Читать книгу - "Том 2. Теоретико-мыслительный подход. Книга 1 : От логики науки к теории мышления - Георгий Петрович Щедровицкий"

формы знания к объекту, и всегда в самом отнесении все отношения сопоставления «снимаются», элиминируются, или, попросту говоря, исчезают. С усложнением операций, с переходом их в процессы усложняются и сами действия сопоставления и отнесения, но их функциональное взаимоотношение останется тем же самым.

9. Из разобранного выше примера видно, что всякая форма знания выступает как некое «сокращение» тех отношений сопоставления, результатом которых она является. Но затем эта форма становится «материалом» для другого сопоставления, осуществляемого с целью получения нового знания и, соответственно, новой формы; эта последняя, в свою очередь, становится «материалом» для других сопоставлений, и т. д. С появлением новых сложных форм знания, являющихся результатом «длинных» цепей сопоставления, меняется как содержательная сторона устанавливаемых при сопоставлении отношений, так и «техника» сопоставления. Но чтобы изучить все это в системе и во взаимозависимости, мы должны перейти в принципиально иную сферу исследования, характеризующуюся другими принципами построения знания и другими приемами анализа и синтеза. Это будет сфера «восходящего генетического выведения».

Ее основной методологический принцип составляет мысль, что современная сложная деятельность мышления, все ее процессы, операции, действия возникают из или на основе более простой деятельности, иначе говоря, являются результатом определенных и закономерных процессов развития. В общем и целом эти процессы развития представляются следующим образом.

Мышление как особая форма отражения действительности возникает в процессе труда: первоначально оно является стороной суммарной трудовой деятельности, затем постепенно переходит в ее составляющую часть и, в конце концов, — в особый специализированный вид трудовой деятельности, относительно обособленный и независимый от других видов труда. Поэтому первыми действиями, из которых в дальнейшем вырастают все мыслительные операции и процессы, являются практические трудовые действия с реальными объектами. Но последние есть не что иное, как установление отношений взаимодействия между различными объектами. В этих практически устанавливаемых отношениях обнаруживаются и используются свойства объектов. Эти свойства, или, точнее, объекты, взятые со стороны обнаруженных свойств, обозначаются, фиксируются в знаках языка. Но тем самым создается новый абстрактный предмет[141], замещающий для всех дальнейших действий реальный многосторонний объект. Изменение предмета, с которым действуют, влечет за собой изменение и самой деятельности: с абстрактным предметом, выраженным в знаке, нельзя уже действовать так же, как с реальным объектом, и поэтому возникает новый тип деятельности, приспособленный к новым «идеальным» предметам.

Это изменение идет по нескольким направлениям. Прежде всего, меняются сами действия: оставаясь простыми, бессоставными, они видоизменяются, перерабатываются в другие. Например, сравнение двух веществ по их способности вступать в химические реакции, немыслимое сначала без установления реальных химических взаимодействий, затем начинает осуществляться чисто идеально, на основе знаний, зафиксированных в химических формулах состава, рядах активности и т. п. Кроме того, простые и бессоставные действия и операции, соединяясь друг с другом, превращаются в сложные, многосоставные и опосредованные процессы. Например, непосредственное сравнение двух линий по длине при определенных условиях приходится заменять опосредованным сравнением, при котором каждая из линий сначала сравнивается с каким-либо эталоном, результаты этих сравнений выражаются в числах и уже затем эти числа еще раз сравниваются между собой. В итоге получается сложный процесс сравнения, состоящий из трех следующих друг за другом простых операций.

Применение вновь сложившихся видоизмененных действий, операций и процессов к уже имеющимся «идеальным» (абстрактным) предметам создает новые «идеальные» предметы, с иной структурой, которые, в свою очередь, порождают необходимость в дальнейшем изменении и переработке самой мыслительной деятельности.

Таким образом, на основе этого принципа не только многие сложные процессы мышления можно рассмотреть как развитие соответствующих более простых процессов и операций, но и сами бессоставные операции и действия в большинстве случаев можно рассмотреть как результат своеобразного видоизменения, развития других действий, которые выступают в силу этого как генетически и функционально более простые. Такое исследование, очевидно, позволит нам выявить, во-первых, законы, по которым из уже существующих действий мышления возникают новые, более сложные действия, во-вторых, законы, по которым из действий мышления складываются типовые, или «нормальные» сложные процессы мышления, которые мы будем называть «приемами», и их определенные комбинации, называемые «способами» исследования. Одновременно это даст нам систему действий мышления, в которой отдельные действия будут находиться между собой в отношениях субординации, и систему способов исследования, в которой все способы будут классифицированы в зависимости от характера их предмета и сложности действий мышления, лежащих в основе каждого из них.

10. Таковы вкратце общие принципы построения системы новых понятий, с точки зрения которых можно рассмотреть познающую исследовательскую деятельность мышления.

Разработка этой системы понятий даст, во-первых, целостную логическую теорию приемов и способов научного исследования, во-вторых, заложит основание для такого психологического изучения деятельности мышления, в котором учитывалась бы ее содержательная направленность и вызванные этим изменения в «технике» самих действий, в-третьих, позволит усовершенствовать процесс обучения таким образом, что преподаватель не только будет преподавать учащимся определенные формы знания, но и сможет сознательно формировать у них определенные действия, приемы и способы мышления.

О некоторых принципах генетического исследования мышления

[142]

1. В советской психологии задача генетического исследования мышления настойчиво выдвигалась начиная с конца 20-х годов Л. С. Выготским и его сотрудниками. При этом особенно подчеркивались два момента: 1) что ключом к пониманию мышления является исследование его как деятельности и 2) что вся (даже самая высокоабстрактная) мыслительная деятельность должна рассматриваться как вырастающая из практической, предметной деятельности.

В соответствии с этими общими теоретическими принципами было проведено несколько циклов экспериментальных исследований: по формированию понятий, речи, наглядно-действенного мышления, дискурсивного рассуждения и, наконец, так называемых «умственных действий». Все эти исследования были направлены, прежде всего, на выявление этапов формирования мыслительных операций и образов, и они значительно продвинули вперед понимание этой стороны генезиса мышления. Но одновременно эти работы обнаружили ограниченность такого подхода и выдвинули на передний план ряд новых задач и, в частности, задачу исследования самих механизмов развития мыслительных операций и образов, самих отношений и связей между их «этапными» состояниями.

2. Исследования механизмов развития мыслительных знаний и операций, проведенные нами на материале истории науки, позволили обнаружить одну, на наш взгляд, совершенно общую закономерность. Суть ее заключается в следующем.

Если определенная познавательная задача, взятая в применении к какому-либо объекту (мы называем его исходным и обозначаем выражением «Ои»), в силу каких-то особенностей этого объекта (мы называем их ограничивающими свойствами) не может быть решена посредством традиционно связанного с этой задачей мыслительного процесса α, то этот объект, как правило, замещается другим (назовем его объектом-заместителем и обозначим выражением «Оз»), таким, который тождествен исходному в исследуемом свойстве, но в то же время не имеет ограничивающих свойств и, следовательно, может быть исследован посредством мыслительного процесса α. В ходе замещения между О