Читать книгу - "Форт - Бернард Корнуэлл"

сидел в лучах утреннего солнца у большого склада, только что достроенного внутри форта. Слуга брил Маклина, и тот с кривой усмешкой посмотрел на Филдинга.

— Скверно бриться, когда правая рука искалечена, — пояснил генерал.

— Подбородок выше, сэр, — сказал слуга, и на мгновение воцарилась тишина, пока бритва скользила по шее генерала.

— Что у вас на уме, капитан? — спросил Маклин, когда бритву ополоснули.

— Засека, сэр.

— Превосходная вещь для размышлений, — легкомысленно бросил Маклин, а затем снова умолк, пока слуга вытирал ему лицо полотенцем. — Благодарю, Лэрд, — сказал он, когда ткань убрали с его шеи. — Вы завтракали, капитан?

— Скудный завтрак, сэр.

Маклин улыбнулся.

— Мне сказали, куры начали нестись. Не могу же я допустить, чтобы вы, парни, голодали. Лэрд? Будь добр, посмотри, не сможет ли Грэм сотворить нам яиц пашот.

— Так точно, сэр, — слуга собрал миску, полотенце, бритву и ремень для правки. — И кофе, сэр?

— Я произведу тебя в полковники, если ты найдешь мне кофе, Лэрд.

— Вы вчера уже произвели меня в генералы, сэр, — с усмешкой сказал Лэрд.

— Вот как? Тогда дай мне повод сохранить за тобой этот высокий чин.

— Я постараюсь, сэр.

Маклин повел Филдинга к западному валу форта, который выходил на высокий лесистый утес. Смешно было называть это валом, поскольку он был еще не достроен, и проворный человек мог с легкостью его перепрыгнуть. Ров за ним был неглубок, а заостренные колья на его дне вряд ли задержали бы врага и на мгновение. Люди Маклина с рассветом принялись наращивать стену, но генерал знал, что ему нужна еще неделя непрерывной работы, чтобы валы стали достаточно высокими и могли сдержать атаку. Опираясь на палку, он взобрался на насыпь из бревен и утрамбованной земли, служившую валом, и устремил взгляд через гавань, мимо флотилии Моуэта, туда, где в заливе стояли на якоре вражеские корабли.

— Сегодня утром тумана нет, капитан.

— Никак нет, сэр.

— Бог нам улыбается, а?

— Он ведь англичанин, сэр, помните? — с улыбкой предположил Филдинг.

Капитан Майкл Филдинг тоже был англичанином, артиллеристом в темно-синем мундире. Тридцатилетний, светловолосый, голубоглазый и обескураживающе элегантный, он выглядел так, словно ему было бы куда уютнее в каком-нибудь лондонском салоне, чем в этой американской глуши. Он был воплощением того типа англичан, который Маклин инстинктивно недолюбливал: слишком томный, слишком высокомерный и слишком красивый. Но, к удивлению Маклина, капитан Филдинг оказался к тому же дельным, сговорчивым и умным. Он командовал полусотней канониров и разношерстным набором орудий, среди которых были шести-, девяти- и двенадцатифунтовые. Одни на полевых лафетах, несколько на гарнизонных, а остальные — на морских. Пушки собирали по складам в Галифаксе, чтобы состряпать наспех собранные батареи, но, впрочем, думал Маклин, вся эта экспедиция была сплошной импровизацией. У него не хватало ни людей, ни кораблей, ни орудий.

— Да уж, — с тоской произнес Маклин, — вот бы нам засеку.

— Она у нас будет, если вы одолжите мне сорок человек, сэр. — предложил Филдинг.

Маклин обдумал просьбу. Почти двести его солдат были разбросаны по пикетам, охраняя места, где янки могли попытаться высадиться. Он считал, что вчерашнее приближение врага к утесу было всего лишь блефом. Они хотели, чтобы он думал, будто они будут штурмовать западную оконечность полуострова, но он был уверен, что они выберут либо гавань, либо перешеек, причем перешеек был куда более вероятным местом высадки. И все же он должен был охранять все возможные места, а пикеты на берегу отнимали почти треть его людей. Остальные трудились, углубляя колодец и возводя стены форта, но если он удовлетворит просьбу Филдинга, ему придется отвлечь часть этих людей, что замедлит работу над жизненно важными валами. И все же засека была хорошей идеей.

— Сорока человек вам хватит?

— Нам еще понадобится упряжка волов, сэр.

— Да, понадобится, — сказал Маклин, но все его воловьи упряжки были заняты подвозом материалов с берега гавани, где все еще стояла большая часть орудий Филдинга.

Маклин взглянул на парные бастионы, прикрывавшие фланги на западной стены форта. Пока что у него было установлено всего два орудия, что представляло собой жалкую защиту. Подвезти в форт еще пушки было бы нетрудно, но стена как раз достигла той высоты, где для установки пушек требовались платформы, а подготовка платформы требовала времени и людей.

— Где бы вы разместили засеку? — спросил он.

Филдинг кивнул на запад.

— Я бы прикрыл тот подход, сэр, и северную сторону.

— Да, — согласился Маклин. Засека, огибающая форт с запада и севера, помешала бы любой атаке янки как с утеса, так и с перешейка.

— Большая часть леса уже порублена, сэр, — сказал Филдинг, пытаясь убедить Маклина.

— Это так, это так, — рассеянно ответил Маклин.

Он жестом велел англичанину спуститься со стены и перейти через ров, чтобы их не услышали рабочие, укладывавшие бревна на вал.

— Позвольте мне быть с вами откровенным, капитан, — тяжело произнес Маклин.

— Конечно, сэр.

— Этих мятежных негодяев — тысячи. Если они придут, капитан, а они придут, то, я полагаю, нас будут атаковать две или три тысячи. Вы понимаете, что это значит?

Филдинг несколько секунд молчал, затем кивнул.

— Понимаю, сэр.

— Я повидал достаточно войн, — с сожалением сказал Маклин.

— Вы хотите сказать, сэр, что мы не выстоим против трех тысяч человек?

— О, мы-то выстоим, капитан. Пустить им кровь мы, конечно, сможем, но одолеть их? — Маклин обернулся и указал на недостроенную стену. — Будь этот вал в десять футов высотой, я бы мог умереть здесь от старости, а будь у нас дюжина установленных орудий, смею сказать, мы бы одолели и десять тысяч человек. Но если они придут сегодня? Или завтра?

— Они нас сомнут, сэр.

— Да, сомнут. И это говорит не трусость, капитан.

Филдинг улыбнулся.

— Никто, сэр, не может обвинить генерала Маклина в трусости.

— Благодарю вас, капитан, — сказал Маклин, а затем уставился на запад, на возвышенность. Гребень полого поднимался, усеянный пнями срубленных деревьев. — Я с вами откровенен, капитан, — продолжал он. — Враг придет, и мы окажем ему сопротивление, но я не хочу здесь бойни. Я уже видел такое. Видел, как люди, доведенные до ярости, вырезали гарнизон полностью, а я пришел сюда не для