Читать книгу - "Год 2000-й. Восход полной луны - Александр Борисович Михайловский"

не на борт Рион, а в Шантильи к Елизавете Дмитриевне и сестренкам. Там сейчас как раз должны собирать на стол к ужину, что при моем чувстве голода будет совсем не лишним.

Мир Мизогинистов, 22 сентября 2021 года, 02:35, бывшее Царство Света, женский репродукционный лагерь в Шантильи (35 км к западу от руин Шайнин-Сити)

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Вечер у меня прошел по высшему разряду: младшие сестренки были милы, Алиша блистательна, а Елизавета Дмитриевна в блеске своего седьмого месяца беременности выглядела очаровательно. Сестренки с моей супруги ввиду ее интересного положения буквально пылинки сдували.

Мы уже достаточно давно знали, что на этот раз у нас родится дочь и двумя голосами из двух постановили назвать ее… Ольгой. Первоначально супруга склонялась к имени Анна, то тому воспротивилась товарищ Струмилина, мол, две Анны Сергеевны в одной компании будут уже перебором. Тогда то и возник выбор между именами Ольга, Нина и… Александра. Вот уж не знаю почему, нравится Елизавете Дмитриевне это имя. В результате мы выбрали Ольгу, а Нину и Александру отложили на будущее, особенно в том случае если следующим у нас будет мальчик, потому что Александр Сергеевич это звучит гордо.

После ужина, уединившись в спальне, мы еще немного поговорили, в частности о том, что младшим сестренкам замуж пока рановато, совсем же еще дети, а вот Алише давно пора. При этом подбирать ей супруга по, гм, цвету кожи будет категорически неправильно. Нужен мужчина, который смог бы разглядеть за несколько экзотической внешностью* этой женщины ее большую теплую душу. Причем искать такого человека требуется среди Верных, любой другой с вероятностью девяносто девять процентов окажется брачным аферистом и карьеристом, желающим проникнуть в высшие сферы через женитьбу на названной сестре императора. У Елизаветы Дмитриевны по этой части есть некоторый личный опыт, поэтому и высказывалась она вполне определенно. Оказывается я привлек свою будущую супругу тем, что видел в ней красивую женщину и боевого товарища, но в упор не замечал всего того, на что так падки обычные жиголо. Очаровательный нахал и точка.

Примечание авторов: * по сравнению с теми же темными эйджел или деммками внешность Алиши действительно всего лишь несколько экзотическая.

Потом закончив обсуждать судьбу Алиши, но так и не придя ни к какому окончательному мнению, мы заснули сладким сном, обнявшись напоследок.

Проснулся я сильно за полночь от тревожного чувства, будто где-то рядом со мной умирает хороший человек, стойкий и несгибаемый борец за счастье человечества, которого многочисленные недоброжелатели изо всех сил стараются сжить с белого света. Вскочив с постели, я принялся одеваться как по тревоге, причем не в императорские наряды, а в свое армейское обмундирование. Да это собственно тревога и была, карман мог раскрыться в любую секунду.

И тут же проснулась Елизавета Дмитриевна, которая поняла все буквально с полувзгляда.

— Серенький, я с тобой, — заявила она, приподнимаясь на постели.

— Ни в коем случае, Лизонька, — отрезал я, застегивая портупею с прицепленным мечом Бога Войны. — В твоем положении вредно волноваться. Да и не по профилю тебе такие приключения. Уж лучше я позову с собой Кобру…

«Здесь такая, — услышал я отклик Грозы Драконов на волне магической пятерки. — Я тоже это чувствую, Батя, а потому уже почти готова и Мишель тоже со мной. Встречаемся на месте».

В карман я вошел легко и свободно, как рука в перчатку по размеру. Это был вагон пригородного поезда, только что отошедший от станции, а потому набиравший ход. На глаз время было довоенное примерно конец тридцатых или самое начало сороковых. По крайней мере этому соответствовали наряды самой разнообразной разночинной публики, столпившейся вокруг мужчины средних лет в очках с сильными диоптириями, полулежащего прямо передо мной на пассажирской скамье. Шляпа свалилась с головы и лежала тут же рядом, а мертвеющие руки сжимали небольшой чемоданчик черной кожи. И тут же прямо напротив меня в толпе нарисовались Кобра с Мишелем, прикинутые в форму командиров Красной армии.

«Это Макаренко, Батя, — подумала Гроза Драконов, глядя на умирающего мужчину. — Внешний вид и обстоятельства вполне соответствуют».

Вообще-то, честно говоря, этот человек уже был почти мертв. Сердце не билось уже где-то минуту, и если не принять экстренных мер, то через совсем небольшое время процесс смерти станет необратимым.

«Это действительно Антон Семенович Макаренко, — буркнула энергооболочка. — Ты находишься в дачном поезде номер сто тридцать четыре, только что отошедшем от станции „Голицино“, местное время десять часов тридцать одна минута. Еще никто ничего не знает, а до начала второй мировой войны осталось ровно пять месяцев. Действуй, Серегин, а то опоздаешь».

— А ну разошлись все, быстро, — рявкнул я на командно-административной версии русского языка. — Человеку плохо, а они тут набежали как на цирковое представление.

Одновременно, я снял с руки перчатку и, наклонившись, положил пациенту кончики пальцев на сонную артерию. То, что сердце у Макаренко не бьется, я знал заранее. Прикосновение требовалось для того, чтобы контактным путем наложить на умирающего гения педагогики заклинание Поддержки. И ведь все заработало, сердце тукнуло раз, два и снова завелось, правда, в очень нездоровом и неровном темпе. Что-то ему мешало, даже несмотря на мою Поддержку, но моей медицинской квалификации не хватает даже для того, чтобы просто делать предположения. Однако Лилию я сюда в вагон звать не стал, карман, особенно такой, это неподходящее место для консилиума. Вместо того мы с Мишелем взяли страдальца под руки и поставили на ноги.

«Куда его, — мысленно спросил я у Кобры, — в Тридесятое царство, или на „Неумолимый“ к Валерии Доминике?»

«Лучше к Валерии Доминике, — ответила Гроза Драконов, подхватывая шляпу и чемоданчик, — Тридесятое царство хорошо, когда все нужно делать медленно и качественно, а тут в первую очередь требуется реанимация, и только потом больного можно будет передавать на попечение Галине Петровне и Лилии».

«Тогда открывай портал, и мы пошли, одна нога здесь, а другая уже там», — мысленно скомандовал я и, шагая в открывшийся проем, краем глаза успел ухватить изумленное лицо торопящегося на вызов милиционера.

14 мая 2000 года, 03:10 мск. Околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», корабельный госпиталь

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Едва мы вчетвером очутились в приемном покое госпиталя, и портал за нами закрылся, товарищ