Читать книгу - "Русский Робинзон - Николай Сибиряков"

Поставьте себя на место нашего героя, и вы, хотя бы отчасти, поймете его душевное состояние. Он не боялся за себя, он свыкся с опасностями, но участь одинокого, беспомощного Володи в случае его плена или смерти заставляла содрагаться его смелое сердце.

Сергей Петрович понимал: короткая летняя ночь скоро кончится и ему придется силой защищать свою жизнь, шансов же на спасение Гедеона практически не останется. Во всяком случае, нужно было на что-то решаться.

К счастью, холодный предрассветный ветерок заставил бодрствующего часового укутаться с головой в свою легкую одежду. Лисицын, не спускавший с него глаз, поспешил воспользоваться случаем и перешагнул через неосторожного воина. Прежде чем часовой, услыхав легкий шум, успел обернуться, он скрылся за шалаш. Китаец, не увидев ничего подозрительного, повернулся от ветра и опять закутался в свой плащ. Уверившись, что остался незамеченным, Лисицын беспрепятственно отошел в лес, осмотрев китайский бивак. Его ночное предприятие имело успех: больше половины плота сгорело — врагам придется строить новый плот.

С восходом солнца китайцы засуетились. Начальник так же, как и вчера, осмотрел узы Гедеона, а тот, следуя совету друга, передал знаками желание свое рассказать важную тайну. Немедленно призвали переводчика и, когда поняли объяснения пленника, начальник отправился с докладом к командующему мандарину. И вот трое дюжих воинов повели арестанта к известному ему месту. Когда Гедеон и его конвой тронулись в путь, Лисицын поспешил к оврагу, где были спрятаны вещи, и вынул дубленку Володи, чтобы по ней не узнали о присутствии мальчика. Приведя все в прежний порядок, он скрылся поблизости. Послышался звук цепей. Показался Гедеон, бросавший в стороны тревожные взгляды. Вот группа спустилась в овраг. Китайцы бросились с любопытством осматривать найденные вещи. Гедеон опустился на землю — отдыхал от трудного перехода. При каждом шорохе листьев он кидал быстрый взгляд в ту сторону, ожидая увидеть знак, подаваемый Лисицыным. Но герой наш оставался неподвижным на своем месте, опасаясь, что озлобленные китайцы убьют Гедеона при первом его выстреле из засады.

Налюбовавшись вещами, китайцы уложили их в две тележки и приказали одну взять Гедеону, другую повез китайский воин. Впереди шел конвоир, замыкал шествие другой, идя почти по пятам пленника. Гедеон в оковах не мог скоро везти свою поклажу и часто спотыкался. Конвойные решили снять с него кандалы, а чтобы не смог убежать, обвязали вокруг шеи веревку, концы которой держал шедший позади воин.

Лисицын не спускал с процессии глаз и, когда пленник и его стража снова тронулись в путь, неслышно подобравшись сзади, на повороте, в узком месте, ударом топора положил на месте конвойного. Приблизившись к другу, Сергей Петрович разрезал веревки, связывавшие его руки, и передал ему оружие пораженного врага. Гедеон отступил за Лисицыным в овраг. По оврагу они побежали к восточному берегу озера.

Китайцы, шедшие впереди, ничего не услышали. Они прошли больше ста шагов, прежде чем заметили, что лишились пленника и замыкающего. Они немного подождали, потом пошли обратно и с ужасом увидели зарубленного товарища. Не понимая, как это могло случиться, они начали стрелять, призывая на помощь. Между тем беглецы все больше уходили в лес по направлению к востоку. Желание сохранить свободу было так велико в Гедеоне, что он забыл даже боль в ногах от кандалов.

— Надо торопиться, Сергей Петрович. Слышите, китайцы бьют тревогу?

— Зачем нам выбиваться из сил? Если китайцы не нападут на наш след, мы благополучно дойдем до челнока.

— Вчера я пережил тяжелые минуты: скорбел за вас, отчаивался за Володю…

— Слава Богу, опасность миновала. Вы теперь должны согласиться со мной, что человек, уповая на Бога, всегда получит помощь свыше. Вот почему христианин никогда не должен отчаиваться. Постойте-ка…

Лисицын лег на землю и стал прислушиваться. В отдалении, с правой стороны, раздавались голоса. Гедеон тоже услышал отрывистые звуки.

— Это погоня?! — вскинулся Гедеон.

— Нет, говор спокойный. Не понимаю, как китайцы могли очутиться впереди нас?

— Должно быть, посланы берегом, чтобы отрезать нам путь.

— А, вот в чем дело: мы поравнялись с островком, голоса слышны оттуда. Прокравшись к озеру, товарищи убедились в этом и спокойно отправились к челноку.

Весело поплыли друзья по светлым водам озера, сердца их были переполнены радостью. В бухточке острова они увидели на берегу Володю. Вскоре он уже был в объятиях своего дяди.

— Слава Богу, — не уставал повторять Лисицын, — мы все живы и здоровы, спаслись от смерти и плена. Не грешно отпраздновать нынешний день хорошим обедом. Ты, Володя, набери земляники, вы, Гедеон Михайлович, разложите костер и устройте козлы для жаренья дичи, а я подстрелю кабана. Я уже приметил кабанье лежбище.

Сергей Петрович сел в челнок и стрелой полетел к известному ему месту. Прошло около двух часов. Володя набрал ягод, а Гедеон развел огонь и устроил все нужное для бивачной стряпни, а Лисицын не возвращался.

— Не случилось ли чего с Сергеем Петровичем? — не выдержал Володя.

— Сохрани Бог! Нет-нет, китайцам не провести такого опытного охотника. — Гедеон тоже беспокоился за друга, но скрывал свои опасения от мальчика. Вскоре, к радости обоих, Лисицын возвратился с кабаном и распорядился жарить его сочное мясо. За трапезой завязался разговор.

— Что вы теперь думаете предпринять, Сергей Петрович? — спросил Гедеон. — Куда махнуть нам — на Амур или к Алмазной? Признаться, я предпочел бы Амур. Хочется на родину.

— А ты, Володя, что желаешь?

— С вами мне везде хорошо.

— Стало быть, решение зависит от меня. Я тоже хочу поскорее попасть в Нерчинск и передать начальству наш укрепленный остров. Лодка у нас есть. Вот только хватит ли у нас сил перетаскивать ее через перешейки, и допустит ли нас беспрепятственно переплыть озера отряд китайцев?

— Вы считаете, лучше идти к Алмазной? Что ж… — вздохнул Гедеон.

— Я полагал бы несколько дней пробыть на этом острове. За это время можно обследовать южную часть озера. Тогда и решим это дело.

День посвящен был отдохновению. Однако время от времени Лисицын влезал на высокое дерево и осматривал окрестные воды озера и отдаленные берега его. Нигде не было заметно присутствия человека. Не желая подвергаться случайности, он перевел свою флотилию из открытой бухточки в укромное место