Читать книгу - "Твой личный ад - Джессика Оливейра"

Джессика Оливейра

Твой личный ад

Информация

Любительский перевод выполнен каналами

https://t.me/darkbookishlove

https://t.me/nightfallbooks

Авторское право© 2024 — Джессика Оливейра

Все права защищены. Ни одна часть данной публикации не может быть воспроизведена, распространена или передана в какой-либо форме или с помощью каких-либо средств, включая фотокопирование, запись или другие электронные либо механические методы, без предварительного письменного разрешения автора, за исключением кратких цитат, включенных в критические обзоры, а также некоторых других некоммерческих использований, разрешенных законом об авторском праве.

Триггеры

— Насилие

— Явное сексуальное содержание

— Психологическая пытка

— Имитация отсутствия согласия

— Токсичные отношения

— Убийство

— Членовредительство

— Похищение

— Преследование (сталкерство)

— Жестокое обращение с животными

ГЛАВА 1

— До сих пор не верится, что ты уезжаешь, — вздыхает Кэмерон, затягиваясь маленьким косяком. Она предложила его мне, но я твердо отказалась, на мгновение задержав взгляд на ее выразительных карих глазах.

Мне так хочется признаться, как будет не хватать этих мест. Я провела детство в Серпентайн-Хилл и знала каждого жителя, хотя многие даже не подозревали о моем существовании. Но после гибели брата Тайлера все изменилось. Мне необходим новый старт, а этот город не сможет его подарить.

— Приеду на летние каникулы, — уверяю я, хотя в ее взгляде читается недоверие. — Ты ведь будешь поглощена учебой в «Вангард» и вряд ли найдешь время скучать по мне.

Окинув взглядом вечеринку, я отметила: сегодня пятница, тринадцатое.

Неоновые огни рисуют причудливые тени на стенах, а искусственный туман создает мистическую атмосферу. Гости выглядят комично в своих мрачных нарядах, за исключением организаторов — все они красуются в светящихся неоновых масках.

Я спрыгиваю со стола для пинг-понга и теряю равновесие, даже несмотря на свои потрепанные белые Convers. Затем бросаю взгляд на наручные часы — почти три часа ночи. Через несколько часов я уже буду в самолете до Калифорнии.

— Мне нужно в туалет, — бросаю я и растворяюсь в толпе, не дав ей возможности пойти следом. Поднявшись на второй этаж, где царит относительная тишина, наконец могу сосредоточиться на собственных мыслях.

Инстинктивно я направляюсь прямо к одной из главных спален.

Я поворачиваю дверную ручку, чувствуя, как в груди нарастает тяжесть. Вхожу и щелкаю выключателем на стене. Мой взгляд скользит по комнате, однако от привычного чувства больше ничего не осталось. Здесь только неприбранная кровать и вещи, беспорядочно разбросанные по полу.

Больше никаких следов Тайлера.

Я с трудом выдыхаю и отступаю на шаг. Моя печаль переплетается с тоской. И тут я ощущаю за спиной твердую стену мышц. Я напрягаюсь, чуть поворачиваю голову и вижу Мэддокса Найта. Непроизвольная дрожь пробегает по телу, заставляя отпрянуть от его внушительной фигуры, которая заполняет все пространство в дверном проеме.

Мэддокс, известный как Безумный Рыцарь — прозвище идеально ему подходит — является бывшим капитаном команды «Черные Вороны». Его габаритная фигура напоминает шкаф с антресолями. Он был исключен после того, как ударил соперника настолько сильно, что тот провел в коме почти целый месяц. Да, драки во время матчей — дело привычное, но Мэддокс перешел все границы.

Я не могу не обратить внимания на его лицо — покрытое синяками и ссадинами, будто он только что с ринга.

— Уже ухожу, — бормочу нервным тоном.

За всю жизнь мы не сказали друг другу ни единого слова. Его голова чуть склоняется набок, черные как оникс волосы обрамляют жестоко красивое лицо, на котором застыло холодное выражение. Он молча протягивает руку к выходу, его зловещие голубые глаза следят за мной хищным взглядом. Я мигом ускользаю прочь, словно маленький крольчонок, полностью соответствуя своему наряду.

По пути к машине я ищу Кэмерон, но нигде не могу ее найти. Отправляю ей сообщение и, не дожидаясь ответа, завожу двигатель.

До дома я добираюсь меньше чем за пятнадцать минут. Едва моя нога касается первой ступеньки, как срабатывает датчик движения, и свет на веранде вспыхивает, освещая кромку леса, что находится сбоку от дома. В детстве это место всегда наводило на меня ужас.

Я бесшумно проскальзываю внутрь, стараясь не потревожить отца. Поднявшись в свою комнату на втором этаже, с тоской окидываю взглядом почти пустое пространство — лишь двуспальная кровать и полупустой фиолетовый шкаф. Здесь прошло почти восемнадцать лет моей жизни. Как же мне будет не хватать этих стен…

Остановившись перед зеркалом, снимаю кроличьи ушки и провожу пальцами по светлым, словно лунный свет, волосам, распутывая пряди. На макияж даже не обращаю внимания — слишком вымотана, чтобы его смывать. Быстро переодеваюсь в белую атласную ночнушку, ложусь в кровать и долго гляжу в потолок, понимая, что не смогу уснуть, пока не окажусь в самолете.

Мама ждет меня в Калифорнии. После развода и смерти Тайлера она не смогла оставаться в этом доме, но мне пришлось задержаться — нужно было окончить школу.

Я вздыхаю, поджимаю губы… и вдруг ощущаю холодный нос Оззи, который тычет мне в руку. Поворачиваю голову к верному золотистому ретриверу, и сердце болезненно сжимается при мысли о том, что придется оставить его с отцом. Оззи тихонько поскуливает рядом, и я прекрасно понимаю, чего он хочет. Я неохотно поднимаюсь с постели, спускаюсь вниз и выпускаю его на улицу. Пес молниеносно выскакивает наружу.

Я откидываю голову назад и ругаюсь: — Черт побери, я оставила поводок!

Босиком мчусь вниз по лестнице и зову Оззи, хотя уже знаю, где его обнаружу. Я направляюсь к лесу. Днем он прекрасен, но ночью превращается в пугающий лабиринт. И конечно, именно там сейчас Оззи. Когда он убегал, мы всегда находила его у озера.

Превосходно, просто отличный вечер для прогулки по лесу!

Никогда раньше не ходила в лес посреди ночи в пятницу тринадцатого, хотя сама дата меня не пугает.

Я покидаю двор и выхожу на поляну. Через шесть метров — босыми ногами — погружаюсь в темную чащу леса.

Ну надо же!

Поверить не могу, что провожу последнюю ночь перед отъездом в этой глуши.

Боль в ступнях становится почти нестерпимой, когда приближаюсь к озеру. Шум воды эхом отражается от берегов, а лунный свет пробивается сквозь деревья. Добираюсь до