Читать книгу - "Страсти и человеческий выбор - Дубинская В.В."

было так одиноко и тяжело чувствовать себя с ним в ссоре, что она хотела все забыть, простить и примириться с ним, хотела обвинить себя и оправдать его. «Я сама виновата. Я раздражительна, я бессмысленно ревнива. Я примирюсь с ним, и уедем в деревню, там я буду спокойнее», – говорила она себе.

«Ненатурально», – вспоминала она вдруг более всего оскорбившее ее не столько слово, сколько намерение сделать ей больно. «Я знаю, что он хотел сказать; он хотел сказать: ненатурально, не любя свою дочь, любить чужого ребенка. Что он понимает в любви к детям, в моей любви к Сереже, которым я для него пожертвовала? Но это желание сделать мне больно! Нет, он любит другую женщину, это не может быть иначе».

И увидав, что, желая успокоить себя, она совершила опять столько раз уже пройденный ею круг и вернулась к прежнему раздражению, она ужаснулась на самое себя...» [63].

… «Боже мой, куда мне?» – все дальше и дальше уходя по платформе, думала она. У конца она остановилась. Дамы и дети, встретившие господина в очках и громко смеявшиеся и говорившие, замолкли, оглядывая ее, когда она поравнялась с ними. Она ускорила шаг и отошла от них к краю платформы. Подходил товарный поезд. Платформа затряслась, и ей показалось, что она едет опять.

И вдруг, вспомнив о раздавленном человеке в день ее первой встречи с Вронским, она поняла, что ей надо делать. Быстрым, легким шагом спустившись по ступенькам, которые шли от водокачки к рельсам, она остановилась подле вплоть мимо ее проходящего поезда. Она смотрела на низ вагонов, на винты и цепи и на высокие чугунные колеса медленно катившегося первого вагона и глазомером старалась определить середину между передними и задними колесами и ту минуту, когда середина эта будет против нее.

«Туда! – говорила она себе, глядя в тень вагона, на смешанный с углем песок, которым были засыпаны шпалы, – туда, на самую середину, и я накажу его и избавлюсь от всех и от себя».

Она хотела упасть под поравнявшийся с ней серединою первый вагон. Но красный мешочек, который она стала снимать с руки, задержал ее, и было уже поздно: середина миновала ее. Надо было ждать следующего вагона. Чувство, подобное тому, которое она испытывала, когда, купаясь, готовилась войти в воду, охватило ее, и она перекрестилась. Привычный жест крестного знамения вызвал в душе ее целый ряд девичьих и детских воспоминаний, и вдруг мрак, покрывавший для нее все, разорвался, и жизнь предстала ей на мгновение со всеми ее светлыми прошедшими радостями. Но она не спускала глаз с колес подходящего второго вагона. И ровно в ту минуту, как середина между колесами поравнялась с нею, она откинула красный мешочек и, вжав в плечи голову, упала под вагон на руки и легким движением, как бы готовясь тотчас же встать, опустилась на колена. И в то же мгновение она ужаснулась тому, что делала. «Где я? Что я делаю? Зачем?» Она хотела подняться, откинуться; но что-то огромное, неумолимое толкнуло ее в голову и потащило за спину. «Господи, прости мне все!» – проговорила она, чувствуя невозможность борьбы. Мужичок, приговаривая что-то, работал над железом. И свеча, при которой она читала исполненную тревог, обманов, горя и зла книгу, вспыхнула более ярким, чем когда-нибудь, светом, осветила ей все то, что прежде было во мраке, затрещала, стала меркнуть и навсегда потухла…» [63].

Зависть и ревность: здоровье

Здоровые люди время от времени испытывают чувство зависти и ревности. Как любые чувства, они несут определенную информацию про конкретную жизненную ситуацию и требуют персональной обработки [19,23,38]. В основном энергия требуется для внимательного исследования двух областей:

1. Собственной раненой самоценности, которая нуждается в самоподдержке. Это внутренний мягкий, подбадривающий контакт с собой: «Где у меня болит? Что именно уязвлено? Где я чувствую себя ”плохим“? Это мой ум? Внешняя привлекательность? Моя ценность для другого? Могу ли усомниться, что это так? Вот я сейчас смотрю на себя по-дружески. Что я о себе знаю? Я неплохой человек. Я знаю, что у меня бывают такие состояния, где я перестаю себя поддерживать, вижу все в негативном свете, но это пройдет. И я себе помогу». Так же это поиск опоры, например, разговор с другом, чтение любимых книг и т.д.

2. Внимательное исследование тех отношений, того поля, в которых запустилось чувство зависти или ревности: «Что происходит между нами? Что за ситуация так меня выбила? Были ли в этой ситуации агрессивные действия в мою сторону? Было ли пренебрежение, игнорирование, холодность, грубость, невыполнение обязательств, коварство? Если да, то с чем они были связаны? Это случайность или недоброжелательство? Кто тот, другой? Как он ко мне относится? Что он за человек? Не слишком ли я ему доверился? Не слишком ли близка дистанция? Или, может быть, другой здесь ни при чем? И мои чувства рождены из моей боли? Другие люди имеют право на радость, счастье, удачу, любовь. Я ранен сейчас, но когда я отойду, я смогу искренне порадоваться за другого. А сейчас время для того, чтобы себя пожалеть и поднять себя с колен. Я себе нужен». Если зависть и ревность рождены потерей самоценности, то об этих чувствах лучше не говорить с партнером, переборов их внутри или обсудив на психотерапии. Если эти чувства результат плохого отношения, то лучше обсуждать именно разрушающие отношения действия партнера, а не сами чувства.

Альфрид Лэнгле пишет, что в чем-то «чувства – это “нижнее белье” человека. Показываться на