Читать книгу - "«Контрреволюционер» Сталин. По ту сторону марксизма-ленинизма - Сергей Николаевич Магнитов"

доказывал Мировой Уровень Своей Страны в мировом пространстве. Ну и не надо забывать личные мотивы – он гордился лично такой страной, которая давала высшие достижения. А Пушкин как раз был высшим, Акме, в мире поэзии, превзойдя во многом своего учителя и конкурента Байрона по глубине и силе художественного мышления.

И надо понимать, что воспитание народа в духе гордости за свою страну тоже никто не отменял.

То есть Сталин своим выбором подчеркивал, что пока декабристы занимались болтовней и заговорами, Пушкин создавал своими шедеврами Бессмертие своей страны! Причём в условиях, приближенных как раз к декабристским – ссылки, походы, одиночество, деревни – в то же время и в тех же местах.

Сталин делал ставку на победителей – поэтому и побеждал.

Храм Сталина

Он может с полным правом называться Храмом Сталина.

Когда мы перечисляем по пунктам, как Сталин формировал идеологемы для победы страны и народа, мы всегда упоминаем, против кого он шел, каких противников он себе наживал и чем рисковал. Это совершенно героическая история. Так вот спасение Храма Покрова из этого ряда, если не рискованнее.

Шел 1931 год, когда на Сталина сваливалось всё – все враги, изнутри, извне, каждый его шаг наращивал ряды противников. И вот Храм Покрова. Когда против становились троцкисты, английская разведка, разные предатели и отступники, это понятно, но когда становилось ближнее окружение и сподвижники, тогда совсем сложно было. Каганович – это был не просто друг и товарищ, но сподвижник колоссальной эффективности. И вот Лазарь уничтожает Храм Христа Спасителя. Сталин терпит. И вот Каганович приносит проект якобы перекройки Красной Площади. Уже перенесли в сторону памятник Минину и Пожарскому.

Цитата: «Храм Христа Спасителя и ряд других храмов Москвы, предложил полностью снести и Покровский собор, чтобы дополнительно расчистить место для демонстраций и военных парадов. Легенда гласит, что Каганович приказал изготовить подробный макет Красной площади со снимающимся храмом и принес его Сталину. Пытаясь доказать вождю, что собор мешает машинам и проведению демонстраций он неожиданно для Сталина сорвал макет храма с площади. Удивленный Сталин якобы в тот момент произнес историческую фразу: “Лазарь, поставь на место!”, так что вопрос о сносе собора был отложен»[29].

Собор Покрова Пресвятой Богородицы, что на рву

(Храм Василия Блаженного)

Но почему Сталин спас этот Собор? Зачем он ему? – Так ломали голову даже соратники. Что он ему даст? Знал о его большей древности, чем Храм Христа Спасителя? О том, что он несомненный символ именно страны? Но какой страны? Он, мобилизовавший страну на прорыв, зачем держится за архаику даже ещё осмеянную «добрыми друзьями» за архаику, ордынство и «дешевый византизм» – ведь символ для тех времен был порочный – контрреволюционный! Это давало больше поводов опорочить его как раз атеистические убеждения, которые он должен был официально демонстрировать.

Нам кажется этот храм какой-то загадкой Сталина, которую он не открыл никому до конца, оставив шифр этой загадки в виде этого храма потомкам. Может быть, Храм первого Царя Руси Ивана должен стать символом преемственности этой власти? Известно, что только один раз и только одного человека Сталин назвал «Учитель». И это не по поводу Ленина. Это пометка на полях по поводу Ивана Грозного.

Булгаков и Сталин

Усилиями либералов, да и усилиями многих защитников Сталина, сложилась версия, что Сталин был очень грубым человеком, параноиком, который боится заговоров, человеком, который всецело опирается на абсолютно репрессивную машину, на КГБ[30], шпионов, сыщиков, надсмотрщиков, которые чуть что сразу кого-то отправляют в ГУЛАГ То есть Сталин – человек-сапог, ориентированный на грубую силу, что, наверное, неплохо в войне, но что совершенно недопустимо в условиях мирной жизни. В этом смысле, конечно, Сталин чужд какой-то культуре, высоким материям, философии, тонким гуманитарным вещам. Это карикатурный образ, который, с одной стороны, делали его враги, а с другой стороны, постарались сделать его защитники, когда говорили, что он был грубым с врагами, да и во время войны только такой человек мог спасти нашу страну. А потом, после смерти Сталина, началась оттепель, расцвет всяческой культуры, искусства, того, что Сталин «душил». Вот Сталин преследовал Платонова, Цветаеву, преследовал Церковь, преследовал философов, Мандельштама, великого поэта, сгноил в лагерях… Понятно, что Платонов, Цветаева, Мандельштам – это великие фигуры в литературе, но самое главное – он преследовал Булгакова…

Всё это, конечно, абсолютная ложь. Если кто-то хочет всерьёз поинтересоваться судьбами этих людей и как у них складывались взаимоотношения со Сталиным, то он может прослушать цикл лекций на YouTube, на канале «День ТВ», и на канале «Светозар». Историк Николай Сапелкин, который всю жизнь посвятил изучению истории нашей Русской церкви в XX веке, в том числе в сталинские времена. Он показывает, что при Сталине был ренессанс Церкви, а не преследования. Также он разбирает истории взаимоотношений Сталина с Платоновым, Мандельштамом, с Булгаковым и показывает, что на самом деле все эти люди себя прекрасно чувствовали, всё у них было замечательно настолько, насколько можно было вообще в то время, и даже лучше. Просто эти люди сами себя привели к трагедии, и Сталин здесь ни при чём.

Булгакова же Сталин любил, ценил, защищал и уж точно никак не преследовал. Кто-то скажет: ну как же так, ведь Булгаков ужасно жил при сталинизме, да и был антисоветским писателем. Конечно, такое мнение возникает у широкой публики больше от незнания, потому что мы черпаем образ преследуемого Булгакова из романа «Мастер и Маргарита», где много страниц посвящено тому, как критики, в частности критик Латунский, преследуют несчастного Мастера, подвергают травле его и его роман про Иисуса Христа и прочее. Молчаливо предполагается, а где-то не молчаливо – наша либеральная критика, в общем-то, напрямую так и писала, что Булгаков списывал образ Мастера с себя, а образ Маргариты со своей жены, преследующие критики – это, конечно же, знаменитые советские критики, следовательно, такая ужасная у него была жизнь. Это, конечно, совсем не так.

Кроме того, образ Булгакова-антисоветчика берется из «Собачьего сердца». Это произведение, дескать, показывает, насколько презирает советскую власть и пролетариат Булгаков, который, как автор, явно ассоциируется с профессором Преображенским. А симпатии Булгакова, естественно, на стороне белого движения, на стороне Белой гвардии в пьесе «Дни Турбиных». В романе «Бег» он тоже показывает нравственные метания белых эмигрантов. В общем, советским писателем Булгакова точно не назовешь, тем более, если вспомнить эталонных советских писателей, которые писали