Читать книгу - "Пепел Бессмертия. Том 1 - Один Слав"

— Первые дни вы будете жить, — он кивнул в сторону каменных корпусов, — там. Отдельно. Парни — в правом, девушки — в левом. Не перепутайте. — Губы его чуть дрогнули. — Позже, когда вас станет больше и придут партии из других городов, будет общий вводный день. Вам расскажут, как устроена секта, что такое ступени, направления, обязанности. Всё разом, чтобы мы не повторяли одно и то же десяток раз.

Он сделал короткую паузу.

— Пока этого не будет. Пока — только самое простое. Где вы едите. Где спите. Что трогать нельзя. И к кому бежать, если вдруг спрятались так, что сами выйти не можете.

Новенькие неуверенно хмыкнули.

— И запомните сразу, — продолжил старший. — То, что вы сюда доехали, ещё не значит, что вы чего то стоите. Вниз, к порту, дороги никто не закрывал.

Он кивнул одному из учеников:

Веди. Парней — в правый корпус. Девушек — туда.

Внутри каменного здания было прохладно и пахло человеческим жильём — плотно сбитой тканью, чуть затхлым деревом, мылом. Узкий коридор, двери по обе стороны, кое где — лавки вдоль стен.

— Здесь будете вы, — сказал ученик, открывая одну из дверей.

Комната была прямоугольной, не слишком большой: две стены занимали двухъярусные лежанки, третья — пара узких окон с решёткой, четвёртая — дверь и два простых сундука. На каждой койке — грубый матрас, тонкое одеяло, подушка. Вдоль стены — несколько гвоздей с уже висящими на нихробами.

— Мест мало, людей много, — без особого извинения произнёс ученик. — Трое уже живут, остальные — вы. Сами разберётесь, кто где. Верхние лежанки — не для тех, кто храпит. Снизу потом спины ломит.

Кто то нервно засмеялся. Кто то сразу рванул к углу, пытаясь занять место подальше от двери.

Внутри уже сидели трое — по одежде и виду явно побывавшие здесь дольше одного дня. Один — коренастый, с короткой стрижкой, второй — сухощавый, третий — совсем молодой, но со взглядом, в котором усталость перемешалась с любопытством.

— Новенькие, — констатировал коренастый. — Ну, здравствуйте.

Ученик, проведший их сюда, махнул рукой:

— Показать им, где что. Завтра вас поведут на первую работу. Сегодня вечером соберут всех младших внешних — дадут общие инструкции.

Он ушёл. Дверь за ним не захлопнулась с грохотом — просто плотно притворилась.

— Я — Чжан Фу, — представился коренастый. — Тоже внешний, но уже вторуйнеделю тут торчу. Это, — он кивнул на сухощавого, — Ли Цян, а этот мелкий — Бэй.

Бэй фыркнул:

— Сам ты мелкий.

— Ничего, подрасти, — отмахнулся Чжан. — Смотрите. Верхние койки свободны — две там, одна тут. Вон тот сундук — общий, под обувь и мелочь, этот… — он кивнул на другой, — сейчас наполовину Ли Цяна, наполовину мой. Своё держите у себя под спинами, если дорого. Если недорого — можно и на гвоздь повесить, всё равно спереть некому: тут каждый своё считает последним.

Он говорил без злобы и без особой теплоты — просто как человек, который уже привык к этому месту и не ожидал от него ни чудес, ни худших кошмаров.

Парень с прямым взглядом занял верхнюю койку у окна. Он поднял мешок, положил его под изголовье, проверил, не шатается ли доска.

Хан Ло выбрал нижнюю койку у дальней стены. Не лучшую и не худшую. Под матрасом было сухо, доски — ровные, без щелей. Для нынешнего этапа — роскошь.

Когда все кое как разложили свои вещи, Чжан Фу почесал затылок и добавил:

— На еду позовут барабаном. Опоздаете — будете доедать за самыми шустрыми. — Он ухмыльнулся. — Шучу. Но опаздывать всё равно не советую.

К вечеру барабан всё же ударил. Не так, как в порту: три коротких — не к сбору и не к тревоге, а к «пойти и послушать».

Младших внешних вывели на широкую площадку между бараками и Травяным двором. Парни — с одной стороны, девушки — с другой, но не вперемешку, а чётко разделёнными колоннами.

Тот же старший ученик, что встречал их днём, стоял в центре.

— Раз уж вы здесь, — начал он, — вы не будете совсем без дела. Настоящие техники вам пока никто не даст. Не надейтесь. Но есть вещи, которые будут только на пользу — и нам, и вам.

Он сделал вдох — ровный, спокойный. Плечи при этом ни на миг не приподнялись.

— Когда человек не работает и не спит, большую часть времени он делает что? — он обвёл их взглядом. — Правильно. Тратит воздух впустую.

Кто то неловко ухмыльнулся.

— Мы не любим, когда что то тратится впустую, — продолжил он. — Поэтому у нас есть общая дыхательная практика. Это не техника секты. Не думайте, что вы сейчас получите то, за что другие здесь отдали годы. Это — как чистить зубы. Как мыть руки. Как держать спину прямо, чтобы не сгорбиться к тридцати годам.

Он повернулся боком, так, чтобы его профиль видели все.

— Сядете — так, как сейчас стоите. Спина — ровно. Плечи — расслаблены. Живот не втягивать. — Он поставил ногу на невысокий камень, показал, где условно считать «центр» тела. — Вдох — на четыре удара сердца. Задержка — на два. Выдох — на шесть. Считать будете сами. Падаете — сами себя поднимать будете.

Он провёл их через несколько циклов вслух. Они повторяли; кто то сбивался, кто то задыхался уже на втором, слишком медленном выдохе, кто то, наоборот, дышал слишком часто, не понимая смысла.

— Для тупых, — беззлобно добавил старший, когда кто то в очередной раз заглотнул воздух, как утопающий, — ещё раз. Мы не заставляем вас культивировать там, где вы к этому не готовы. Мы учим вас не мешать своему же телу, когда вы будете пытаться культивировать.

Он повторил схему ещё раз, медленнее, разбирая ошибки.

— Делать это будете, когда не спите и не работаете, — отрезал он. — Сидите без дела — дышите. Перед сном — дышите. Утром — дышите. Хоть что то полезное из вас тогда будет. Те, кто освоит хотя бы это, потом меньше будут жаловаться, что у них голова болит от техники.

Он махнул рукой:

— На сегодня хватит. Завтра с вами начнут возиться те, кого назначат старшими над вами. Не завидуйте им. Им предстоит тащить вас на своих нервах.

Новенькие начали расходиться. Кто то перешёптывался, пересчитывая в уме удары. Кто то уже бурчал, что «ничего в этом особенного нет». Кто то, наоборот, пытался на ходу повторять.

Хан Ло шёл молча.

Он видел подобные практики уже не раз — в прожитой жизни, на разных ступенях разных путей.