Читать книгу - "Диалоги. Собеседования о жизни Италийских отцов и о бессмертии души - Папа Римский Григорий Двоеслов"

8. Когда наступила смерть Евморфия, он позвал своего раба и дал следующее приказание: «Иди скорее, скажи Стефану опциону, чтобы немедленно шел, потому что готов уже корабль, на котором нам нужно ехать в Сицилию». Раб подумал, что он бредит, и не хотел исполнить приказания. Тогда Евморфий с сильной угрозой сказал: «Иди и скажи ему, что я говорю; я не в бреду».

9. Раб пошел, но на половине дороги встретился с ним некто и спросил: «Куда идешь?» Раб отвечал ему: «Я послан своим господином к Стефану опциону». Но тот немедленно сказал ему: «Я иду от Стефана; он сейчас при мне умер». Раб возвратился к господину своему Евморфию, но нашел его уже умершим. Таким образом, если раб встретился с вестником на средине пути и возвратился, то из пройденного пространства можно заключить, что умершие были позваны [из сего мира] в одну и ту же минуту.

10. Петр. Весьма страшен твой рассказ; но скажи пожалуйста, почему исходящей душе явился корабль, или почему умирающий предсказал, что его повезут в Сицилию?

11. Григорий. Душа не нуждается в вознице, но не удивительно, если человеку, находящемуся еще в теле, является то, что привык он видеть телесными очами, дабы он понял через это, каким образом душа может быть препровождаема духовно.

12. Свидетельство умиравшего, что его повезут в Сицилию, может означать то, что на сих островах преимущественно перед другими местами из горных жерл извергаемый огонь приготовлен для мучений. Эти жерла, как рассказывают видевшие их, ежедневно расширяются в своем объеме, так что чем более, с приближением конца мира, собирается туда грешников, назначенных для мучений в огне, тем шире открываются и самые места мучений[57].

13. А что избранные, равно и отверженные, заслужившие одинаковыми делами одинаковую судьбу, отводятся в одинаковые места, могут уверить нас слова Самой Истины, если бы и недоставало примеров. Христос говорит в Евангелии, имея в виду избранных: в доме Отца Моего обителей много (Ин. 14, 2). Если бы в вечной жизни воздаяние было всем равное, то скорее была бы одна обитель, а не многие. Итак, существует много обителей, в которых добрые пребывают по степеням. По причине соучастия в заслугах они вместе блаженствуют, и все трудившиеся получают хотя бы по одному динарию (Мф. 20, 9); но различаются блаженствующие многими обителями; одно блаженство, которым они там наслаждаются, но разная мера воздаяния следует за разные дела.

14. Господь, возвещая о дне Суда Своего, говорит: во время жатвы я скажу жнецам: соберите прежде плевелы и свяжите их в снопы, чтобы сжечь их, а пшеницу уберите в житницу мою (Мф. 13, 30). То есть жнецы – Ангелы – связывают плевелы в снопы для сожжения, или равных соединяют с равными в одинаковых мучениях: гордые, например, будут гореть вместе с гордыми, роскошные – с роскошными, скупые – со скупыми, обманщики – с обманщиками, завистники – с завистниками, неверные – с неверными. Когда Ангелы виновных в одинаковых преступлениях распределяют в местах наказания и предают одинаковым мучениям, то как бы связывают плевелы в снопы для сожжения.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

О тех душах, которые как бы по видимости только изъемлются из тела; об успении и оживлении монаха Петра, о смерти и воскресении Стефана, также о видении некоего воина

1. Петр. Мысль моего вопроса вполне объяснена удовлетворительным ответом. Но скажи пожалуйста, что значит, что некоторые души как бы по-видимому только изъемлются из тела, так что снова возвращаются в тела, бывшие бездыханными, и кто из таких [умиравших] скажет, что слышал о себе, как не сам тот, кого велено было отвести [из сего мира]?

2. Григорий. Это не видимость только, Петр, но предостережение, если понять хорошо. Бог, по Своей благости и неизреченному милосердию, так устрояет, что некоторые и после действительной смерти внезапно оживают и начинают бояться адских мучений, которые видели, но которым не верили, когда только слышали о них.

3. Один иллирийский монах, живший в этом городе со мной в монастыре, рассказывал мне событие, случившееся с некоторым монахом Петром, родом из Иберии. Когда иллирийский монах жил в пустыне, к нему присоединился в одном пустынном месте, называемом Евазою, этот Петр и рассказывал о себе следующее: еще до отшествия в пустыню, после сильной телесной болезни, Петр умер, но вскоре жизнь возвратилась в тело. Он рассказывал, что видел адские мучения и бесчисленные места, наполненные пламенем; видел некоторых знатных людей сего мира, вверженных в огонь.

4. Когда его самого вели уже к огню, чтобы бросить в него, то внезапно явился Ангел в блестящей одежде, который запретил ввергать его в огонь. Ангел сказал Петру: «Возвратись и внимательнее подумай, как следует тебе жить после сего». После сих слов члены тела мало-помалу начали отогреваться; он пробудился от сна вечной смерти и рассказал все, что происходило с ним. Вразумленный страшным событием, он предался такому посту и бодрствованию, что если бы язык и не говорил, самая жизнь показывала, что он видел адские мучения и трепетал пред ними. Так милосердие всемогущего Бога посредством смерти сделало то, что он не умер вечно.

5. Но как сердце человеческое бывает иногда слишком жестко, то и самое показание мучений бывает не для всех одинаково полезно. Знаменитый муж Стефан, которого ты хорошо знаешь, обыкновенно рассказывал о самом себе, что, оставшись по некоторому делу в Константинополе, он умер от приключившейся телесной болезни. В день смерти не нашли врача и продавца мазей для вскрытия и бальзамирования его тела; посему тело в следующую ночь пролежало непогребенным.

6. Он был приведен во ад и видел там многое, чему прежде не верил, когда слышал. Там Стефан представлен был председящему судье, но судья не принял его и сказал: «Не его велел я привести, а Стефана, занимающегося кованием железа». Он немедленно возвращен был в тело, а Стефан, другой, живший подле него, в тот же час умер. Таким образом, самая смерть Степана доказала, что слова, которые он слышал, были справедливы.

7. Ты знаешь, что Стефан этот умер за три года перед сим, во время той эпидемии, которая произвела в нашем городе страшное опустошение, во время которой даже в виду телесных очей летали стрелы с неба и грозили поразить всех до одного. Один воин в этом самом городе нашем поражен был той же язвой и