уловил кое-что ещё, какую-то горечь.

— У меня ужасный характер.

— Я тоже не сахар, — парировал Сонни.

— Я не умею и не люблю готовить.

— А я это компенсирую.

— Пью, курю, шастаю по барам.

— Будем делать это вместе.

Она замолчала, сощурилась недобро и скривила губы. Судя по всему, сейчас в ход пойдёт тяжёлая артиллерия. Сонни приготовился.

— Я ломаю людям жизни.

— Моя уже сломана.

— Да что ты говоришь. Каким это образом?

— Ещё отговорки будут? — Сонни не пошёл у неё на поводу, и, кажется, ей это пришлось не по нраву. — Хватит пытаться напугать меня. Мы уже достаточно знакомы, чтобы я мог разглядеть все твои минусы.

— Не все. — Рэд тяжело вздохнула, отворачиваясь к окну. — Первый парень, с которым я начала встречаться, после расставания преследовал меня ещё десять лет.

Ладно, это что-то новенькое, но говорит скорее о неадекватности того самого парня. Таким Сонни не проймёшь, он тоже немало психов встречал в своей жизни.

— Второй, — продолжила Рэд, — после разрыва на три года загремел в больницу для душевнобольных.

Опять та же история. Видимо, её просто тянет к нездоровым личностям.

— Третья покончила жизнь самоубийством.

— Третья? — Тут Сонни не выдержал.

— Всякое бывало. — Она отмахнулась. — Потом я встретила другого человека, но о нём лучше не будем. Последним стал Тадео и, как ты знаешь, это тоже закончилось не самым приятным образом.

— Ты ведь поехала за ним.

— Но вернулась одна. Тадео исчез.

Сонни нахмурился. Ладно, было что-то в этой истории странное, но это скорее говорит о неумении выбирать достойных партнёров, чем о плохом характере.

— Я жёсткая, не люблю, когда мне перечат, требую, чтобы всё было по-моему, не терплю лжи и предательства. Ещё или достаточно?

— Ничего нового я от тебя не услышал.

Тут Сонни слукавил, но цель была слишком близка, чтобы идти на попятную.

— Мы можем попробовать, — добавил он.

— Не можем, — отрезала Рэд. — Я не встречаюсь с геями.

Мат. Сонни ещё некоторое время пребывал в ступоре, понимая, что тут ему крыть нечем. Он проиграл. Во рту появился горький привкус с металлическими нотками. Судьба была так близко, нужно было только сжать сильнее, а он упустил её, дав просочиться сквозь небольшую щель. И если сейчас не придумать что-то, шанс будет упущен навсегда.

— У любви нет пола, — подвёл черту Сонни. — Ты либо любишь, либо нет.

— Верно, — неожиданно согласилась она. — Но для этого нужно быть уверенным на сто процентов, а не действовать наобум из-за какой-то случайности.

Ах вот оно что! Рэд считает, будто он так решил после их секса. Как там сказал Патрик? Ему ведь казалось, что реакция Сонни на Рэд является следствием культурного шока. Получается, она тоже так воспринимает ситуацию.

— А если я докажу?

Рэд протянула руку вперёд, коснулась кончиками пальцев его щеки, нежно погладив.

— Если бы ты мог, то не сохранил бы пути для отступления. Ты бы сжёг все мосты, не имея запасных вариантов в случае неудачи со мной. Тогда и разговор у нас сложился бы иначе.

Тема исчерпала себя, не осталось фигур для следующего хода. Она ушла, оставив и свёрток, и Сонни в смешанных чувствах позади. Что Рэд имела ввиду? О каких мостах говорила? Он окончательно запутался. Единственный вывод, который у Сонни получилось сформулировать касался его полного провала. По крайней мере один из пассажиров машины для камикадзе выпрыгнул из неё на полном ходу. Точнее, его вытолкнули прямиком на обочину бесконечной дороги: никаких ориентиров или указателей в этом месте, только двойная сплошная, и пересечь её нельзя.

Глава 29. Признаки грозы

Сонни пятнадцать минут к ряду колотил по двери, но безрезультатно. В очередной раз сверившись с часами, он вздохнул и снова постучал. Его торопливость не была безосновательной: кофе остывало. Наконец раздался тихий щелчок, затем послышалось сонное:

— Да слышу я, слышу, чего шуметь-то, ещё так рано…

Дверь открылась. Сонни протолкнул вперёд подставку с двумя стаканчиками кофе в качестве жертвоприношения. Хрупкая, но цепкая ладонь сходу перехватила один из них, поднесла к лицу… Раздался довольный стон.

— Лаванда… Ладно,