Читать книгу - "Дача для Забавы - Дирижабль с. чудесами"

в целом она добрая и милая. Так что раньше я даже радовался, когда она вламывалась.

— Да-а-а! Пожалел волк кобылу, оставил хвост да гриву, — пробурчала Забава. — Очень удобно! Расставаться не надо — всего лишь сделать так, чтобы встретилась с твоей чокнутой подружкой. Сама сбежит!

— И опять ты права. Но сейчас всё иначе. Я не хочу, чтобы было по-старому.

Забава молча шла, не замедляя шаг. Миша обогнал её и встал на пути.

— Постой. Пожалуйста. Всего на минуту. Я хотел сказать тебе дома, но потом пришла Маша…

Забава остановилась и смотрела на него без эмоций. Он взял её руки в свои. Она не отняла их.

— Ты мне очень нравишься. Я всё обдумал. Хочу быть с тобой.

Он придвинулся ближе, и его губы коснулись её губ осторожно, почти несмело. Забава не ответила на поцелуй, но и не отпрянула, хотя адреналин разогнал кровь, сердце стучало, а кожа на губах горела. Он отстранился, заглянул ей в глаза.

— Миша, у меня сейчас в жизни и так ничего не ясно, — тихо сказала она. — И последнее, чего мне хочется, — это добавить к имеющимся, проблемы с твоей ревнивой подругой.

— Если это единственное, что мешает, я решу вопрос.

— Думаю, тебе, действительно, стоит сначала разобраться в своих отношениях, — она мягко высвободила свои пальцы из его ладоней и, обойдя, снова направилась к дому.

Через мгновение он был рядом.

— Я тебя провожу.

— Тебя ждут, — напомнила Забава.

— Её никто не звал. К тому же, она злоупотребила моим доверием и гостью мою приглашённую оскорбила. Пусть одна посидит, подумает над своим поведением.

Остаток пути они прошли молча. Забава всё время волновалась, как он поступит. Но Миша на прощание целовать её уже не пытался.

— Увидимся, — просто сказал он и повернул обратно.

Она поспешила войти в дом и в полной растерянности замерла посреди комнаты, прижав пальцы к поцелованным губам. На душе было слишком сумбурно.

Все вечерние планы рухнули из-за этой Маши, и чем занять себя Забава не знала: все мелкие успокаивающие дела были уже переделаны, а взяться за книгу не давало томительное волнение. Идти к Тасе тоже не хотелось. «Хоть мы и подруги, но мне не пятнадцать, чтобы проводить вместе каждую свободную минуту. Чем я буду лучше Маши, врываясь в дом при каждой нестандартной ситуации? Но Мария-то какова! С удовольствием вцепилась бы мне в волосы. Едва конфликт не раздула…», — обдумывала она неожиданную встречу, бесцельно блуждая взглядом по комнате. Внезапный сквозняк сорвал со стола листок бумаги, он кувыркнулся в воздухе и лег у ее ног.

Забава наклонилась, подняла его. Это были заметки, оставленные Натальей. В самом верху стояла пометка: «Дождаться молодой луны». На грани сознания сразу забрезжило: «В этом доме предметы сами собой просто так не падают».

Забава достала телефон и быстро проверила лунный календарь. Сегодня был первый день растущей луны.

«Может, и Маша явилась не зря, — пронеслось в голове. — Всему своё время. Что делать с Мишей, можно решить и потом, а сейчас надо действовать, пока Анфиса снова не нагрянула с очередным сюрпризом».

Время для обряда выдалось подходящее: как раз набирала силу молодая луна. Именно об этом и упоминала Наталья в своих заметках. Но вторым пунктом в инструкции значились чистое тело, третьим — свободный ум. А на душе у Забавы царил полный раздрай!

Внезапное появление Маши и её оскорбительные замечания всё же порядком задели. Да ещё и признание Миши… Это тоже оказалось полной неожиданностью.

Зато со вторым пунктом проблем не возникло — в тёплой бане она быстро смыла с себя дневную усталость и напряжение.

С очищением мыслей пришлось изрядно повозиться. Дыхательные упражнения для Забавы были в новинку, как и колдовские обряды. Мысли путались и разбегались в разные стороны, словно муравьи, когда муравейник внезапно разворошили.

В инструкции Наталья велела дышать «квадратом» всего три минуты — вдох на четыре счёта, задержка, выдох, снова задержка. Но у Забавы на это ушло все семь. Первые три минуты только на то, чтобы перестать мысленно возвращаться к Машиным колкостям, её обидным намёкам. Ещё две на то, чтобы перестать думать о нежданном поцелуе Миши, от которого всё ещё горели губы. После стольких лет без нежностей сердце заходилось каждый раз, когда разум снова и снова возвращал её в тот момент.

Наконец ей удалось обуздать беспокойный рой мыслей. Взяв чистый лист бумаги, Забава аккуратно, стараясь не сбиться, перерисовала на него замысловатые символы става. Со свечой в руке она вышла во двор, где уже сгущались вечерние тени, присела на верхнюю ступеньку крыльца, чиркнула спичкой. Пламя заколебалось, затем выпрямилось, отбрасывая на землю трепещущий живой круг света.

Воздух во дворе был прохладен и почти неподвижен. Забаву вдруг охватило странное чувство. Казалось, она делает что-то запретное, за чем ей не хотелось бы оказаться застигнутой. Словно, как в тёмные времена, соседи, увидев, чем она тут занимается, возьмутся за вилы и факелы, будут толпиться вокруг, ругаясь и плюясь, пока кто-то первым не решится сделать шаг, чтобы схватить её и поволочь на костёр. Спина сама собой напряглась, будто в темноте между деревьями притаился незримый свидетель.

Она с силой тряхнула головой, пытаясь отогнать это глупое чувство. «Взрослая женщина, участок мой, могу делать всё, что захочу», — убеждала она себя, крепче сжимая в пальцах короткую свечку. Неприятное ощущение не исчезало, заставляя её то и дело оборачиваться. «Так! — решила Забава. — Проще всё сделать сейчас, чем после настраивать себя заново».

Взяв свечу, она медленно провела ею над начертанными рунами, старательно проговаривая слова, которые велела запомнить Наталья. Тишину нарушал лишь шелест листьев, перекатывающихся по земле, когда едва уловимое дыхание ветра касалось их, да легкое потрескивание воска.

Теперь предстояло дождаться, пока свеча догорит.

Во дворе было тихо. Только где-то далеко, на другом конце СНТ залаяла собака.

Забава сидела неподвижно, наблюдая, как пламя постепенно съедает воск, как тени вокруг становятся всё длиннее и гуще. Огарок свечи таял на глазах, пока наконец не угас, оставив в воздухе лишь тонкую струйку дыма. Всё вркруг поглотила ночная тьма.

К этому времени Забава успела продрогнуть от вечерней прохлады.

Торопливо завершив ритуал, она вернулась в тёплый дом.

На душе было странное чувство. Будто разум никак не мог определиться: верит он в то, что став может сработать или нет. Только свежи ещё были в памяти и разбросанные по дому вилки, и тяжёлый взгляд со шкафа, и страшный лик, заставивший ее выскочить среди ночи на улицу, чтобы не надышаться дымом. И