Читать книгу - "Свеченье слов. Поэтические произведения - Олег Сергеевич Прокофьев"

а кончик носа завтра

да посредине чудо

размером с вечный день

и блеет удивление овечкой

а предвкушение трынь-трава

поэты на время как звезды

в синеве теряют себя

Сам с собой

621. Самопознание

я пытался взять приступом

твердыню своей души

наткнулся на отражение

твердое как зеркало

и тонкое как крик

постепенно

музыка перемирия с самим собой

просочилась в трещину атаки

и снова стало все прозрачным

622

в глуши ночи

средь мыслей чуточку лишних

сияющее одиночество слепорожденных звезд

согревало сердце

623

семейные вариации одиночества

звучат как реквием себе

то часть интриги превращений

метаморфозы мальчиков во внуков

молодоженов в древних стариков

624

звуки играющих детей

дразнят мудрость мира сего

что детям смешно то взрослым печально

впадение в детство

как устье реки

берега исчезают стыдливо

под вздохи небесных морей

625

на рассвете

я слышу за окнами дробь

граненое время пустующей площади

в тяжелой как камень возможности спать

стучит по копытам в попытке проснуться

дремлющим днем

626

влюбленный в окна

лезет прямо в душу

нежно шарит по темным углам

и

откусив любопытство

жует ее смертную часть

627

унося лучи с собой

каждый ушел в свою темноту

я потух как попугай под одеялом

в голове вспыхнула африка

628

уходя в темноту спячки

я думал о конце света

мир прокрутился вокруг меня

ударив луной по башке

629. Уцелевший ото сна

кораблекрушение это сон

а явь пустынный берег

проснувшись с такими словами

я увидел туманный рассвет

утопленник сна белел в окне

своим разбухшим лунным телом

тревогу ночи заслонив

помилованный преображением

я ждал на берегу слепого дня

630

в империи моей души

есть тусклый отдаленный край

где люди спрятаны чудные

обиженные мной

они напоминают о себе

с поддельным видом

справедливой скуки

а я

я сам сижу в убогом уголке

их царственной души

и жду прощенья терпеливо

631

я уважаю совпадения

они в случайности прядут процесс

который прикрывает их наивность

со временем событья улетают

как птицы в плотность облаков

и все становится на место

нелепость

непредвидимость

судьба

а ведь вначале

птичий глаз глядел недобро

кричал пронзительно

и рвался прочь

других почти что задевая

теперь же

всё

со мной остались

совпадений красота

и логики слепая сила

и фактов мертвый силуэт

632–634. Три ностальгических приморских

1

там

на берегу

огромность горизонта и упрямство моря

смотрят в меня

как в зеркало привычки

осколками усилий

разбиваясь подо мной

2

морская линза

уменьшила меня в песчинку

подушка ветра

над заливом вознесла

капля моря стекла по небу

за которым отец

ударил по клавишам

3

каменное облако нависло

над железною водой

волнением сжатая земля

приблизила травинку к солнцу

. .

так начиналась попытка улететь

я получил в подарок день

упакованный в загадку утра

но постепенно

отдирая оболочки

обнаружил

что чем больше кож

как шелуха с него сходило

тем бедней и проще он казался

а вечером

раздетый словно нищий

он растаял в темноте

635. Рано утром минуты жгут

ты для подвига уже погиб

вечная память неотвратимому

героизм воображения смутил дух

и он отлетел от тела

страдая в отсутствие скуки

героизм есть дело личное

для посторонних иероглиф доблести

для себя же обугленный страх

636. Гипноз того чего уже нет

переползая из одного дня в другой

я увидел что все прошедшее разбухло

огромные рыхлые предметы

утратили свои контуры

и превратились в спящих тиранов

насилие стало постелью

в которой я устроился с удобством

я черпал из открытого счета воображения

и расплачивался хрустом суставов

за сервис не сделанных вещей

за недвижимость событий

за пропустившие меня происшествия

за спертый воздух внутреннего мира

где наконец я придушил реальность

Мир как невольное представление

637. Дон Кихот

в глазах закрытых звездчатым крылом

запечатлено движенье катастроф

но щекотливость чести дурака

порядок сохраняет гибели

638

в пустоте я вижу самозванца

без всяких подробностей

хвостом умножающим всё

от нуля опухает богатый

от нуля худеет бедняк

под нулем мы становимся чем-то

еще меньшим чем он

639. Съевшему мандарин

граница ночи это снег

что хранит ощущение

на черный день

для теплокровного фанфарона

которому зима как спирт

она отдает кислинкой мандарина

И конечно об искусстве

640