Читать книгу - "Христианская демократия в современной Франции - Дмитрий Викторович Шмелев"

Европа. Следовательно, глава государства должен быть арбитром, должен уважать большинство, происходящее из итогов парламентских выборов и назначить правительство «в соответствии с народной волей»[192]. Иными словами, подчеркивалась необходимость центризма (как отказ от биполяризации), нового большинства (которое возможно только с центром). Однако оставались открытыми вопросы, какие политические силы войдут в новое большинство, как будет формироваться правительство, какова будущая роль «Демократического центра»? Два возможных варианта развития событий обсуждалось руководством партии: во-первых, формирование нечто вроде «третьей силы», включающей часть левых, «Демократический центр» и голлистов (партия как «полюс большинства») в рамках «контракта легислатуры»; во-вторых, новое большинство, составленное из радикалов, социалистов, демократов и независимых республиканцев. Оба варианта, в целом, могли стать выигрышными для «Демократического центра», делая его арбитром ситуации.

На парламентских выборах 5 и 12 марта 1967 г. «Демократический центр» получил поддержку в первом туре 12,79 % (2 864 512 избирателей от общего числа 22 392 317) избирателей и 27 мест в Национальном собрании по итогам второго тура. 121 место получила ФДСЛС (в том числе 4 – ОСП), 73 – ФКП, 200 – ЮДР, 44 – «независимые республиканцы». Собственно «Демократический центр» имел 27 мест, но с учетом присоединившихся депутатов и формирования фракции «Прогресс и современная демократия» центристы имели 41 депутата[193].

Хотя руководству «Демократического центра» удалось добиться единых кандидатур во многих округах, общий итог был удручающим (в сумме он составлял меньше, чем процент МРП и «умеренных» в 1962 г.). По сравнению с 1962 г. христианские демократы потеряли порядка 13 % своего электората. Сыграл свою роль двойной отказ: отказ ФДСЛС разорвать свой альянс с коммунистами и отказ жискардистов выйти из правящего большинства. В итоге, стратегия ДЦ оказалась обречена на неудачу, а «сила предложения» не востребованной возможными политическими партнерами. Причем во втором туре центристские избиратели, как обычно, разделились, но в своей массе голосовали за умеренных и левых кандидатов[194]. Такое разделение избирателей было следствием двух альтернатив: первая касалась выбора между голлистами и «независимыми республиканцами», вторая – между «Демократическим центром» и ФДСЛС. Политологи Ж. Шапсаль и А. Лансло отметили, что от 25 до 45 % избирателей «Демократического центра» отдали свои голоса кандидатам ФДСЛС на почве борьбы с голлизмом. Причем левые не делали никаких жестов в пользу «Демократического центра», отдав приоритет союзу всех левых сил[195]. По мнению Ф. Гогеля, серьезным затруднением для центристов было сохранение своей оригинальности из-за невозможности борьбы на два фронта – против голлизма и против «коллективистских формул» совместной программы ФДСЛС и ФКП. С точки зрения биполяризации было необходимо, чтобы центристы располагались именно в центре, а не справа, тогда как голлизм был бы только справа. При этом, если взглянуть на список членов фракции «Прогресс и современная демократия», то он на 80 % чужд правой. Но если рассматривать ее избирателей, то получается иная картина: 1 /3 из 3 млн голосов, полученных ДЦ в марте 1967 г. – это голоса правых и крайне правых избирателей[196].

12 марта 1967 г. Ж. Леканюэ так комментировал итоги выборов: «Результаты, полученные Демократическим центром, позволят нам иметь автономную фракцию в Национальном собрании, что даст нам полную свободу действия. С другой стороны, мы не будем иметь в Бурбонском дворце число мест, соответствующее трем миллионам голосов, которые мы получили в первом туре. Можно констатировать прискорбный разрыв страны на два блока, разрыв, желаемый голлистским лагерем»[197]. Немного позже, в апреле, последовало заявление Ж. Дюамеля, имевшее спустя несколько недель последствия для функционирования партии. «Это не центр был побежден, а «Демократический центр»[198], – заявил он в интервью журналу «Экспресс».

Таким образом, по итогам выборов, «Демократический центр» не смог противостоять ни биполяризации, которую он отвергал, ни ниспровергнуть большинство, с которым он боролся. В новом составе Национального собрания была создана фракция под названием «Прогресс и современная демократия», руководителем которой стал Жак Дюамель (поскольку Ж. Леканюэ являлся сенатором и не мог занять этот пост). 3 апреля 1967 г. голлист Ж. Шабан-Дельмас был избран председателем Национального собрания (261 голос против 214, поданных за Г. Деффера). 6 апреля было утверждено новое правительство Ж. Помпиду.

Фракция «Прогресс и современная демократия» была политически эклектичной. Бюро фракции составили Р. Плевен, П. Сюдро, П. Абелен, А. Ашиль-Фульд, Ф. Казенав, А. Шазалон, Ж. Мулен, Ф. Пальмеро, Ж. Пудевинь. Из 26 депутатов, которые заседали в предыдущем парламенте, 9 принадлежали к фракции МРП, 7 были «независимыми», 8 принадлежали к фракции «Демократическое согласие», 1 – к ЮНР, 1 не принадлежал ни к какой фракции. 13 из состава фракции были депутатами в годы IV Республики. Фракция выглядела возрастной: только 2 депутата были в возрасте менее 40 лет, 14 находились в возрасте от 40 до 49 лет, 13 – в возрасте 50–59 лет, 11 были старше 60 лет. 32 депутата фракции были мэрами крупных городов, 28 были членами генеральных советов (из них 5 их возглавляли). В целом, депутаты фракции собрали в своих округах 30 % голосов избирателей против 16 % у Леканюэ в 1965 г. Но почти все они во время избирательной кампании дистанцировались от ДЦ: только 14 депутатов во время кампании явно заявили о своей принадлежности к этой партии или о ее поддержке, только 3 упоминали имя Ж. Леканюэ и только 2 использовали программу ДЦ[199]. Такой состав создавал дополнительные возможности для политического лавирования (конструктивной оппозиции), но делал затруднительным реализацию собственно программы «Демократического центра».

15-16 апреля 1967 г. состоялся политический совет «Демократического центра», на котором были подведены первые итоги прошедших выборов и сделаны первые выводы. П. Абелен в своем выступлении подчеркивал, что программа партии не вызвала предполагавшегося энтузиазма, что центризм казался слишком расплывчатым, не был снабжен точной политической линией, что остается сожалеть о существующей избирательной системе и фактически сложившейся двухпартийности. Ж. Фонтане отметил, что альянс Федерации с ФКП толкает центр вправо, следовательно, необходимо пересмотреть политическую стратегию. В финальной резолюции политического совета говорилось: «(…) “Демократический центр” более чем когда-либо убежден, что проблемы Франции не будут решены столкновением двух избирательных картелей. Следовательно, он не будет довольствоваться выявлением недостатков и причин непрочности этих картелей. Напротив, он готов к необходимой дискуссии со всеми движениями или партиями, которые противостоят продолжению настоящей политики и могут объединиться в главном: вокруг принципов свободы, демократии, социального прогресса и строительства единой Европы с целью разработать совместную программу и сформировать назавтра настоящее правительственное большинство»[200].

В начале апреля парламентская фракция «Прогресс и современная демократия» выступила с заявлением, в котором изложила свои намерения, подчеркнув оппозицию предоставлению правительству специальных полномочий, выступив за внесение поправок