Читать книгу - "Змея в норе - Ольга Олеговна Погожева"

воблой. Упокой Господь её грешную душу, конечно, – тут же поправилась воспитанница строгой католички.

Агент Ллойд только вздохнул.

– Увы, как только мы вновь принялись копать в том направлении, Лайт решил не рисковать и убрать свидетельницу. Видимо, если раньше он не был уверен, видела ли его мисс Спинстер, то после твоих, Кира, расспросов, у него не осталось сомнений. Эвелин рассказала, что в парке было людно, вы могли и не заметить слежку. Уведомил ли Лайт об убийственных планах шефа Салли – неизвестно. Устроить бы им очную ставку! – вдруг оживился менталист. – Заодно и узнаем, не упустили ли мы ещё кого-то. Не даёт покоя тот странный магический след на теле мисс Спинстер… менталист и стихийник…

– Даже не думай, – тут же вспыхнула Эвелин. – Ты на больничном, Джон!

– Так что же странного в том, что миссис Миллз предлагала кофе агенту Томпсону? – не дала начальнику расслабиться Кира. – Думаете, и он был не жилец? С чего бы?

Блондин вспыхнул и тут же побледнел, уставившись в переносицу старшему коллеге. На Киру он подчёркнуто не смотрел.

– Странно, что Салли до сих пор не попытался завербовать тебя, Адриан, – глядя сквозь Томпсона, бездумно проронил менталист. – Я на его месте это сделал бы сразу. Как только лишился дополнительных рук в лице агентов Кейса и Филмора… Ты же идеальный исполнитель! Умный, амбициозный, талантливый карьерист, который вполне мог и польститься на посулы Салли. Ведь получив хорошую должность, про бывшего начальника и преступные истоки можно и забыть. При всех этих достоинствах ты знаешь своё место и понимаешь, что кроме себя, рассчитывать в этом жестоком мире не на кого. Ни влиятельных родственников, ни богатых покровителей, ни важных друзей… Зато хорошая семья, достойное происхождение и желание прогрызть себе путь… обратно… наверх любыми способами. Ведь когда-то Томпсоны были не последними людьми в Калифорнии?.. Идеальная мотивация и восхитительная беззащитность, если потребовалось бы тебя убрать.

Тишину, упавшую в палате, можно было резать ножом. Кира во все глаза глядела на бледного агента Томпсона, который не спешил с ответом. Глаза блондина лихорадочно блестели, губы оставались плотно поджаты.

Мисс Каррера отстранённо подумала, что Адриан в гневе просто необыкновенно хорош. Уязвимость?.. Изъян?.. Вот где прячется мужская сексуальность! Ах, до чего же ей всё-таки нравятся плохие парни! А в шкуре хороших – ещё больше…

– Я проверил досье всех тридцати девяти агентов бюро, – продолжал Джон, – но только мимо твоего не смог пройти. Салли был бы дураком, если бы не попытался тебя завербовать. А наш шеф уж точно не дурак… То, что его план дал течь – так это любой слишком хитрый план рано или поздно оборачивается фарсом…

– Большой опыт в вербовке, Джон? – жёстко усмехнулся Томпсон, с усилием разжимая кулаки.

– Кое-какой, – туманно отозвался бывший разведчик. – Так что скажешь, Адриан? Салли уже звал тебя в дело? Ведь, как я понимаю, миссис Миллз предлагала тебе кофе только чтобы убедиться, что ты больше никогда не откроешь рот. Кстати, это удачно, что в тот вечер ты заглянул в офис вместе с Кирой… Избавляться от двух трупов гораздо сложнее, чем от одного, так что легче отменить далекоидущие планы и оставить тебя в живых… В любом случае, у миссис Миллз имелась причина. Либо ты захотел слишком многого, либо стал угрозой. Так скажи мне, Адриан. Которая из двух?..

ГЛАВА 13. Менталист и стихийник

«Дайте людям насладиться иллюзиями».

Мисс Кира Каррера

Кира навсегда запомнила отчаянную борьбу на лице агента Томпсона. Особенно ярко горели скулы, – от стыда, не страха. Почему-то это открытие успокоило мисс Карреру. Не может человек с такой борьбой на лице оказаться неисправимо плохим.

– Полагаю, обе, – наконец тяжело разомкнул губы блондин. И посмотрел отчего-то не на агента Ллойда, а на Киру. Затем так же тяжело уронил взгляд и посмотрел уже на коллегу. – Всё так, Джон, – уже увереннее заговорил Адриан, распрямляя плечи. – Салли звал меня в дело. Без деталей, разумеется, не обрисовав даже, кто в команде… Я до последнего не знал. Что мне оставалось делать, Джон? Отказать шефу и прилечь за углом с пулей в затылке? Или рискнуть и согласиться, зная, что на меня повесят всех собак, если дело не выгорит? Ты прав: у семьи Томпсон не осталось ни связей, ни денег, ни влиятельных друзей. Я тянул резину, как мог. Просил время, чтобы подумать. Салли усмехнулся, сказал, что времени подумать у меня ровно до понедельника… А в понедельник заявился ты.

Миссис Ллойд подобралась, выпрямляясь на жёстком больничном стуле. Вперила острый, словно осколок льда, взгляд в агента Томпсона.

– Похоже, я тебя всё-таки выручил, – слабо усмехнулся Джон. – Внимание Салли переключилось на меня, и тебя полковник почти упустил.

– Почти, – горьким эхом откликнулся Адриан. – Шеф сказал, что менталист здесь совсем не к месту, и что для меня это шанс – доказать лояльность или слить начальника при первой же возможности. Как бы ты поступил на моём месте, Джон?

– Раз вы ничего не рассказали агенту Ллойду, значит… доказали лояльность? – поразилась Кира. – Как так, агент Томпсон? Вы же такой… гордый! – подобрала нужное слово мисс Каррера. – Вам никак нельзя становиться чьей-то пешкой! Это ниже вас! Предательство – это, в конце концов, так неэлегантно! И совсем вам не к лицу…

Скулы агента Томпсона горели так отчаянно, что Кире тут же стало его жаль. Хотя… ну, какая тут жалость? Так, непонятная грусть…

– Полагаю, если бы Адриан решился на отчаянный шаг и кивнул мне в сторону шефа Салли, он тут же пополнил бы ряды покойных коллег Филмора, Гаскелла, Бакса и Кейса, – вежливо предположил Джон, неловко поёрзав на больничных подушках. – Не судите строго, мисс Каррера.

Агент Томпсон поднял горящий взгляд.

– Я не герой, – тяжело выдавил он в лицо Джону. – Можешь даже звать меня трусом. Да, я… не решился. Я хотел! Хотел тебе подсказать, но…

Вот оно! Несмотря на печальную ситуацию, Кира почти возликовала. Вот она – та червоточина, которая ей не давала покоя, а агенту Томпсону – шагнуть на пьедестал совершенства! Тот изъян, который в конце концов их сравнял. Та слабость, которая позволила Кире не бояться холёного агента федеральной службы.

Потому что мисс Карреру можно было обвинить