Читать книгу - "Помощница для князя оборотней - Эми Мун"

коль жесток, так значит, сама Лада велела мне помочь! Нет, Ладимир, лишним мой клинок не будет. А тебя дома Злата ждет. Живого!

Ладимир хмыкнул. Ждет, да… Время от времени Северян слал птицу с известием, что-де жива девица, здорова. Ближе к лету перебралась обратно в их дом. Часто бродит по лесу недалеко от селения, будто выискивает кого-то.

Читать скупые строки князя было приятно, грели они жарче пламени Смородиновой. Неизменно Ладимир велел слать Злате поклон и рассказывал, что дело его хоть помаленьку, а движется.

Один раз даже получилось прислать доказательство своих слов — небольшой клинок, коим владел Василий — жених сестры Златы. Ладимир содрогнулся, вспоминая о том, как бедные люди закончили свою жизнь.

Не диво, что любимая замкнулась в себе.

Ладимир махнул рукой, призывая Устинью идти дальше. А та дала знак воительницам.

Мимо пробежала Зулия, скривилась — все еще не могла простить того, что Ладимир ее отверг. Время от времени зло смеялась, что Ладимиру не худо было бы дать обет безбрачия, ведь сколько ни стелись перед Златой — толку нет.

Но Ладимир крепко для себя решил: если не она, то никто. И хоть его тело требовало женской ласки, но вера и решимость росли с каждым днем.

К месту стоянки добрались лишь в сумерках. И тут же отправились отдыхать. Ладимир обернулся котом и залез высоко на дерево. Стал так делать после того, как Зулия ночью прокралась к нему и попробовала соблазнить сонного. Ладимиру снилась Злата, но чуткий нос дикого мигом распознал чужачку.

Еще даже не проснувшись, он оттолкнул девицу. Зулия громко ругалась, но Ладимир при всех объявил, что никогда не глянет на нее как на женщину.

Ох, какой злостью вспыхнули черные глаза девицы! Как бы не отомстила…

Устроившись на ветке, Ладимир задремал. А проснулся как обычно — до рассвета. Оглядел спящих женщин, сходил к стражницам и вернулся. Вроде спокойно все, а на сердце нехорошо, будто случилось что… А что — Ладимир понять не мог. Но с удвоенным пылом принялся отговаривать Устинью от похода.

— Я и сам справлюсь, поверь. Бывалый уже!

Но упертая красавица слышать ничего не хотела:

— Или вместе, или я за тобой отряд поведу, — пригрозила напоследок.

А глаза горят. И Ладимир вдруг некстати подумал, что только смерть успокоит юную воительницу.

— Ладно, идем вместе, — согласился наконец.

Устинья быстро собрала отряд. Жаркими речами и грозным взглядом разожгла в своих воинах такую злость, что они сами рвались в бой.

До излучины реки, где прятался Сивый, отряд добрался за три дня. Тропка попалась хорошей — вела быстро, шли почти что без отдыха.

— Эх, Ладимир, — вздыхала Устинья, — кабы ты остался, то мы бы могли освободить куда больше невольников.

Ладимиру и стыдно, и лестно было слушать эти слова.

— Мое сердце ведет к Злате, ты же знаешь, — отвечал тихо.

Устинья соглашалась. Добрая девушка понимала, что месть — это только ее стезя.

А Ладимир… Он хотел скорее принести голову Сивого Злате. Пусть полюбуется — нет более ее обидчика! И благодарности Ладимиру за это никакой не надо. Разве что ласковый взгляд… И довольно будет!

— Пора! — скомандовала Устинья, когда они подобрались совсем близко.

Ладимир первый рванулся в пещеру. Устинья за ним.

Но когда они вбежали, то смирно сидевшие разбойники достали спрятанные в шкурах пищали. А со стен выступила подмога.

— Ловушка! — крикнула Устинья.

И начался кровавый бой.

* * *

Злата

Сияна расхаживала из угла в угол. То постель перестелет, то пол в десятый раз подметет, то у окошка посидит… А все без толку — нет покоя на сердце!

— Беда случилась, ох, беда... - шептала тихонечко.

И, не выдержав тягостного чувства, побежала к Василисе.

Вовремя!

Княгиня диких сидела рядом с князем, а на столе перед ними ухала сова. Вещунья лесная! Сияна схватилась за сердце.

— Ладимир поклон шлет? — прошептала не своим голосом.

И осеклась. Взгляд княгини был таким печальным!

— Иди домой, Сияна, — попросила ее.

Но она кинулась к Василисе и схватила за руку:

— Покажи весточку!

— Сияна... - строго произнес лесной князь.

Но его близость больше не пугала. Если надо — оттолкнет или ударит! Только бы про Ладимира узнать!

— Покажи! — затребовала еще громче.

Князь чуть оскалил клыки, надвинулся на нее, будто гора, но и это не отпугнуло Сияну. Лишь разозлило! Она грозно выпятила грудь. И лесной богатырь отступил. Вот диво!

— Как скажешь, Сияна.

И вздохнул.

А у нее пальцы тряслись, когда она разворачивала тонкий скруток кожи. Но стоило пробежаться взглядом по рунам — из груди вырвался крик. Ее Ладимир! Ой, как плохо все!

* * *

Ладимир

В ушах звенело. То ли стрелы о камень били, то ли Морана резала своим серпом нить его жизни… Ладимир хотел поморщиться, но слабость была такая — хоть совсем помирай.

— Как бы снова горячка не случилась, — прошептал кто-то над ухом.

— Не случится, яд мы вытравили, — ответил другой голос.

— Да и Злата позовет, ежели что…

Злата!

Ладимир хотел было крикнуть, а получился стон. Но вокруг вдруг все зашуршало. Послышались голоса.

— Очнулся!

— Хвала богине!

И среди них вдруг зазвучал самый любимый. Позвал нежно:

— Ладимир!

Разве мог он противиться ее зову? Ресницы дрогнули, разошлись. И, хоть было тяжело, он поглядел на свою милую.

— Почему… так… печальна? — выдохнул из последних сил.

И вновь закрыл глаза. Ну, теперь можно и умереть спокойно... Но его принялись тормошить.

— Открой глаза! Открой же!

Ладимир исполнил. А как же! Любимая просит! А Злата улыбнулась сквозь слезы и — о счастье! — прижала его ладонь к своей щеке.

— Слышишь меня? Узнаешь?

Вот беспокойная… Он бы ее узнал и безумным, так крепко в сердце запала.

— Злата, — прошептал в ответ. И тут же поправился. — Сияна…

А девица всхлипнула:

— Нет, я Злата.

Вот как? Хорошо…

— Не смей засыпать! — растревожилась Злата. — Василиса сейчас зелье принесет, нужно выпить его до капельки!

Ладимир поморщился. Ох, как ему этого не хотелось. Зельями он еще у Кощеца обпился, когда тот выгонял из Ладимира остатки мертвой воды. Но, не желая огорчать возлюбленную, Ладимир гнал от себя сон.

Потом отдохнет… Дома. А где дом? Над головой качались деревья. Тело болело, а больше всего болела левая рука.

Ладимир вздрогнул, вспоминая свист меча и яростный крик Сивого. А еще злорадную ухмылку Зулии. Предательница! Это из-за нее разбойники были готовы к бою! И по собственной глупости Ладимир лишился руки.

— Тише, тише, — погладила его Злата. — Все хорошо, нелюдь мертв…

Да, мертв. Даже искалеченный, Ладимир