Читать книгу - "Средневековый детектив - Владимир Дмитриевич Романовский"

Валхаллу, с двором, с верхнесосенной новой знатью, с новгородцами из знатных, примкнувшими к этой знати? Куда они все делись? Сбежали? Князю хотелось думать, что сбежали, или что им дали сбежать. Очень хотелось так думать, но в глубине души он понимал, что это не так. День изо дня собирались они у Валхаллы, в Валхалле, гуляли под солнцем и под луной, у реки, вдоль реки, катались на лодках, плясали, ели и пили, слушали скоморохов, сплетничали, заводили шашни, переругались – даже сражались в поединках, в основном из-за женщин. Что стало с женщинами, подумал он с ужасом. С женщинами, которые здесь веселились, цвели, вдохновляли, интриговали, ели и пили, заводили шашни и так далее? Три недели назад состоялся небывалый тайный поединок о котором узнали все – две женщины стреляли друг в друга, по уговору, с тридцати шагов, по две стрелы каждая – не поделили Жискара. Обе очень хотели попасть. Не попали. Что стало с двумя труппами скоморохов, которые прибыли на смену Бревелю и Лариссе? Валко-поляк счастливо отбыл давеча, не обратно во Псков, но в Новгород – побренчать на торге, себя населению показать.

Жискар пожал плечами.

– К нам тут ломились, – сказала Ингегерд. – Жискар…

– Сами, по собственному почину, несколько, – объяснил Жискар. – Насколько я понимаю, у всех этих пришедших есть приказ не трогать пока что тебя и Ингегерд. Их позвали, и они ушли. И только один остался и все лупил в дверь сапогом. Мне это надоело и я открыл ему дверь.

– Открыл!

– Иначе он бы ее просто выбил в конце концов.

– И что же?

– Он там, под окном лежит, – Житник кивнул на окно.

Ярослав в отчаянии посмотрел на Ингегерд.

– Жискар очень храбрый, – сказала она, сидя на ложе, скрестив ноги, совсем девочка.

В спальню вошел Ляшко с обнаженным свердом.

– Странно, – сказал он. – Терем пустой. Не понимаю.

– Нужно добраться до ладей и уехать, – предположил Ярослав. – Но … Сделаем так. Ляшко, пусть остальные охранники поднимутся сюда, а мы с тобой сходим к ладьям. Посмотрим, как эти убийцы будут реагировать. Если никак, то мы вернемся сюда, и уже все вместе…

– Плохой план, – заметил Жискар. – Как гусей дразнить. Туда, сюда, потом еще раз туда.

– Нужно идти всем вместе и сразу, – твердо сказала Ингегерд. – И будь что будет.

Ярослав кивнул и посмотрел на Жискара и Ляшко. Те тоже кивнули.

– Ингегерд, тебе не трудно идти? – спросил Ярослав.

– Нет, я ничего.

– Может, тебя понести?

– Нет, не надо.

Она поднялась с ложа.

Они спустились вниз и вместе с остальными четырьмя вышли из терема. Движение на поле снова прекратилось, провинциалы с повязками смотрели на процессию. Проходя мимо Валхаллы, князь, княгиня и охрана услышали шум и смех. В Валхалле, очевидно, праздновали победу.

Странные, строительного толка, звуки доносились от пристани. Миновав Валхаллу, князь и остальные стали было спускаться по пологому склону, и вдруг замерли – все.

Человек сорок ратников с увлечением рубили топорами ладьи, выволочив их на берег. Все ладьи. Трещали борта, летели щепки, валялись на земле срубленные мачты.

– Э! Что здесь творится! – крикнул Ярослав, уже не сдерживаясь. – Вы чего, люди добрые, страх и стыд потеряли?

Ратники с голубыми повязками продолжали рубить, и только один из них, очевидно их начальник, распрямился и посмотрел в сторону Ярослава. Ярослав, отстранив Ляшко и Жискара, пытавшихся его остановить, направился прямо к ратнику.

– Не серчай, князь, – сказал ратник. – У нас приказ есть, мы приказу подчиняемся.

– Чей приказ?

– Детинца.

– В детинце приказы отдаю я!

– Только когда ты там. А когда тебя нет, их отдает посадник.

Подоспели Жискар и Ляшко. Остальные охранники остались с Ингегерд.

– Сколько у нас повозок? – быстро спросил Ярослав у озабоченного Жискара.

– Пять, – ответил Жискар. – Все поместимся.

Стоят ратники и рубят ладьи. И даже не обращают внимания на князя. Княжеской власти здесь больше нет. Двести человек полегло, как не было их. Все, кто оставался мне верен. И славяне, и варанги. В плен здесь не брали. Пятно крови. А вон еще. И еще. А вон шлем валяется, не успели подобрать.

Ратник продолжал смотреть на Ярослава, помахивая топором.

– Не уезжай, князь. Чего тебе там делать, в чужих краях.

– Думаю, это мое дело, уезжать мне или нет, – строго сказал Ярослав.

– Теперь уже не твое. Не велено тебя отпускать. На всех дорогах стоит стража. Приказ был тебя возвращать, куда бы ты не подался. Так и сказано было, никаких, мол, путешествий. Кроме Новгорода. В Новгород можешь ехать, препятствовать тебе не будут.

Это новгородское «на дорогах» почему-то показалось князю особенно неприятным.

– Ты, молодец, язык не распускай, – зло бросил ему Жискар. – Чинить препятствия князю есть преступление, а всякое преступление наказывается.

Начальник ратников хохотнул, пожал плечами, и пошел обратно – дорубать ладьи.

– Что же теперь? – спросила Ингегерд, подходя.

Ярослав некоторое время раздумывал.

– Что ж, – выговорил он наконец тихо, – здесь нам делать нечего. Нужно ехать в Новгород. Жалко, что приедем только к вечеру. Переночуем … эх, ни одного верного человека нет! Можно было бы к Викуле податься, но не хочется рисковать зря. Викула живет в стороне, это не новгородское направление. Ну … допустим … О! Заночуем у Явана. Жискар, ты знаешь, где он живет?

– Да.

– Хорошо. Едем к нему. А завтра, ближе к полудню, ты останешься с ратниками и Ингегерд, а я пойду на вече.

– Зачем?

– Речь произносить.

– Время речей не прошло ли?

– Время речей никогда не проходит, Жискар. В начале было слово.

– Что же ты им скажешь? Новгородцам?

– Еще не знаю. Одно дело – произносить речи, сидя в седле, в княжеском корзно. Слушают тебя, что бы ты не нес, любые глупости. Другое дело – быть никем, а чтобы слушали. Нужно говорить, чтобы было занятно. Попробую, вдруг получится.

– Большой риск.

– Да. Но выхода нет, Жискар. Сколько у Житника людей? Набрал он себе разных, из окрестных земель. Ну, четыре тысячи. Ну семь! Допустим. А новгородцев – шестьдесят тысяч. И если новгородцы возмутятся, то мало ли что может произойти. Скажу им, что Житник привел в город Свистуна.

– А это он его привел?

– Не знаю. Скорее всего да. Там видно будет. Впереди вечер и ночь, придумаю что-нибудь. Пойдем к повозкам. Обычным шагом. Вперед.

Им никто не препятствовал. Погрузились. Пять повозок проследовали в новгородском направлении. Рубка ладей закончилась, ратники смотрели князю вслед.

Глава двадцать шестая. В доме Явана

– Как? Опять ты? – удивился повар Явана, открывая дверь и видя перед собою Эржбету.

– Ты недоволен?

На всякий случай, памятуя о пощечине, повар отстранился.

– Да уж заходи, заходи. На стол накрывать?

– Накрой, если тебя не затруднит.

Яван