Читать книгу - "Чужие под одной фамилией - Александра Новикова"

Сработало.

— Держи, разбирай, — положил небольшой пакетик на кровать рядом с Никой. — Я в душ, а то от меня складом за версту несёт.

Пока мылся и переодевался в домашнее, в спальне уже вовсю шуршало. Приятный такой звук, настоящий. Когда вернулся, Ника сидела в окружении обёрток, как маленькая королева на руинах кондитерской лавки. Она уже вскрыла упаковку печенья и вовсю хрустела, запивая соком. Щёки чуть порозовели.

— Вкусно? — я сел на край кровати, чуть напротив, разглядывая её с какой-то тупой, собачьей преданностью.

— Очень, — Ника протянула мне печеньку. — Спасибо, Ян. Ты столько всего набрал…

— Не парься, — я откусил печенье.

Смотрел, как она ест, и внутри всё пело.

* * *

Понедельник пролетел как-то мимо меня. Я так залип на Сочи, на предвкушении свободы, что вообще выкинул из башки, что нам надо было в школу переться. Прогулы, к сожалению, никто не отменял.

Но Ника — это Ника. Когда она утром выложила две справки на стол Ирине Михайловне, — я аж прифигел. Там чёрным по белому: "в связи с соревнованиями". Одна справка для Ники, а вторая для меня, как для сопровождающего. Всё официально, с печатями.

— Ника, ты когда успела? — шепнул я, когда мы вышли из учительской, стараясь не светить своей ошарашенной рожей. — Я думал, что просто забью, скажу, что в лесу потерялся или ещё что.

— Ян, нельзя просто забить, — она поправила рюкзак и посмотрела на меня как на маленького, с той самой снисходительностью, которая заставляла меня чувствовать себя тупым, но при этом жутко важным. — Тебе проблемы не нужны. Особенно сейчас.

Приятно было, чёрт возьми, что она обо мне подумала, что не забыла.

А вечером начался настоящий квест. Я вытащил с балкона огромный чемодан — один из тех трёх, с которыми она три недели назад сбежала из своего золотого дворца. Ника тут же начала нарезать круги вокруг него.

Прошло всего три недели.

Раньше я думал, что за такой срок можно привыкнуть только к новому расписанию в школе. Такое ощущение, что пронеслась вся жизнь, и старой версии "нас" больше не существует.

На свои сборы я потратил ровно пять минут. Че там собирать? Закинул в рюкзак три майки, шорты, плавки и бельё. Всё, готов к труду и обороне. А вот Ника… Это было нечто. Она носилась по нашей однушке, как заведённая. Шкаф нараспашку, вещи горой, хаос из одежды и каких-то баночек.

— Ян! Ты не видел мою синюю косметичку?

— Ян, а где мои танцевальные туфли?

— Ян...

Сидел на краю кровати, откинувшись на руки, и наблюдал за этим стихийным бедствием. Меня это чуть подбешивало — ну реально, как ребёнок. Сама чемодан собрать не может, всё "Ян" да "Ян", словно я ходячий справочник её жизни. Но, сука, как же мне было кайфово это слышать. Каждый раз, когда она выкрикивала моё имя из другой комнаты, у меня внутри что-то ёкало. "Ян". Будто я ей реально нужен, словно без меня она потеряется в этой квартире.

— Ян, ну помоги, я не могу его застегнуть! — почти застонала Ника, пытаясь придавить крышку своим весом, но не получилось.

Я подошёл и сам навалился коленом сверху.

— Ты туда что, всю квартиру запихнула? — усмехнулся я, медленно ведя собачку по зубчикам. — Мы на неделю едем, а не переезжаем.

— Там часть костюмов, они объёмные... — оправдалась она, закусив губу.

Застегнув, я задвинул чемодан к стене в коридоре, а сверху пристроил свой рюкзак. Проверил ещё раз кошелёк и паспорта — оба в маленьком, переднем кармашке. Когда вернулся в комнату Ника уже залезла под одеяло, выглядывая оттуда.

— Ник, ты завтра утром марафет наводить будешь? — спросил я, присаживаясь на край кровати. — Краситься там, волосы крутить?

Она устало мотнула головой, и я заметил, как она вздрогнула от резкого звука проехавшей под окном машины.

— Нет. В поезде всё равно всё размажется. Кичку сделаю и поедем, ну или хвост.

— О, ну тогда вообще отлично, — я довольно выдохнул и плюхнулся спиной на свою половину кровати, так что пружины жалобно звякнули. — Тогда дрыхнем до половины шестого. Как раз успеем яичницу пожарить, кофе выпить по-человечески и без гонок на вокзал докатить. К семи тридцати будем на месте.

В темноте спальни было тихо, только слышно, как Ника завозилась, устраиваясь поудобнее.

— Полшестого, — прошептала она. — Рано так.

— Зато без пробок, котёнок. Загрузимся в вагон, и там доспишь. Я тебя подушками обложу, будешь как в гнезде, — я улыбнулся в потолок, чувствуя, как внутри разливается странное тепло.

Закрыл глаза, представляя, как завтра утром буду гордо тащить её неподъёмный чемодан, и помогать остальным...

* * *

Припёрлись на перрон заранее, как и планировал. Чемодан стоял рядом, вызывающе блестя дорогой кожей на фоне разбитого асфальта, сверху мой рюкзак, и мешок с костюмами в руках — он был тяжелее, чем казался на первый взгляд, будто набит не тряпками, а камнями.

Вокруг постепенно нарастал гул. Подтягивались девчонки из коллектива, какие-то мелкие малявки носились вокруг лавок, звеня тонкими голосами, а их мамы сбились в кучки и о чем-то базарили, то и дело бросая в нашу сторону быстрые взгляды. Странное было ощущение, вроде я тут помощник — а че делать, не знаю. Идти к тем мамашам, предлагать сумки донести? Или стоять на месте, и не отсвечивать?

Вскоре в толпе мелькнула женщина в спортивном костюме. Она сначала по-хозяйски прошлась по родителям, что-то им объясняла, жестикулируя, а потом направилась прямиком к нам. Я выпрямился, стараясь выглядеть посолиднее.

— Доброе утро, — она остановилась перед нами, вид у неё был немного замученный, — Эльвира.

— Доброе, — пробормотала Ника.

— Здравствуйте, — первым протянул руку, решив, что надо сразу показать, что я адекватный. — Я Ян. Спасибо большое, что разрешили поехать. Я всё сделаю, что скажете: сумки, охрана, реквизит.

Эльвира пожала мою ладонь, и как-то странно, чуть удивлённо посмотрела на Нику рядом со мной, но ничего не сказала.

— Надеюсь, Ян, что всё пройдёт спокойно. И без лишних проблем. Понимаешь, о чем я?

— Конечно, — ответил максимально искренне. — Я мешать не буду, обещаю.

Реально хотелось, чтобы она в меня поверила. Чтобы увидела: я не тот отморозок из сводок, а нормальный пацан. Эльвира кивнула, но в глазах у неё всё равно читалось какое-то напряжение. Она ещё раз мазнула взглядом по Нике и отошла к родителям, те сразу зашушукались, поглядывая в нашу сторону.

— Ну вот, видишь, — я чуть улыбнулся, заглядывая Нике в глаза, пытаясь взбодрить. — Начало положено. Вроде адекватная тётка. Сейчас загрузимся и поедем.

Перрон гудел. Вагон плацкарта