Читать книгу - "Преподаватель - Юлия Хокка"

лицом по чужому району вместо того, чтобы нормально, по-взрослому поговорить с Шефером.

«А может, еще не поздно все исправить?» – Эта мысль заставила резко остановиться.

Достав телефон, я прикрыла экран одной рукой от снега, а другой – быстро напечатала сообщение.

Олеся

Олег Сергеевич, простите меня, я сорвалась. Давайте все же поговорим, если еще не поздно? Пожалуйста.

Ответа не последовало. Через полчаса все еще стояла тишина. Он даже не прочитал.

Работал? Не видел? Не хотел?

Еще полчаса. И все еще тишина.

За это время ноги окончательно задубели, а спина и плечи от ходьбы в съеженном положении затекли. Ехать домой совершенно не хотелось – там бабушка, ненужные вопросы, проблемы с мамой.

От вспыхнувших воспоминаний о прикосновениях Олега по телу прошла дрожь, солнечное сплетение сжалось в тугой комок.

А если он отошьет меня? Снова и окончательно? Я потеряю его навсегда.

Эта мысль вызвала волну ледяного страха. По сравнению с ним на улице стояла летняя жара, а не мороз с пронизывающим ветром.

До этой ситуации в глубине души надежда еще жила. Всегда. Если себя не обманывать, то это так. Да, он меня отталкивал. Но его взгляд… Слова. Прикосновения. Он оставался неравнодушен, а значит, надежда тоже оставалась. Теперь же все могло круто поменяться.

Надо было что-то делать. Я не могла ждать.

Олеся

Олег Сергеевич, простите, если вы заняты, просто скажите, мы сможем поговорить позже?

В этот раз ответ пришел быстро.

Олег Сергеевич

Не знаю, Олесь.

Что… что значит, не знаю?

В ушах зашумело. Горло снова сжалось.

Олеся

Прошу вас. Мне очень жаль!

Олег Сергеевич

Олесь, давай позже решим, ладно? Я не знаю пока, как оценивать и как реагировать на эту ситуацию. Сейчас вообще не до этого, я на работе.

Глаза нещадно защипало, новый поток соленых слез уже скапливался за веками.

«нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет нет».

Развернувшись, шатающейся походкой я направилась к электричкам.

В голове крутилось одно:

«Дура, сама во всем виновата, тупой ребенок без мозгов, ты ему не нужна, он заслуживает нормальную девушку, а ты сама ответственна за все беды, идиотка, ты достойна этих мучений, жалкое отродье. Убежала от него? Все, ты сама облажалась, идиотка, глупая тварь, уничтожь себя своей ненавистью, давай, ты заслужила этого всего, не забудь потом себя пожалеть, уродливое ничтожество».

Закрыв уши руками, я зажмурилась, давясь рыданиями. Наверное, со стороны это выглядело, как приступ у человека с серьезными психическими расстройствами. Увы, зажатые уши не могли заглушить голос, звучащий в голове. Голос, принадлежащий мне.

– Замолчи, замолчи, пожалуйста, – шептала я. – Я же не специально, я не хотела.

Это началось снова. Приступы лютой самоненависти и оскорблений. Ни одному человеку никогда в жизни я бы не сказала того, что порой говорила себе.

Мы с психологом прорабатывали тему с такими моментами, и казалось, что удалось найти корень и убрать это. Но нет. Ситуация с Олегом стала триггером, и оно вернулось…

Приложив огромное усилие, я заставила себя поднять голову, посмотреть вперед и, вдохнув полной грудью, мысленно произнести:

«Нет. Это все неправда. Я совершила ошибку, но их совершают все. Теперь я просто постараюсь все исправить. Я не тварь и не идиотка».

Когда я свернула к метро, пришлось вынудить работать уставший от самокопаний мозг.

Знаю ли я адрес Олега? Когда на меня напали в парке, он присылал мне его в сообщении, чтобы я могла вызвать такси. Точно! Адрес остался в диалоге.

Ехать предстояло с одной пересадкой, идти пешком от метро до дома Шефера слишком долго, а в такую погоду – сплошное мучение, так что пришлось полазить в картах, чтобы разобраться с общественным транспортом. Вскоре я выяснила, какой мне нужен автобус.

Всю дорогу сердце то бешено скакало, то замирало, пропуская удары, а солнечное сплетение постоянно скручивалось в узел. Слезы высохли, голос самоненависти заткнулся. Сейчас все сознание занимало волнение. Волнение от скорой встречи с любимым мужчиной и волнение из-за неуверенности, что получится все исправить. А если он прогонит? А если он не захочет слушать? А если, даже выслушав, отвергнет?

Пугающие вопросы. Оставалось одно – попробовать и узнать на них ответ.

Перед автобусом я забежала в торговый центр, в дамской комнате привела себя в порядок, насколько это было возможно, и купила воды в продуктовом магазине. От плача горло превратилось в наждачную бумагу и виски сдавливало тисками.

К счастью, долго ждать нужный транспорт не пришлось, номер тоже оказался правильный, и даже с остановкой не ошиблась. Шагая к нужному дому, я позвонила бабушке и соврала, что сильно задержусь в деканате.

Скидывая адрес для такси, Олег, к сожалению, не написал квартиру. Она точно была достаточно высоко – с гладкой темной металлической дверью и серебряного цвета ручкой в конце коридора. Пришлось дождаться, когда кто-то выйдет из подъезда, чтобы попасть внутрь, и побродить по этажам.

Спустя некоторое время я, кажется, нашла. Но после нескольких звонков дверь так и не открыли. Наверное, Шефер до сих пор был на работе. Или еще где-то. Или я ошиблась и теперь пыталась попасть к чужому человеку.

Переживания страшно вымотали, сил не осталось ни на что. Соскользнув спиной по стене на пол, я расстегнула куртку и притянула колени к груди. Писать Олегу было страшно, потому что не могла предугадать его реакцию. Поэтому оставалось просидеть тут до момента, пока не вернется хозяин квартиры.

Обхватив ноги руками, я опустила голову и закрыла глаза, веки ощущались опухшими.

Глава 38

Из темноты забытья вытянули легкие потрясывания за плечо и звук собственного имени.

– Лесь?

С трудом подняв чугунную голову, я посмотрела мутным взглядом на человека, который меня звал. Шею пронзила острая боль.

– М?

Передо мной на корточках сидел Олег, рядом стоял белый пакет с продуктами. Лицо Шефера выглядело озадаченным и испуганным. Густые брови сильно хмурились.

Олег!

Глаза тут же раскрылись сильнее, а взгляд вмиг прояснился.

– Олег! – уже вслух хрипло воскликнула я и попыталась встать на ноги, но те сильно затекли и не слушались.

– Ты чего тут делаешь? – Он подал мне руку, помогая подняться.

– Тебя жду.

– И давно?

– Не знаю.

Шефер тяжело вздохнул, глянув в сторону.

– Кхм. – Попытка откашляться не сильно помогла вернуть нормальный голос. – Я понимаю, что