Читать книгу - "Хакеры Lazarus. Кибервойна Северной Кореи — от Голливуда до мировых финансов - Джефф Уайт"

её взломать, они смогут заработать суммы, на фоне которых десятки миллионов, добытые в итоге у Банка Бангладеш, покажутся мелочью. Но сначала им нужно было разобраться, как устроен этот новый мир.

Группировке Lazarus предстоял ещё один огромный технологический рывок.

И заодно вернёт в игру следователей ФБР. Они найдут ещё один фрагмент мозаики The Lazarus Heist и обнаружат нечто глубоко тревожное для всех нас. Хакерские атаки группировки стали в буквальном смысле вопросом жизни и смерти.

13

WannaCry

Солнечная пятница, май 2017 года, 10 утра. Патрику Уорду никак не удаётся сосредоточиться на бульварном детективе, который он читает. Он сидит на койке в палате больницы Святого Варфоломея в центре Лондона, и до операции, которая, как он надеется, изменит его жизнь, остаются считаные часы. Путь к этому дню был долгим. Всё началось несколькими годами раньше.

«Я играл в футбол, заметил, что задыхаюсь, и решил, что это просто горло побаливает. Пошёл к врачу, а он велел мне всё бросить», — рассказывает Уорд.

Оказалось, что у него увеличено сердце — наследственное заболевание, из-за которого сердце с трудом прокачивает по телу достаточно крови. Он всегда был активным человеком, а теперь, в сорок семь, ему приходилось делать передышку, просто чтобы подняться на один лестничный пролёт. Болезнь всерьёз сказывалась на его жизни. В конце концов врачи предложили выход, но очень рискованный: операцию на открытом сердце.

«Это было очень, очень серьёзное решение», — говорит Уорд.

К тому же операция эта узкоспециальная, и в Великобритании её делают немногие хирурги. Поэтому Патрику приходится ждать два года. Но наконец, 12 мая 2017 года, подходит его очередь.

«Я морально приготовился к тому, что много-много недель не буду работать, что мне вскроют грудную клетку. И к тому моменту я сам этого хотел. Я собирался вернуть себе нормальную жизнь», — говорит он.

Кажется, всё идёт по плану. Ближе к полудню хирург заглядывает его проведать. Но вскоре после 13:00, за несколько минут до начала операции, Уорд замечает за дверью палаты какую-то суматоху.

«Я встал с кровати, вышел к посту медсестёр и увидел: мониторы повсюду погасли, а у людей очень встревоженный вид. Медсёстры, санитары и разные другие люди просто бродили туда-сюда и не очень понимали, что делать».

В другом конце Лондона, в другой больнице британской Национальной службы здравоохранения (NHS), разворачивается похожая сцена. Тони Блитман — врач-консультант отделения неотложной помощи, и он только что пришёл туда на смену. «Когда я вошёл в кабинет, стало ясно, что со всеми компьютерами случилось что-то очень скверное. На экране было сообщение — на экранах у всех», — вспоминает он. На красном фоне написано (sic):

Ой ваши файлы были зашифрованы. Может быть, вы заняты поиском способ восстановить ваши файлы. Но не тратьте ваше время. Никто не может восстановить ваши файлы без нашего сервиса расшифровки.

Хакеры взломали компьютерную систему больницы и зашифровали все данные. Расшифровать их они готовы — но за несколько сотен долларов, причём платить нужно в виртуальной валюте — биткоинах. И это ещё не всё. Через три дня сумма выкупа удваивается. А если за неделю ничего не заплатить, говорится в сообщении хакеров, они уничтожат все данные навсегда.

Выпадающее меню предлагает инструкции по оплате на двадцати восьми разных языках: похоже, тот, кто стоит за атакой, замахнулся на мировой успех. Больница — государственное учреждение и заплатить выкуп не может. Поэтому, пытаясь сдержать эпидемию, она отключает компьютерную сеть.

«Мы не могли зарегистрировать новых пациентов в компьютере, — говорит Блитман. — Не могли открыть их медицинские карты. Не могли отследить, где они находятся, что с ними происходит, кто ими занимается и какие у них анализы крови. Не могли посмотреть на компьютере рентгеновские снимки и томограммы».

Современным врачам нужен доступ к самой передовой технике. Когда время на исходе, она помогает быстро принимать решения, от которых зависит жизнь. Например, если пациент поступает с признаками инсульта, возможно, что часть мозга закупорил тромб, а возможно, что кровоточит сосуд в мозге. Если в первом случае дать препарат, растворяющий тромбы, вы спасёте жизнь. Но если верно второе, то же самое лечение может убить. Узнать наверняка можно только одним способом — сделать томографию мозга. И так во всей неотложной медицине — от автомобильных аварий до рака. Томография — незаменимое оружие на передовой. Но теперь, после кибератаки, у Блитмана и его коллег нет ни этой техники, ни даже самых обычных компьютеров для канцелярской работы. Так что они приспосабливаются. Пациентов не в критическом состоянии отправляют домой. Часть тяжёлых больных перенаправляют в другие больницы. Но это всё труднее: вирус выводит из строя одну больницу за другой.

«По меньшей мере один из лондонских травматологических центров не принимал пациентов, потому что хирурги-травматологи не могли получить снимки, на которые обычно опираются, когда берутся за экстренную операцию. И какое-то время был ограничен приём в центрах для пациентов с инфарктом», — говорит Блитман.

Тем временем в больнице Святого Варфоломея Уорд всё ещё ждёт, когда его повезут в операционную. Не понимая, что происходит, он берётся за смартфон. Тут-то он и видит заголовки новостей и понимает, что пострадала не только его больница. И вот наконец снова появляется хирург — с плохими новостями. «Компьютерную систему больницы взломали, все системы легли, — вспоминает Уорд. — Я сказал: „Ну и обойдёмся без них. Вы же мне сердце оперируете. На кой вам вообще компьютер? Да бросьте, я два года ждал этой операции“. Не может быть, чтобы это случилось со мной, да ещё сейчас. Сначала я подумал, что он меня разыгрывает».

Но хирургу не до шуток. Он говорит Уорду: «Мне очень жаль, но компьютеры нужны нам для результатов анализов вашей крови. Они нужны нам для ваших обследований. Это неотъемлемая часть операции. Мы ничего не можем сделать. Операция отменяется. Можете идти».

Уорд, пошатываясь, выходит на улицу; на руке у него ещё повязка — только что вынули катетер. Его встречают родные, приехавшие в Лондон его поддержать. И тут же он натыкается на съёмочную группу новостей Би-би-си, которая крутится у выходов в поисках собеседников. Уорд рассказывает, что с ним случилось, а потом задаёт вопрос, который у всех на уме: «Зачем кому-то взламывать больницу, которая старается делать добро?»1

Уорд пока не знает, что дело не только в больницах. Вирус расползается по всему миру и бьёт по всем подряд — от немецкой железнодорожной компании Deutsche Bahn до российского Сбербанка2.

За какие-то полдня он шифрует данные примерно на 230 000 компьютеров в 150 странах мира. Ущерб оценивают в сумму от 4 до 8 млрд долларов3.

Это то самое событие, которого специалисты по кибербезопасности боялись годами: всемирная компьютерная пандемия, которая распространяется сама собой.