Читать книгу - "Воздушный «Котобой», или Приключения котов в небе и на земле - Андрей Алексеевич Усачев"

тысяч километров. Но Большой Барьерный риф тянется вдоль австралийского побережья на две с половиной тысячи километров и образует более девятисот островов…

Когда капитан Котаускас сообщил об этом команде, Афоня растерянно почесал затылок:

– Это получается…

– Получается, если мы будем исследовать два или три острова в день, на это может уйти год, – подсчитал в уме Шустер.

– Надеюсь, меньше, – сказал Котаускас. – Мы знаем, что «Виктория» подошла к Австралии с запада, чуть южнее того места, где мы сейчас находимся. Отсюда и начнём наши поиски!

Решили идти строго на юг и держаться австралийского берега, попутно исследуя все встреченные острова. С первыми лучами солнца «Котобой» поднял парус и взял курс на Австралию.

Размочив свой сухарик в солёной воде (а он любил солёные сухарики), вперёдсмотрящий Шустер полез в корзину и… свалился с мачты:

– Там кто-то спи-пи-пит!

– Где?

– В гнезде.

– Кто?

– Откуда я знаю…

– Сейчас узнаем, ёксель-моксель! – Котаускас застучал обухом топора по мачте.

Из корзины высунулась заспанная мордочка.

– Не стучите. Я сплю… Ой, где я?

– На яхте «Котобой». Спускайся!

Небольшой пушистый зверёк, похожий не то на белку, не то на соболя, спланировал на палубу. И, близоруко щурясь, стал озираться:

– А как я сюда попал?

– Это мы у тебя должны спросить. Ты кто?

– Летяга Богус. А ещё меня зовут сахарной белкой. А ещё летягой-симпатягой…

– А зачем ты забрался в лодку?

– Не знаю. Я вчера ночью увидел дерево с уютным гнездом, ну и перелетел в него.

– Ты умеешь летать? – удивились коты.

– Умею. Все летяги умеют. Поэтому нас и называют летягами…

Окончательно проснувшись и узнав, что «Котобой» плывёт в Австралию, Богус заскулил:

– Верните меня обратно.

– Извини, мы торопимся. Можем высадить тебя на ближайшем острове. Или лети обратно…

Тут выяснилось, что летяги по-настоящему летать не умеют – только планировать с дерева на дерево. И то не дальше полусотни метров.

– Мой личный рекорд сорок девять с половиной, – объявил Богус.

– А чем ты питаешься? – на всякий случай спросил Афоня.

– Исключительно полезной пищей. Мы пьём нектар, едим фрукты и насекомых, ну и вся-а-кое-е та-акое… – Симпатяга зевнул и тут же захрапел на корме.

Морякам ничего другого не оставалось, как оставить его на лодке, а на обратном пути вернуть. Богус вёл ночной образ жизни, и зрение у него было великолепное. Так что он вполне мог быть ночным вперёдсмотрящим…

– Интересно посмотреть, как он летает, – сказал Тима.

Вскоре такой случай представился. На пути встретилось несколько атоллов с кокосовыми пальмами. Летяга-симпатяга взбирался на мачту, планировал с неё на деревья, затем, с орехом в лапах, – обратно на лодку…

– Кокосовое молоко – очень полезная вещь, – сказал Богус, проделав в кокосе дырку. – Масса витаминов, и хорошо утоляет жажду.

Мутноватая белая жидкость походила на сильно разбавленное молоко, а по вкусу отдалённо напоминала берёзовый сок.

– Сгодится, – кивнул Афоня. – Если на острове, куда добрался Котя, есть хотя бы десяток пальм, от жажды они не умрут.

В Котьму не звонили уже два дня. Старпом решил узнать новости, но обнаружил, что телефон разряжен. Это было неприятно – остаться без связи. И тут у Шустера, как всегда, возникла неожиданная идея – поймать электрического ската и зарядить телефон от него.

Электрических скатов все видели только на картинках. Но почему бы не попробовать?

– А что, чем чёрт не шутит! – Афоня достал спиннинг. – Не одними же нам кокосами питаться. От них ещё заворот кишок может случиться.

Старпом раздербанил припрятанного корюха на три кусочка, наладил снасть и закинул удочку…

Электрический скат отдалённо напоминал палтуса с длинным шипом на хвосте. Рыбину втащили в лодку, и Афоня поднёс мобильник к хвосту. А дальше произошло то, чего никто не ожидал…

Раздался оглушительный треск. Посыпались искры. Телефон оплавился, а Афоню отбросило на корму. В воздухе запахло палёной шерстью.

– Папа, ты жив?! – перепугался Тима.

Афоня был жив. Но лапы у него дымились и голова тряслась, как у старого Тимофея Тимофеича.

– Сынок, – прошептал старпом, – кто бы что тебе ни советовал, – кот укоризненно посмотрел на Шустера, – никогда не заряжай телефон электрическим скатом!

По карте расстояние до Австралии было невелико. Но добирались до неё почти весь день. Постоянно приходилось менять курс в поисках прохода между коралловыми рифами. Наконец показалась земля. В отличие от зелёных джунглей Новой Гвинеи, берег Австралии был полупустынным. Лишь кое-где виднелись редкие группы деревьев. Якорь бросили в небольшой бухточке.

Скат был съеден целиком. За исключением обесточенного хвоста. Его старпом насадил на бамбуковую палку – получилось нечто вроде копья.

– Если что, буду говорить всем, что это электрический гарпун, – усмехнулся Афоня.

За ужином обсудили план дальнейших действий и решили разбиться на две группы. Котаускас, Шустер и примкнувший к ним Богус на «Котобое» должны были исследовать находящуюся неподалёку группу островов. А Афоня с Тимой – идти вдоль берега. Если команде «Виктории» удалось добраться до материка, то наверняка об этом передали по радио или телевидению. Короче, старпом должен был добраться до человеческого жилья и узнать новости у местных жителей.

Встретиться договорились через день на берегу в тридцати милях западнее. И место встречи отметили на карте.

На рассвете простились. Ближе чем на полсотни метров лодка подойти к берегу не могла. Поэтому до суши требовалось добираться вплавь.

– Брр! – поёжился старпом. Хотя вода была тёплая, плавать он, как и всякий кот, не любил. – Ну что, Тима, поплыли?

– Погоди, пап! – Тима раскрыл зонт, спустил на воду и ловко запрыгнул в него. – Садись!

– Действительно фокусник! – покачал головой Котаускас.

Афоня, кряхтя, сполз в импровизированную лодочку.

Через минуту отец и сын были на берегу, помахали лапами оставшимся в лодке и двинулись вдоль песчаного пляжа. Тима сложил зонтик и закинул на плечо. Издалека оба были похожи на туземцев с копьями.

Глава 10

Приключения на берегу

Северный берег Австралии малонаселён. Можно пройти милю, и десять, и двадцать – и не встретить ни одной живой души. Афоня и Тима шагали по песчаному пляжу на восток, рассуждая так: если «Виктория» разбилась в этом районе, какие-то вещи с неё волны могли выбросить на берег – например, спасательный круг, или обломок самой яхты, или капитанскую фуражку. Однако ничего такого котам не попадалось. Изредка встречались пластиковые бутылки