Читать книгу - "Господин Черчилль в Белом доме. Нерассказанная история премьер-министра и двух президентов - Роберт Шмуль"

ему виделось с хорошей обзорной позиции после длительного пребывания в Северной Америке, Черчилль также высказал и свое оригинальное суждение о будущих сражениях. «Этот фронт, который мы только что открыли – сначала в Африке, затем на Сицилии, а теперь и в Италии, – я называю Третьим фронтом, – сказал премьер-министр, отвечая на вопрос одного из парламентариев. – Второй фронт, который уже существует потенциально и быстро набирает вес, пока еще не задействован. В момент, который мы и наши американские союзники сочтем правильным, этот фронт будет открыт, и массированное вторжение с запада, вместе с наступлением с юга, начнется».

В качестве прелюдии к «Оверлорду» Черчилль в своем публичном выступлении сказал столько, сколько мог. 21 сентября вашингтонская Evening Star опубликовала сжатое изложение речи на первой полосе под заголовком «Черчилль обещает массированное вторжение в Европу с запада». Тут же газета поместила и сообщение Associated Press: «Маршалл выдвинут на пост глобального командующего». Первое же предложение этого сообщения снимало у читателя все вопросы о командующем Вторым фронтом: «Факт состоит в том, что генерал Джордж Маршалл намечен на пост будущего Главнокомандующего всеми англо-американскими сухопутными, военно-морскими и военно-воздушными силами в регионе и что на него падет задача обеспечить победу Востока и Запада, очерченную на Квебекской конференции». Этого, как известно, не произошло, и через три месяца назначение получил Эйзенхауэр.

По мере приближения первой конференции Большой тройки с участием Черчилля, Рузвельта и Сталина в Тегеране в конце ноября, в официальных кругах Вашингтона стала распространяться озабоченность в связи с запланированным на весну 1944 года вторжением. Все попытки отсрочить начало или вообще отказаться от проведения «Оверлорда» военный министр Генри Стимсон рассматривал не иначе как саботаж, главным зачинщиком которого он считал Черчилля. В дневниковой записи от 28 октября – ровно за месяц до начала Тегеранской конференции – он громогласно провозглашал, что его заклятый британский враг «при всей его лживой поддержке намерен нанести “Оверлорду” удар в спину, и я ощущаю это теперь с большей горечью, чем когда бы то ни было раньше». И три дня спустя ярость его не утихла, он писал о «грязных трюках со стороны Черчилля». Больше всего Стимсон опасался, что премьер-министр может повлиять на решимость Рузвельта провести «Оверлорд». Такие подозрения тлели в среде союзников несколько месяцев.

Тегеранская конференция, однако, оказалась решающей в укреплении решимости открыть весной 1944 года полномасштабный второй фронт. И хотя постоянная связь между президентом и премьер-министром никогда не прерывалась, встретиться в следующий раз они смогли только через три месяца после «Дня Д». У Рузвельта в то время полным ходом шла подготовка к выборам 7 ноября 1944 года, в результате победы на которых он пошел на четвертый президентский срок. Два лидера продолжали свою совместную работу, Рузвельт по-прежнему обещал приехать в Лондон, но после отъезда Черчилля из Гайд-парка в сентябре 1943 года и после Тегерана 1 декабря их отношения значительно осложнились. Личные «особые отношения», столь культивируемые Черчиллем во время четырех продолжительных визитов в Белый дом, вступили на новую, неизведанную территорию.

Глава 5

Тайное свидание

Если 1943 год в Америке был для Уинстона Черчилля annus mirabilis, год чудес, когда очарование американцев им достигло высшей точки, то следующий 1944 год стал годом загадок и контрастов. Год спустя после двух длительных пребываний в Белом доме и многочисленных, широко освещаемых прессой публичных выступлений и мероприятий британский премьер ни разу не был в Вашингтоне и, что для него нехарактерно, когда он все же оказался в США в 1944 году, он всячески избегал публичного внимания. И хотя открывшая западноевропейский фронт в «День Д» 6 июня операция «Оверлорд» и освобождение Парижа 25 августа давали для этого вполне весомые причины, Черчилль, при всем обожании к нему со стороны американцев, во время встречи с Рузвельтом на Американской земле в 1944 году держался в стороне от шумихи и всеобщего внимания.

Последний визит Черчилля в США для встречи с Рузвельтом проходил в обстановке полной секретности и продолжался всего тридцать два часа. В частную резиденцию президента Гайд-парк на Гудзоне – Черчилль приехал после второй Квебекской конференции в сентябре 1944 года. Англо-американский военный альянс переживал период трансформации, менялись и личные отношения премьер-министра и президента.

В течение восьми дней в Квебеке и в Гайд-парке Черчилль и Рузвельт обсуждали казавшийся им приближающимся завершающий этап Второй мировой войны. Это была единственная поездка премьер-министра через океан и единственная встреча двух лидеров в 1944 году. Для сравнения в предыдущем 1943-м Черчилль и Рузвельт провели вместе примерно шестьдесят дней в пяти различных странах на конференциях и консультациях один на один. Те два месяца, включая четыре дня с Иосифом Сталиным в Тегеране, помогли очертить стратегию победы над вермахтом и Японией – и, соответственно, окончания войны.

В 1943 году первоочередной задачей в понимании Рузвельта и Сталина, если не вечно колеблющегося и неуверенного Черчилля, было вторжение в континентальную Европу через Ла-Манш. Операция «Оверлорд» началась через шесть месяцев после последней встречи Черчилля и Рузвельта в 1943 году и за три месяца до их встречи в 1944-м. К тому времени союзники решительно наступали во Франции, Бельгии и Люксембурге и приближались к оборонительной Линии Зигфрида на западе Германии. Победа казалась заманчиво близкой, и в сообщениях из Квебека говорилось, что там уже практически бьются об заклад о точной дате капитуляции Германии. И все же выработка стратегии победы над Гитлером и определение роли, которую Британия и Советский Союз будут играть на тихоокеанском театре военных действий, стали определяющими в обсуждениях двух лидеров и их военных советников.

В Квебек и Гайд-парк Черчилль добирался путем окружным и полным несбывшихся надежд. 8 марта он предложил Рузвельту провести в апреле конференцию на Бермудах, добавив в конце телеграммы, что «по мере приближения операции “Оверлорд” его решимость к ее проведению крепнет». Рузвельт это предложение отклонил, сославшись на необходимость отдохнуть после «затяжного гриппа». Через два дня президент прислал еще одну телеграмму, в которой оставил возможность встречи открытой: «Как и вы, я надеюсь, что перед наступлением большого события [«Дня Д»] нам удастся организовать встречу».

Черчилль в своем желании провести встречу был настойчив и даже написал 25 мая: «…в вашем распоряжении в Лондоне будет хорошее место – полностью безопасное и удобное». С марта вплоть до августа Рузвельт от предложений Черчилля уклонялся. В телеграмме от 1 июня премьер-министр признавал, что поездка в Америку для него в этот момент представляется с политической точки зрения проблематичной: «Пожалуй, во время приближения кризиса с выборами мне лучше, наверное, не приезжать в Соединенные Штаты, наши враги могут этим воспользоваться, чтобы вам навредить». Фразы «кризис