Читать книгу - "Воспоминания участников штурма Берлина - Анатолий Петрович Криворучко"

здания. Рядом, в красном здании, немцы продолжали сопротивляться. Мой наблюдательный пункт помещался в каменном здании в 120–150 метрах от реки. Когда командиру корпуса генералу Переверткину доложили, что два батальона форсировали Шпрее, он приказал перебраться туда и мне, чтобы самому руководить этими батальонами.

Командир дивизии, передав этот приказ, пожал мне руку и сказал:

— Смотрите, будьте осторожнее, бой идет горячий. Примите все меры, чтобы обеспечить свой переход.

Со мной пошло все управление полка. Я приказал артиллеристам и танкистам сделать короткий 5-минутный налет по тем точкам, по которым они били раньше. В этот момент мы и проскочили через мост. Я обосновался в подвале белого дома. Батальоны в это время вели бои за расширение плацдарма. К 8 часам утра мне доложили, что квартал очищен и в наших руках каменное здание 104, которое немцы особенно упорно защищали.

— Я вижу перед собой большое темное здание, — докладывает мне по телефону капитан Неустроев.

Когда он это сказал, я сейчас же пошел к ним, в здание 104, чтобы принять решение, ознакомившись с обстановкой на месте.

Я взял план, сопоставил его с тем, что видел, — явно Рейхстаг! Спрашиваю своих командиров:

— Как вы думаете, далеко ли Рейхстаг?

Они говорят:

— Метров триста.

— Ну так вот, товарищи, это мрачное здание и есть Рейхстаг!

Тут поднялось ликование. Красноармейцы бросились к окнам посмотреть на Рейхстаг, — еще за минуту до того это было для них просто темное здание.

— Рейхстаг наш, ура, ура!..

Я говорю, что его еще нужно взять. Противник был кругом Рейхстага, справа и слева. А мне отвечают:

— Товарищ полковник, можете докладывать, что мы взяли Рейхстаг, все равно мы его возьмем.

В это время раздался телефонный звонок. Звонил командир дивизии:

— Держитесь? Доложите обстановку.

— Обстановка такая, что вижу Рейхстаг.

— Как Рейхстаг? Вы уже вышли к Рейхстагу?

— Он передо мной как на картинке.

— Сопоставьте с картой как следует, я буду докладывать выше.

Я приказал привести одного пленного немца, потом другого, и они подтвердили, что это Рейхстаг.

Начиная с утра 30 апреля у нас шла подготовка к штурму, который был назначен командиром корпуса на 14 часов.

Большим препятствием был все тот же мост Мольтке Младший. Через него предстояло протащить танки. И нужно отдать справедливость саперам майора Белова — они проявили исключительное мужество, настоящий героизм. Под огнем противника, подвергаясь обстрелу из пулеметов, автоматов и фаустпатронов, они разобрали все надолбы и вообще все препятствия, которые были сооружены на мосту и возле него.

Противник сидел за свежевырытым каналом. Всем нашим танкистам и артиллеристам хотелось стрелять по Рейхстагу. Один командир истребительной противотанковой батареи, оторвавшийся от своего полка, пришел ко мне.

— Товарищ полковник, я хочу стрелять по Рейхстагу и взять его.

Я сказал ему, что уже заняты все места, откуда можно стрелять.

Он решил затащить пушки в здание 104 на второй этаж. В дверь пушки не проходили, а долбить каменные стены было долго. Тогда он поставил их колесами набок и так протащил в дверь, по лестнице наверх и поставил к окнам. Минометы тоже стали затаскивать на второй этаж.

В 14 часов началась артиллерийская подготовка. В 14:25 небольшая группа наших бойцов ворвалась в Рейхстаг. Это были бойцы из батальонов Неустроева и Давыдова. Но связь с этой группой прервалась, так как основные наши силы войти в Рейхстаг не успели, противник отрезал их и дальше не пускал.

Обстановка была исключительно напряженная — знали, что наши люди там, а что с ними — неизвестно. Говорили, что наши входили в Рейхстаг, уходили и опять вошли. Я пытался послать туда связного с рацией, но его убили. Я больше никого не посылал. Решил, что если есть там наши, они будут держаться, а в 21:30 начнем новое наступление.

Я выбрал такой час, так как надеялся провести эту операцию в течение ночи, пользуясь относительной темнотой.

В 21:30 началась новая артиллерийская подготовка, но на этот раз стреляли не по Рейхстагу, так как оттуда противник огня уже не вел, а по улицам вокруг Рейхстага и по траншеям, которые шли по Шарлоттенбургерштрассе и вдоль канала.

Теперь задачей артиллеристов было обеспечить фланги. На фланги были брошены и основные силы пехоты — батальоны Неустроева и Давыдова.

В 22 часа эти два батальона прошли в нижние этажи Рейхстага. Рейхстаг был разрезан как бы пополам. В нижних этажах наши вели бои, в верхних еще сидели немцы, но над куполом Рейхстага уже развевалось советское Знамя Победы.

Еще перед штурмом Рейхстага я вызвал к себе офицера разведки капитана Кондрашева и приказал ему подобрать двух-трех хороших разведчиков, которые должны пройти вместе с пехотой к Рейхстагу и водрузить на его куполе данное нам красное знамя.

Капитан Кондрашев представил мне двух разведчиков — Егорова и Кантарию. Я знал их: это были смелые, храбрые люди, прошедшие огонь и воду. Я им сказал, в чем их задача.

Они загорелись:

— Есть, сделаем, товарищ полковник!

Когда пехота наша прорвалась к Рейхстагу, в здание вместе с бойцами ворвались знаменосцы Егоров и Кантария. Поздно вечером 30 апреля капитан Неустроев позвонил мне и сказал:

— Наше знамя водружено на куполе Рейхстага.

Я посмотрел на часы: было 22 часа 50 минут вечера.

Федор Матвеевич Зинченко (1902–1991 гг.) — командир 756-го стрелкового полка, воины которого 30 апреля 1945 г. штурмом овладели Рейхстагом, а 1 мая водрузили на нем Знамя Победы, полковник, Герой Советского Союза.

Федор Зинченко родился 19 сентября 1902 г. В деревне Ставсково (ныне Кривошеинского района) Томской области в многодетной крестьянской семье. Украинец.

Боевое крещение принял в 1920 г. В частях особого назначения у себя на родине в Томске. В 1924 г. призван в ряды Красной армии.

В 1926 г. вступил в ряды ВКП(б). В 1927 г. поступил в Томский политехнический институт, но учиться не пришлось — был направлен во Владивостокскую военную пехотную школу, которую окончил в 1930 г. С 1938 г. — военный комиссар батальона Ленинградского училища связи.

На фронтах Великой Отечественной войны с марта 1942 г. После окончания курсов комсостава «Выстрел» весной 1944 г. Зинченко назначен командиром 756-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта.

В ходе Берлинской операции, несмотря на упорное сопротивление противника, полк под командованием полковника 3инченко преодолел оборону противника и в составе своей дивизии к 29 апреля вышел в район Рейхстага.

Придавая исключительно важное политическое и военное значение боям по овладению Берлином, военный совет 3-й ударной армии еще до начала наступления учредил красные знамена военного совета. Эти знамена были вручены всем стрелковым дивизиям армии. Командир 150-й стрелковой