Читать книгу - "Журналист - Игорь Валериев"

После этих слов я положил ручку на стол и начал усиленно массировать пальцы на правой руке. Так много и с такой скоростью, я ещё ни разу не писал, ни в этой жизни, ни в прошлой, даже на лекциях в Можайке.

Кашина с улыбкой смотрела на меня, но ничего не сказала.

— Галина Ивановна, а кто такой Левашов и Панов? — Задал я вопрос, закончив массировать и растирать пальцы, взяв вновь ручку.

— По поводу Панова ничего не могу сказать, а Федор Васильевич Левашов был активным участником Второго ополчения в 1612 году. Князь Дмитрий Михайлович Пожарский отправил его под Москву во главе одного из передовых отрядов в количестве четырёхсот всадников. И этот отряд, прибыв к Москве, построил укрепление у Петровских ворот и не дал отряду гетмана Ходкевича войти в Кремль и соединиться с польским гарнизоном. Левашов завязал бой, задержал противника, что позволило основным силам ополчения подойти. В результате обоз Ходкевича в Кремль не попал, и одним из факторов капитуляции польского гарнизона Москвы стало отсутствие у него продовольствия и боеприпасов. За это Левашову и хотели сначала пожаловать вотчину Лукоянова. Но потом он отличился в 1618 году, во время осады Москвы польским королевичем Владиславом, будучи воеводой за рекой Яузой. Вот за это «московское осадное сиденье» ему царём было пожаловано большое поместье в вотчину где-то в Подмосковье. В 1619 году Левашов состоял воеводой в Царицыне. А через десять лет в 1629 году он уже числился дворянином московским и объезжим головой в Москве. Вот такую карьеру сделал обычный нижегородский помещик, Михаил.

Я, закончив писать, согласно мотнул головой и произнёс:

— Да, Смутное время было временем героев и предателей. Кто-то взлетел, а кто-то упал и разбился, причём насмерть. А что дальше было с Лукояновым?

— А дальше, где-то к середине XVII века, как об этом свидетельствуют документы, село Лукоянова была переведено сначала в разряд экономических сел. В ходе секуляризации церковной собственности во время реформы Екатерины II, село Лукоянова было передано из владения монастыря под управление государственной Коллегии экономии. Как и когда оно отошло монастырю и к какому, я пока материалов не нашла. А дальше 5 сентября 1779 года указом императрицы Екатерины Великой «Об открытии Нижегородского наместничества и составлении оного из 13 уездов» село Лукоянова обрело статус не просто города, а уездного города. В огромный Лукояновский уезд входили тогда даже территории современных Большеболдинского, Починковского районов, часть Первомайского, Гагинского районов и Республики Мордовия. Если кратко, Михаил, то по истории образования Лукоянова я тебе информацию дала. Что-то дополнительно по заселению Лукояновского района в совсем древние времена можешь, найти здесь в музее. В пятницу, четвёртого числа у меня будет окно, и я опять буду здесь в музее с двух до пяти часов. Подходи часам к четырём и приноси наброски своей статьи. Если мне понравиться, то будем работать дальше. Если нет, то, извини, но у меня очень плотный график, даже в выходные дни я езжу по району и читаю лекции от общества «Знание». Согласен, Михаил?

Кашина посмотрела на меня своими небольшими глазами так, как это может только педагог с большим рабочим стажем.

— Конечно, согласен, Галина Ивановна, — уверенно ответил я. — Вы только уточните до пятницы, пожалуйста, точное название писцовой книги и остальных источников, на которые вы ссылались.

— Молодец, Михаил! Так нам и надо, — рассмеялась Кашина, разом помолодев лет на десять. — Чувствую, мы с тобой сработаемся.

Глава 22

«Лукояновская правда»

Я после очередной правки раз в двадцатый прочитал свою статью «Основал Ивашка город», и она мне опять не понравилась. Нет, с научной точки зрения получилось очень даже хорошее такое исследование — небольшой реферат по истории или краеведению, но вот для обычного читателя не хватало живости, чувств, того, что задело бы какие-то струны души.

Я растёр лицо ладонями и задумался над тем, как это исправить. Вчера, вернувшись из Лукоянова после беседы с Кашиной, а потом, переписав скорописью кое-какую музейную информацию о заселении Лукояновской земли в X — XII веках, я набросал план статьи из расчёта на газетную полосу. Сегодня с утра после часовой зарядки с пробежкой до берёзовых посадок, тренировки там, купания в пруду, водных процедур в бане и завтрака, я часов в восемь засел за статью и проработал шесть часов с получасовым перерывом на обед и пятиминутными физпаузами каждый час, делая по два круга силового комплекса Купера.

Вновь взял план статьи, который мне надиктовал Веров, потом ещё раз пробежался глазам по пяти листам статьи. Как бы всё нормально, но не то. Не цепляет. Сложив листы стопкой на край стола, я поднялся из-за него и потянулся. Если в голову ничего не идёт, значит, её надо нагрузить, как и тело другой работой.

Тем более, время ещё есть, завтра и послезавтра до обеда. Очень мне хотелось, чтобы статья понравилась Кашиной. Как я убедился, лучшего консультанта по истории Лукояновского района мне не найти. Ладно, пойду, займусь домашней живностью, да ужин приготовлю и для неё, и для нас. Дел по горло, плюс ещё хоть полчаса надо на аккордеоне поиграть, да силовой комплекс Купера прогнать на четыре круга.

Вечером, после ужина я дал свои наброски статьи деду, тот прочитал и выразил своё мнение, вернув мне листы:

— Знаешь, Мишка, ты лучше можешь. Статья хорошая, интересная, но какая-то сухая, без души. Чего-то не хватает.

— И я так думаю, дедуля, а вот как это исправить⁈ Пока не представляю.

— Дайка, Мишенька, мне почитать, — попросила бабушка и протянула руку.

Я отдал ей листы. Через несколько минут она выдала свой вердикт:

— И чего, вы, говорите, что статья плохая⁈ Очень хорошо и интересно написано, исторических фактов много, ссылки на источники. Лично я для себя много интересного почерпнула из этой статьи.

— Бабуля, основная масса читателей не имеет твоего образования и кругозора. Для них это будет малоинтересный материал, надо какую-то изюминку найти, чтобы душу каждого лукояновца царапнуло, чтобы гордость появилась от того, что он житель Лукоянова и Лукояновского района, — задумчиво произнёс я, продолжая мысленно искать эту изюминку.

— Ну, ты, Мишка, замахнулся, японский городовой. Это же, как на пяти листах кратко написать такое, чтобы я возгордился, что я житель Лукояновского района⁈ Как, скажи мне⁈

Дед с каким-то возмущением на лице смотрел мне в