Читать книгу - "Советские морские десантные операции в Великой Отечественной войне - Владислав Львович Гончаров"

коммуны Инициатива – и вновь атака захлебнулась. Затем в 11 часов утра внезапно выяснилось, что русские силами сразу трех рот (!) продвинулись от Камыш-Бурунской косы к Эльтигену, начав охватывать фланг 3-го батальона. Лишь огонь двух батарей 114-го артиллерийского полка вынудил русских «оттянуться обратно на территорию верфи». Таким образом, выгруженное на косе подкрепление сразу же вступило в бой.

Этим утром в Старый Карантин прибыли подкрепления, выделенные штабом 46-й дивизии, – взвод саперов и 6-я рота 97-го полка. Получив их, 1-й батальон в 15.30 наконец-то начал «генеральное наступление» – прямо так оно именуется в отчете полка. Атаку двух рот и двух-трех взводов саперов поддерживали одно 150-мм орудие, две 88-мм зенитки, два 20-мм автомата и два 75-мм полковых орудия.

Наступление развивалось медленно. Лишь к вечеру немцам удалось занять окрестности железорудного комбината и южные дома поселка Камыш-Бурун, где раньше размещались гараж и конюшни полка. В бою был тяжело ранен командир 7-й роты.

Одновременно с этой атакой части 88-го саперного батальона получили задачу зачистить рыбачью деревню у южного края Камыш-Бурунской бухты и основания косы. Однако батальон столкнулся с очень сильным сопротивлением и войти в деревню не сумела. Возглавлявший атаку лейтенант Рюкерт был убит выстрелом в голову.

Южнее Эльтигена 3-й батальон в 13.00 снова атаковал плацдарм группы Шариппо силами 9-й и 10-й рот – и вновь не сумел добиться успеха. С наступлением темноты было решено отвести 11-ю роту для защиты побережья в районе Эльтигена. Вскоре после этого советская артиллерия с восточной стороны пролива обстреляла Верхне-Бурунский маяк в Эльтигене, где был убит командир 11-й роты обер-лейтенант Пфайффер.

В 16.40 из Керчи в Александровку на грузовиках были отправлены последние части 2-го батальона 97-го полка – 100 человек при трех тяжелых минометах, четырех тяжелых и четырех легких пулеметах. Им же был подчинен взвод легких зениток 14-й роты 42-го полка с двумя 20-мм автоматами. На ночь они должны были прикрыть Александровку, а с утра 29 декабря батальону была поставлена задача: сначала атаковать рыбачью деревню, а потом во взаимодействии с 1-м батальоном 42-го полка сбросить противника с Камыш-Бурунской косы.

Кроме того, в течение ночи 1-й батальон в Камыш-Буруне получил новое подкрепление от 46-й дивизии: два орудия из 5-й батареи 114-го артиллерийского полка, противотанковый взвод и пополнение из госпиталей – 46 человек.

Для подготовки утренней атаки вечером КП полка по приказу командования дивизии был переведен из Керчи в Чурубаш. Однако телефонная связь все равно шла через Керчь, а из-за плохого состояния дорог посыльным стало труднее добраться до батальонов. Когда на следующий день с 14.00 проводная линия между Чурубашем и Керчью оказалась порвана, штаб полка утратил связь не только с Керчью, но и с 1-м батальоном.

Район Камыш-Буруна и положение войск десанта на 31 января по отчетной карте Крымского фронта

Потери 42-го пехотного полка за 28 декабря составили 30 человек, включая 10 убитыми (в том числе один офицер). Но эти цифры не отражают напряженности боев, поскольку сюда не вошли потери артиллеристов и зенитчиков, а также 2-го батальона 97-го полка и саперов батальона – как мы помним, лейтенант Рюкерт из 88-го саперного батальона был убит при атаке «рыбачьей деревни».

Действия 29 декабря

В эту ночь в район Камыш-Буруна был перенаправлен отряд высадки «Б» контр-адмирала. Изначально в него входили три канонерские лодки («Красный Аджаристан», «Красная Абхазия» и «Красная Грузия»), а также транспорт «Кубань», буксир с «болиндером» и шесть «малых охотников». Еще 25 декабря отряд принял в Анапе 105-й полк 77-й горнострелковой дивизии и 26-го должен был высадить его у горы Опук. Всего на три канонерки было погружено 2393 человека, 42 лошади, 14 горных 76-мм пушек и шесть минометов, восемь грузовиков-«полуторок», а также 230 тонн боеприпасов.

Увы, как уже упоминалось выше, из-за разгильдяйства адмирала Абрамова и его штаба осуществить высадку не удалось. Вечером 27 декабря отряд вернулся в Новороссийск. Здесь корабли отбункеровались, после чего перед Абрамовым была поставлена новая задача – идти в Керченский пролив и в ночь на 29 декабря высадить десант в районе Камыш-Бурунского маяка. «Кубань» и «охотники» остались в Новороссийске, а «болиндер» взяла на буксир «Красная Грузия».

Одновременно с наступлением темноты 28 декабря возобновила перевозку войск и Керченская база. Увы, описание ее действий даже в отчетных документах дано крайне смазанно. Огневую поддержку высадке оказывали береговая артиллерия Керченской базы и 25-й корпусной артполк, а также плавучая батарея № 4 – немецкие документы отмечают, что весь день 29 декабря по участкам 1-го и 3-го батальонов 42-го пехотного полка велся беспокоящий огонь из орудий «сверхтяжелого калибра».

За предыдущие дни моряки убедились, что артиллерия противника не ведет огонь на большую дистанцию, поэтому второй раз десантный отряд капитан-лейтенанта Евстигнеева вышел из Тамани еще засветло 28 декабря. Теперь в него входили 12 сейнеров, разделенных на три отряда. Чуть позже, уже по темноте, в море вышел буксир «Пролетарий» с баржей «Тверь». Торпедные катера и «морские охотники» в операции вновь не участвовали из-за отсутствия бензина. В море опять вышел лишь один торпедный катер с командиром 302-й стрелковой дивизии полковником Зубковым.

Первым в район Камыш-Буруна прибыл отряд контр-адмирал Абрамова – это произошло вечером 28 декабря, в 22.10 по Москве. Абрамов приказал «Красной Грузии» и «Красной Абхазии» высаживать десант, а сам на «Красном Аджаристане» решил поддержать высадку огнем. В 22.40 «Красная Грузия», имея у борта несамоходную баржу («болиндер»), направилась к берегу. В кильватер ей шла «Красная Абхазия».

Увы, никто не догадался предупредить руководство отряда «Б» о баре, который сорвал высадку основных сил 26 декабря. В результате головная канонерка, не дойдя 100–150 метров до берега, внезапно села на мель. «Болиндер» по инерции унесло вперед и развернуло лагом к берегу. Через несколько минут в 40–50 метрах от берега уткнулась в отмель и «Красная Абхазия». В итоге десантников на берег пришлось переправлять шлюпками. Все это происходило под артиллерийским огнем противника – не причинявшим, правда, особого вреда.

К утру удалось высадить всего две роты. В 9 утра Абрамов решил прекратить высадку, а одновременно связался по радио со штабом Керченской базы и запросил помощи сейнерами. Обе канонерские лодки отошли к косе Тузла, а «Красная Грузия» осталась у берега для поддержки десанта. Примерно в это же время было отмечено прекращение огня вражеской артиллерии.

Почти сразу же после запроса Абрамова у берега наконец-то проявились сейнеры из отряда Евстигнеева. Они окончательно разгрузили «Красную Грузию» – с нее на косе было высажено 756 человек, шесть горных 76-мм пушек и четыре грузовика-«полуторки». Согласно вечерней оперсводке штаба фронта, весь 105-й горнострелковый полк окончательно был высажен в районе Эльтигена