Читать книгу - "В поисках Атлантиды - Энди МакДермотт"

Подводные аппараты вернулись. «Шаркдозер» был подцеплен и поднят на борт «Ивенора», а «Атрагон» остался на воде — к нему подключили кабель для подзарядки батарей.

Шла подготовка ко второму погружению. На этот раз к обследованию храма подключались члены экспедиции.

— Хотелось бы и мне отправиться вместе с вами, — сказала Нина. Кари, Чейз и Кастилль натягивали костюмы для спуска под воду.

— Спорю, вы жалеете, что не захватили с собой водолазный сертификат? — пошутил Чейз, когда один из матросов помогал ему надеть шлем.

На ныряльщиках были глубоководные костюмы новой конструкции — что-то среднее между традиционным снаряжением аквалангиста и похожим на доспех, почти роботовидным тяжелым водолазным костюмом, предназначенным для глубокого и долгого погружения. Твердые скафандры, соединенные с резиновыми кольцами вокруг бедер и плеч, предохраняли от неожиданностей.

На глубине восемьсот футов, близкой к предельной для ныряния с аквалангом, давление на тело человека составляет более двадцати пяти атмосфер, что требует, чтобы кислород поступал под таким же давлением. Но дыхание смесью не проходит бесследно: попавший в кровь сжатый газ начинает расширяться, когда ныряльщик всплывает и давление вокруг него уменьшается. Пузырьки азота в кровеносных сосудах разбухают, вызывая дикую боль, разрушение тканей и даже смерть.

Болезнь декомпрессии. Ломка.

Глубоководные костюмы защищают тело твердой оболочкой, способной противостоять внешнему давлению; ныряльщики дышат воздухом всего при одной атмосфере, а их руки и ноги под водой более подвижны, чем в тяжелой, неуклюжей водолазной амуниции.

— Ты же сможешь наблюдать за нами по видео, — пообещала Кари.

— Это не то же самое. При таких открытиях нужно самому присутствовать.

— Не беспокойтесь, — сказал Кастилль, — мы притащим вам золотую нереиду.

— Нет-нет! Прошу вас, оставьте все, что найдете, на месте! И еще вот что… — Она повернулась к Чейзу. — Вам действительно необходимо брать с собой взрывчатку?

— Если наверху коридор окажется заблокированным, она нам может понадобиться, чтобы расчистить проход. Не беспокойтесь, я не собираюсь взрывать там все! Я знаю, что делаю.

— Надеюсь. — Она постучала по шлему. — Как там внутри?

— Тесно. Хорошо, что я не страдаю клаустрофобией.

— Счастливчик, — вздохнул Кастилль. Он посмотрел на желтый панцирь, покрывавший его тело. — У меня такое ощущение, что я замурован в громадном куске мыла.

— Или затянут в корсет, — добавила Кари, положив руку на талию. Если у Чейза и Кастилля костюмы были безразмерными, величина регулировалась передвижением изолирующих колец на конечностях, то у нее он был сделан на заказ, точно по размерам, и демонстрировал под сталью и поликарбонатом женственность фигуры. — Должно быть, викторианские дамы чувствовали себя точно так же!

— Ага, когда падали с «Титаника», — пошутил Чейз.

— Те были эдвардианские, а не викторианские, — поправила его Нина.

— Этот историк готов завалить все мои шутки. — Он посмотрел на своих спутников — матросы проверяли последние застежки на их костюмах. — Прекрасно. Готовы?

— Абсолютно, — твердо сказала Кари.

— Готовы опять идти навстречу опасности? — спросил Кастилль. У него не было уверенности Кари. — Ну, если я должен…

— Ладно тебе, Хьюго, ты их обожаешь, — усмехнулся Чейз. — И, кстати, там, внизу, тебе не нужно будет опасаться вертолетов.

— А что такое спускаемый аппарат? Подводный вертолет!

Чейз хлопнул рукой по шлему Кастилля:

— А теперь прекращай стонать и засовывай под воду свой бельгийский зад!

«Атрагон» и ныряльщики скрылись в пучине океана.

Нина наблюдала за погружением, а затем поспешила в командную рубку. На правом плече Чейза была видеокамера, которая передавала изображение по оптико-волоконному кабелю на «Атрагон», а аппарат через свою антенну транслировал его на судно.

— Эй, Кари, я тебя вижу, — сказала она, надев наушники. Фигурка на экране помахала свободной рукой.

— Ныряльщики, можем проверить связь? — спросил Трулли, сидевший у соседнего монитора. — Эдди?