Читать книгу - "Хозяйка жемчужной реки - Ольга Иконникова"

Погодину не слишком понравилось это, но скандалить он не пожелал. Лишь бросил на меня выразительный взгляд, должно быть, призывая меня встать на его сторону и попросить его остаться. Но я сделала вид, что не поняла его намека, и лишь поблагодарила его за поддержку и пообещала заехать к нему домой этим же вечером.

Когда дядюшка удалился, мы с Вязниковым расположились в гостиной. Я предложила чаю, но он гость покачал головой:

— Простите, Екатерина Николаевна, но, боюсь, нам будет не до этого.

Тон его не понравился мне, и я сразу напряглась.

— Вы хотите сказать, что родственники Аркадия Павловича правы, и наш с ним брак недействителен?

— Нет-нет, Екатерина Николаевна! — воскликнул Вязников. — Дело вовсе не в этом. Вы, разумеется, будете признаны законной его наследницей, равно как и его дочери. Уж об этом, не сомневайтесь, я позабочусь.

Меня удивили его слова, о том, что он об этом позаботится, и он поспешил пояснить:

— Дело в том, что я являюсь душеприказчиком Аркадия Павловича, и именно мне доверил он передачу его имущества наследникам.

Ситуация прояснилась, и я кивнула.

— Так вот дело в том, что вчера, после того как я вернулся домой после обеда у вас, ко мне пришел некий господин Учаев. Насколько я понимаю, это тот самый человек, который приходил вчера к самому Аркадию Павловичу и разговор с которым его немало расстроил.

— Да, вполне возможно, — согласилась я. — Я полагаю, что именно этот разговор и привел в итоге к столь печальным последствиям. Потому что оправиться от него его сиятельство так и не смог.

— Пересказал ли вам Аркадий Петрович суть этого разговора?

Я покачала головой:

— Он не сообщил мне никаких подробностей. Сказал только, что он почти банкрот и что ему очень жаль, что он невольно обманул меня относительно своего финансового состояния.

Вязников вздохнул:

— К сожалению, всё именно так. Мне очень жаль. Я сам узнал об этом только вчера, как раз от господина Учаева.

— Но как такое возможно, что Аркадий Павлович был столь плохо осведомлен о состоянии своих дел? Неужели же он совсем ими не интересовался?

— Увы, но это так. Впрочем, у вашего покойного супруга была на то уважительная причина. Последние несколько лет он вынужден был больше думать о своем здоровье, нежели об управлении хозяйством. Часто уезжал за границу. Он во всём полагался на управляющего, а тот, как теперь стало известно, немилосердно этим доверием злоупотреблял.

— А кто такой этот господин Учаев?

— Человек, у которого Аркадий Павлович брал большой заем перед поездкой за границу три года назад. Такое путешествие требовало немалых денег. Он рассчитывал расплатиться как раз за эти три года. И у него были для этого основания. Родовое имение давало ему пусть и небольшой, но доход, который он и велел управляющему тратить на ежегодное погашение долга. Тот же этого не делал, а клал эти деньги в карман. Да и в остальных делах был нечестен. А вскрылось это только сейчас, когда господин Учаев напомнил, что неплохо было бы долг вернуть.

Я уже и сама поняла, что граф Кирсанов был слишком доверчив. И мне было искренне жаль, что мошенничество управляющего стало не только причиной разорения его сиятельства, но и косвенно причиной его кончины.

— Нужно обратиться в полицию и потребовать ареста управляющего. Может быть, удастся вернуть какие-то деньги.

— Да-да, разумеется! — согласился Вязников. — Но дело в том, что этот пройдоха получил расчет еще месяц назад. Он сказал Аркадию Павловичу, что уезжает на Урал к больному папаше. Думаю, что соврал. Просто слишком понимал, что господин Учаев вот-вот придет требовать долг. И удастся ли теперь его найти, большой вопрос.

Но заботы об этом мы отложили на несколько дней. Сначала следовало достойно похоронить графа Кирсанова.

Вязников телеграфировал о кончине Аркадия Павловича в Онегу. Но прибыть оттуда на похороны его дочери всё равно бы не успели. Поэтому и на отпевании в церкви, и на кладбище, и на поминках присутствовали в основном друзья и знакомые его сиятельства. Впрочем, Стёпины тоже были, хоть всем своим видом и демонстрировали свое неодобрение поступку графа, который ранее по посчитал нужным сообщить им о своем браке. Но в этот день никаких скандалов устраивать они не стали.

А когда меня на следующий день пригласили к нотариусу, то ни сестры графа, ни ее мужа там не оказалось.

— Господа Степины не были определены в завещании в качестве наследников, — сообщил мне нотариус.

— А разве я была определена? — удивилась я.

Вряд ли граф успел после нашего с ним знакомства составить новое завещание.

— Да, были, Екатерина Николаевна! Его сиятельство приезжал ко мне для изъявления своей новой воли как раз накануне вашего венчания. Признаться, меня удивило, что он так спешил с этим, но с учетом последующих обстоятельств, я рад, что он сделал то, что было для него важно.

Он стал зачитывать текст завещания, но тот был сформулирован столь витиевато и облечен в такую форму, что я уже после нескольких первых предложений перестала улавливать его суть. Но я всё-таки дождалась, когда нотариус закончит чтение, и лишь потом попросила его всё это резюмировать.

— Да-да, как вам будет угодно! Если коротко, то вы, Екатерина Николаевна, получаете одну седьмую часть недвижимого наследства и четверть движимого. Это ровно то же самое, что вы получили бы, если бы никакого завещания не было вовсе. Тут я вынужден признаться, что я сам порекомендовал графу поступить именно так. Простите, но я полагал, что поскольку он познакомился с вами лишь недавно…

— Вы боялись, что я его оберу?

Нотариус покраснел и виновато развел руками.

— Я всего лишь полагал, что его дочери имеют на это наследство больше прав. Поймите меня, Екатерина Николаевна, я давний друг семьи Кирсановых и я всегда старался уберечь их от неразумных шагов.

— А от вороватых управляющих вы их уберечь не пытались? — усмехнулась я.

А он помрачнел:

— Как хорошо, что вы сами заговорили об этом, Екатерина Николаевна! Потому что именно этому и будет посвящена вторая часть нашего разговора.

Глава 9. Долги графа

— Его сиятельство был обеспеченным человеком. Но в последние годы он уделял слишком мало внимания управлению собственными дела. И к сожалению, это привело к печальным последствиям. Поскольку вы упомянули его управляющего,