Читать книгу - "Предатели за спиной - Ольга Олеговна Погожева"

– Идём, – мягко позвала тётя Диана, – я налью тебе лимонада. Ты любишь лимонад?..

Джинни не знала, что такое лимонад, но отказываться не стала, отдав должное и лимонаду, и сэндвичам с пирожными. Книгу при этом она так и не выпустила, осторожно усевшись на стульчик и поместив толстый фолиант на колени.

– Ты любишь фрукты? – поинтересовалась тётя Диана, с улыбкой наблюдая, как Джинни молча и сосредоточенно уничтожает угощения. – Я сейчас распоряжусь, нам принесут. Боюсь, мои мальчишки всё съели…

Джинни медленно жевала сэндвич и пристально следила за перемещениями дяди Джона. К счастью, тот никуда сбегать не собирался, усевшись среди своих друзей, и она успокоилась. Все эти взрослые казались неплохими людьми, но они были чужими. В отличие от дяди Джона.

– Женского батальону прибыло, – вздохнул тем временем Константин Вольф, то и дело поглядывая на Джинни. – Мы с Яном обследуем девочку в лондонской лаборатории, когда она немного обживётся. Пусть привыкнет к новому дому и родственникам. Аура у неё занятная, большего пока не скажу.

– Я очень рада, что вы с Мэйовин задержитесь, – искренне призналась Эвелин Ллойд. – Думаю, Джинни будет интереснее с девочками, чем с нашими близнецами.

– С девочками у Константина проблем нет, – усмехнулся Джон. – К слову, ты не планируешь сына? Ну там, продолжателя рода и всё такое…

Доктор Вольф внимательно посмотрел на дерущихся на поляне мальчишек, разбивших очередную декоративную вазу, на содранные колени и чей-то молочный зуб, то ли выбитый в порыве битвы, то ли выпавший добровольно, сравнил с чинно игравшими в куклы дочерьми и сдержанно поблагодарил за заботу:

– Не хочешь страдать в одиночку? – понятливо спросил магэксперт. – Заманчивое предложение, но я воздержусь.

– Ваша правда, доктор Вольф, – поддакнула агент Томпсон, с удовольствием и без ложной скромности налегая на угощения. – Я тоже считаю, что не стоит брать от жизни всё – вдруг не донесёшь?

– Ты же говорила, бери, пока дают, – тут же усомнилась Мэйовин.

– Ну вот когда набрал всё, что можно, пора и притормозить, – кивнула Кира. – Эх, хорошо тут у вас! Жаль, что в понедельник на родину… Я бы задержалась, но Адриан занервничает, а зачем мне нервный муж, который ещё и начальник? Покажешь мне завтра Лондон, Мэй?..

Джинни забралась в плетёное кресло с ногами и постепенно успокаивалась, прислушиваясь к непринуждённым беседам взрослых. К детям она пока не рвалась, поглядывая на шумную компанию издалека, а их родители не пускали отпрысков к новенькой, чтобы дать ей подкрепиться и освоиться.

– …любая помощь, какая потребуется, Джон. Надеюсь, ты это знаешь. В конце концов, Джина и моя племянница.

– Помню, Джанфранко, – отозвался дядя. – Ламорте был твоим кузеном.

– У малышки его глаза, – помолчав, обронил тот. – Когда я прочитал в газетах, что Рафаэль вышиб себе мозги, я сразу понял, что мисс Эвергрин скончалась. Ламорте не стал бы пускать себе пулю в лоб по другой причине. Я бы не стал.

– Если бы не вся эта шумиха! Федералы, пользуясь случаем, накрыли весь синдикат, а те, кто избежал тюрьмы и электрического стула, тотчас залегли на дно, – нахмурился Джон. – Мы даже не знали о девочке!..

– Заняло пару лет, чтобы отыскать могилу леди Эвергрин, и тщательная медэкспертиза, чтобы понять, что она родила незадолго до смерти, – вздохнула агент Томпсон, отставляя блюдо с черешней. – Я сообщила сразу, как только узнала подробности…

– Рак мозга, – едва слышно проронил Константин, понижая голос. – Я поражён тем, как долго она продержалась. И какая досада, что так получилось с девочкой…

– Болван Ламорте, – не сдержался Джон. – Не мог сообщить нам, прежде чем сводить счёты с жизнью?!

– Сомневаюсь, что это было взвешенным решением, Джон, – возразил Джанфранко. – Рафаэль жил страстями. Жить без Джен он не мог и не хотел.

Константин Вольф вздохнул, глядя на притихшую Джинни.

– Следы многих преступлений ведут в будущее… Но каким вырастет это будущее, во многом зависит от нас. Помнится, мисс Эвергрин обещала, что её партия не завершается с её смертью…

– Тише, – сдержанно попросила Эвелин Ллойд. – Мне кажется, она слушает…

Разговоры смолкли, а дядя Джон поднялся и подошёл к Джинни, протягивая руку.

– Готова познакомиться с кузенами и новыми друзьями, Джинни? – улыбнулся он. – Можешь показать им книгу, если захочешь. Уверен, им понравится.

Джинни поколебалась несколько секунд, затем пригладила темно-каштановые кудряшки, расправила дорожное платьице, которое купила ей миссис Томпсон перед морским путешествием, протёрла обложку книги и обречённо выбралась из плетёного кресла.

На соседней лужайке игрались две девочки и ползала под присмотром няни годовалая малышка в смешном розовом платьице. Девочек звали Кэтрин и Кара, а малышку – Каренза, и все они оказались дочерьми доктора Вольфа и Мэйовин. Старшие оказались светловолосыми и сероглазыми, а младшая – рыжей и смешливой. Джинни увидела, что магическая аура есть только у малышки, но вслух ничего не сказала. Разговоры – это усилия. Общаться мысленно гораздо проще.

– Эй, вы! – горланил на соседней лужайке бойкий парень с ободранными коленями. Похоже, он только что брал штурмом раскидистое дерево и проиграл битву, сорвавшись с ветки. – Кто там говорил, что у меня ничего не получится?! У меня ничего не получилось!

– С Томом лучше не спорить, – рассмеялся в ответ высокий мальчик, с интересом наблюдавший за успехами друга. Джинни прислушалась: у него оказался приятный, бархатный голос. – Наверное, он покрыл льдом ветки, чтобы ты поскользнулся… Я предупреждал!

Мимо пробежал смешной карапуз лет двух, плюхнувшись прямо на кукольный домик девочек. Раздался рёв малышки Карензы и возмущённые вопли Кары и Кэтрин.

– Это Андреа Медичи, – вздохнул дядя Джон, кивнув в сторону карапуза. – Тот, что сорвался с дерева – его брат, Алессандро Медичи. Уверен, вы подружитесь… Томас, Джон! Идите сюда!..

Джинни крепче вцепилась в старую книгу, когда к ним, выпутываясь из веток и продираясь через кусты, подбежали два одинаково высоких, красивых мальчика. Один из них оказался светловолосым, неулыбчивым, с льдистыми глазами и острым взглядом. Джинни разглядела мерцающую ауру мага льда и осторожно прощупала его насквозь. Холодность. Осторожность. Верность. Ревность. Недоверие…

Второй оказался темноволосым, с внимательными глазами и светлой улыбкой. Джинни подняла на него взгляд и застыла.

В этот миг юная Джин Смит из Иллинойса поняла, что именно ради него ехала из далёкой Америки с дядей Джоном.

Ради вот этого взрослого, красивого мальчика с умным, открытым лицом. Ради его чистых, как живая вода, чувств, ради вкусных эмоций и светлой улыбки. Ради глубокого голоса и осторожных рук, когда он присел рядом и протянул ей ладонь. Ради тёмных глаз, бескрайних, как космос, и безграничных, как их возможности…

– Привет, – улыбнулся он, глядя ей в глаза. – Я –