Читать книгу - "Восхождение Плотника. Том 2 - Антон Панарин"

с её помощью можно исцелять раны, ведь система ранее самовольно ускоряла мой метаболизм. Осталось научиться это делать самостоятельно.

Глава 3

Обработав рану и немного обмывшись, я пулей выбежал на улицу, сыпнул курам зерна, а после обыскал импровизированные гнёзда из соломы. Практически везде было пусто и только в самом дальнем обнаружились три свежих яйца. Тёплые, коричневые, с налипшим пухом.

Вбежав в дом Древомира я понял что сапог за который меня грызанул волк, теперь протекает. Осенняя жижа просочилась внутрь и противно хлюпала обжигая кожу холодом. Восхитительно… Я надеялся что заработанные монеты придётся потратить только на рубаху и зимнюю одежду, но судя по всему мне теперь и обувь нужна.

Вздохнув я развёл огонь и поставил на печь чугунную сковороду. Картошку почистил, нарезав её тонкими кружками, забросил сальца и всё это дело мелодично зашкварчало.

Золотистая корочка схватилась быстро. Запах жареной картошки заполнил избу, заставляя живот урчать ещё громче, а когда картошка стала мягкой, я разбил три яйца прямо поверх ломтиков. Яйца тут же обволокли картошку, изменив как вид, так и аромат, а чтобы было вкуснее, я присыпал всё это крупной солью и мелко нарезанным луком. Вышло просто, быстро и калорийно.

— Мастер! Кушать подано, идите жрать пожалуйста, — позвал я Древомира вспомнив нестареющую классику из моего мира.

Древомир подковылял к столу и сел. Я разделил сковороду на две половины. Мастеру побольше, себе поменьше. Он это заметил, выхватил у меня тарелку и разделил всё поровну. При этом на его лице была фирменная недовольная гримаса, как будто ему на ногу только что наступили.

Улыбнувшись я принялся жадно поглощать пищу, чувствуя как рана на руке начинает пульсировать. Тупая ноющая боль не давала получать от еды удовольствия, пришлось просто набить желудок и привалиться спиной к стене.

Древомир вытер бороду, крякнул и улыбнулся. Сразу стало понятно что сытый мастер и злой мастер это два разных человека.

— Хорошо готовишь, — обронил он нехотя. — Не ожидал такого от бестолочи.

— Отличная похвала. Не ожидал такого от старого брюзги. — Усмехнулся я и пошел на улицу.

— Чего? Эт чё за слово такое? Умник! Чушь спорол и бежать? Я тебе дам фрюзгу! Сам ты вот это вот! Понял! — Послышалось за моей спиной, но было ясно что мастер шумит для порядка, в противном случае уже бы запустил в меня сковородой.

На улице вечерело. Воздух пах мокрой землёй и прелой листвой, а рядом с домом росла яблоня. Кривая, с узловатым стволом и потрескавшейся корой. Листья почти облетели, на ветках болтались последние сморщенные плоды. Из неё совсем недавно я тянул живу. Судя по всему дерево успело восстановить силы, что радовало.

Я приложил ладонь к шершавому стволу и закрыл глаза, начав дышать на четыре счёта. Тепло разлилось по телу, а перед закрытыми глазами предстала весьма занятная картина. Тысячи синеватых линий из которых сплетался силуэт дерева. Это были силовые линии живы, если я правильно понял суть.

А у корневой системы имелось нечто похожее на ядро слизней. Только крупнее, размером с большое яблоко. Оно мерно пульсировало, прогоняя по всем каналам дерева потоки живы. Это выглядело как круги на воде. Ядро сокращается, и от него во все стороны расходится жива. Фантастическое зрелище.

Помимо этого я обнаружил десяток изъянов в дереве. Личинки жуков под корой, засохшие корни, и пару мест где грибок начинал пожирать дерево. Открыв глаза я уставился на яблоню пытаясь понять то что я увидел галлюцинации от потери крови или же я и правда могу видеть потоки живы?

Вернувшись в дом я взял нож и снова пошел к яблоне. Приложил руку к коре, увидел силовые линии и все изъяны, а после принялся ковырять ножом кору. Да, вот так грубо, без предварительных ласк. Расковырял кору на уровне колен и действительно обнаружил там личинок, которых тут же раздавил.

Снова закрыл глаза и прикоснулся к стволу. Обследовал внутренним взором весь ствол и паразитов больше не обнаружил, после чего принялся срезать кору пораженную грибком. Судя по тому что я видел грибок поразил только кору, а до самой древесины добраться не успел. Если удалить кору, то можно спасти всё дерево. По крайней мере я на это надеялся.

Завершив хирургическую операцию, я убрал нож за пояс, и вернулся к поглощению живы. Жива текла в ладонь через поры кожи, только на сей раз её поток был заметно сильнее чем прежде. Возможно потому что яблоня мне благодарна за исцеление, а может потому что личинки и грибок поджирали живу уменьшая её концентрацию.

Покалывание разлилось по запястью и поднялось к локтю. Приятное и ласковое тепло, как припекающий весенний лучик. Поглощая живу я почувствовал что боль в раненой руке плавно отступает. А ещё я заметил как система мигнула в правом верхнем углу зрения:

Поглощение Живы: активировано.

Источник: Malus domestica (яблоня домашняя), возраст 5 лет.

Скорость поглощения: 2.8 единицы/минута.

Живы накоплено: 12/100.

Вот как. Теперь я получаю более развёрнутую статистику при поглощении живы, а ещё у меня был запас в сотню единиц, теперь же их осталось лишь двенадцать. Видать система перенаправила живу на ускорение регенерации. Надеюсь благодаря этому рана быстро заживёт, ведь работать одной рукой то ещё удовольствие.

Минуту я просто стоял и впитывал живу. Потом попытался остановить поток и собрать живу в центре ладони. Я сосредоточился представляя точку в самом центре ладони, под кожей и мысленно направил к ней весь впитываемый поток живы.

Но ничего не произошло.

Глубоко вдохнув я успокоился и перестал торопиться. Дышал ровно, считая вдохи и выдохи. Потом мысленно потянулся к центру ладони и принялся ждать. Не давил, не тянул, не сжимал, ничего не представлял, просто направлял внимание в одну точку.

На двенадцатом вдохе что-то изменилось.

Появилось ощущение распирания под кожей ладони. Словно прыщ вскочил. Горячий и круглый, размером с горошину. Жива собралась в крошечный комочек и застыла мерно пульсируя.

Я затаил дыхание, боясь сбить концентрацию. Мысленно я представил как горошина медленно смещается влево на пару миллиметров. Нехотя горошина поползла куда ей было велено. Как ртутная капля по стеклу, она перетекла левее и остановилась.

Толкнул обратно к центру ладони. Горошина покатилась назад, чуть быстрее. Направил её вправо, к мизинцу и снова успех! Да, горошину я двигал с трудом, ведь это было так же непривычно как учиться водить машину задним ходом по гололёду. Тем не менее, пусть медленно,