Читать книгу - "Попаданец. 1940 - Вадим Владимирович Чинцов"

начальник Оперативного управления Генштаба Ватутин, начальник Мобилизационного управления Никитин, начальник Главного управления политической пропаганды Красной Армии Запорожец, заместитель начальника Генерального штаба РККА по политической части Кожевников,руководитель Исполкома Коминтерна Димитров.

Я невольно усмехнулся своим мыслям: неделю назад наш гипнотизер проверил руководство Коминтерна, после которого семеро отправились в наши камеры как троцкисты. В том числе и Отто Куусинен, который в РИ поддержал Хрущева и затем покровительствовал Андропову, которого называли даже его «любимым учеником».

В приемную вошли Берия, член Политбюро Андреев и член Оргбюро ЦК Мехлис и как будто их только ждали (скорее всего это и было так), Поскребышев пригласил всех заходить в кабинет вождя.

Сталин был задумчив, крутя в этот раз в руке незажженную трубку с коротким чубуком, и минут пять молча рассматривал присутствующих. Затем указал на на Судоплатова своей трубкой:

— От СМЕРШа поступила аналитическая записка, в которой с большой степенью вероятности предполагается весной следующего года вторжение немцев в Югославию и Грецию. Госбезопасность предлагает провести несколько операций на территории этих двух стран. А именно: подготовка и переправка на Балканы интернационалистов, воевавших в Испании и имеющих военный опыт, а также югославов и греков из числа коминтерновцев и тех греков, которые уцелели после массовых арестов в тридцать седьмом. Враги народа, проникнувшие в органы НКВД, представили необходимость истребления греков тем, что иностранные государства собираются в своих советских диаспорах подготовить благодатную почву для шпионской, диверсионной и террористической деятельности, направленной на уничтожение достижений Октябрьской революции.

Берия невольно хмыкнул: Уж он то знал, что судьбу греческой диаспоры СССР предрешила подписанная 11 декабря 1937 года Николаем Ежовым директива № 50215. В этом документе сообщалось о выявлении органами НКВД разветвленной сети греческих националистических, вредительских, повстанческих, шпионских, диверсионных организаций, которые, выполняя требования немецкой, английской и японской разведок, ведут активную антисоветскую работу в местах компактного проживания эллинов. Предотвращая негативные последствия от их антигосударственной деятельности, Ежов приказал в трехдневный срок собрать досье на всех вызывающих подозрение лиц, и 15 декабря, одновременно во всех регионах компактного проживания греков, произвести необходимые аресты. Без особых санкций народного комиссариата нельзя было сажать в тюрьму только военных и лиц, имевших специальные звания, что не помешало задержать награжденного Орденом Ленина за создание двигателя для танка Т-34 Константина Челпана, позже приговоренного к расстрелу.

Сталин заметил реакцию Лаврентия и покачал укорительно головой. Затем продолжил:

— СМЕРШ предлагает всех греков и югославов, которые согласятся помочь своей Родине, после обучения методам ведения партизанской войны, вооружить и переправить, обеспечив подготовку подполья в Югославии. Так же необходимо связаться с королем Греции и князем-наместником Павле Караджёрджевичем и предложить им безвозмездную помощь с противотанковыми орудиями, минами помощью военными советниками из числа прошедших Испанию, а также молодых перспективных командиров для обкатки их военных действиях с немцами. В качестве главного советника СМЕРШ предлагает кандидатуру находившегося в Испании под псевдонимом Пабло Фрица генерал-лейтенанта Павла Ивановича Батова. — повернувшись к Тимошенко, вождь задал вопрос: — Не против, Семен Константинович, если твоего заместителя командующего войсками Закавказского военного округа на время отправим на Балканы делиться опытом противостояния с немцами?

— Не против, товарищ Сталин!

— Задачей товарища Батова станет координация взаимодействия армий Греции и Югославии. Также необходимо предупредить Караджёрджевича о вероятности в случае войны дезертирства из армии хорватов и македонцев. Похоже и им придется создать свои заградотряды. Еще одной задачей товарища Батова станет налаживание контакта с русскими эмигрантами, им нужно пообещать в случае поражения Югославии предоставить убежище на нашей территории и полное прощение их отцам и дедам, принимавших участие в Гражданской войне, так как теперь и у нас и у них один враг. Предоставим Советское гражданство в конце концов. Мало того, есть вероятность присоединения к нападению Германии Венгрии и Италии. СМЕРШ считает, что вполне реально среди выживших в лагерях и оставшихся на свободе греков найти добровольцев для войны на Балканах в количестве около трехсот тысяч человек.

Я поднял руку:

— Разрешите,товарищ Сталин!

Вождь улыбнулся:

— Вы прямо как в школе. Слушаю вас, товарищ Сергеев.

— Предлагаю объявить через газеты о полном прощении всех русских эмигрантов, объявив амнистию участникам Гражданской войны к двадцати трехлетию Великой Октябрьской революции. Этим мы вернем в страну имеющих боевой опыт тех, кто уже воевал с немцами в мировую. А чтобы нам поверили необходимо вернуть наименование офицеры и солдаты, а также погоны, признав право на ношение боевых наград, полученных до революции.

Мехлис при моих словах закипел:

— Товарищ Сергеев! Это недопустимо!

Я же не дал ему распинаться и перебил:

— И отчего же недопустимо? Знаки различия в петлицах вместо погон были введены лишь для того, чтобы отличить бойцов Красной Армии от противоположной стороны. Прошло уже два десятка лет и мы можем вернуться к мировой практике. Погоны носили великие русские полководцы Нахимов, Кутузов и Суворов. Я даже предлагаю для повышения патриотизма ввести ордена имени этих полководцев, детские военные училища назвать также Суворовскими для сухопутного и Нахимовскими для морского последующего обучения в высших военных училищах. Этим мы покажем, что мы чтим подвиги нашего народа, проливавшего кровь на территории Франции и Германии. Наш народ брал Париж и Берлин и многие это забыли. Пора нам об этом напомнить.

Сталин окинул взглядом гневные лица некоторых участников совещания и остановил его на Тимошенко:

— А что скажете вы, семен Константинович?

— Я согласен с товарищем Сергеевым. Я награждён за храбрость Георгиевскими крестами трёх степеней. Первый Георгиевский крест получил за оборону крепости Осовец. Считаю, что признание боевых наград будет полезным и если мы ставим перед собой целью перетянуть к себе белоэмигрантов, то возвращение офицерских погон станет отличным ходом со стороны Советской власти. Только не будет господ офицеров, а появятся советские товарищи офицеры и товарищи солдаты.

Я дополнил:

— Также пора отказаться от путаницы в званиях Красной Армии и госбезопасности: никаких воентехников и военинженеров, интендантов различных рангов. Все должны иметь одно звание, к примеру полковник НКГБ или милиции, танковых войск или авиации. Первый шаг к этому был уже сделан после отмены комбригов и комдивов с введением званий генералов и адмиралов вместо флагманов. Да и вместо наркоматов пора ввести министерства.

Андреев мысленно вздохнул, поражаясь как его крестник подставляется и поспешил его выручить:

— Я согласен с товарищем Сергеевым. Только в этом мае мы не побоялись вернуть царские звания генерала и адмирала, возвращение погонов — логическое продолжение реформирование армии.

Сталин кивнул:

— Допустим. Это можно обсудить. Товарищ Сергеев, я