Читать книгу - "Большевики. Криминальный путь к власти - Юрий Михайлович Барыкин"

дела. – Какие у нас теперь будут иностранные дела? Возражал Ленин. Но скрепя сердце он согласился. Скрепя сердце согласился и я. Так, по инициативе Свердлова, я оказался на четверть года во главе советской дипломатии». (Троцкий Л. Д. Моя жизнь. Т. 2. С. 63.)

Каково? Яков Михайлович вносит предложение по составу правительства, а Ленину и Троцкому только и остается, что «скрипеть сердцами» и соглашаться.

И вообще, как говорил Г. Е. Зиновьев: «Иногда казалось, что как В. И. Ленин явился в Россию после победы Февральской революции с готовыми политическими чертежами всей революции, так Я. М. Свердлов явился из далекой ссылки с готовыми организационными чертежами всей работы партии и с готовым планом распределения основных групп работников по отраслям работы».

А вот мнение А. В. Луначарского: «Если Ленин и некоторые другие идейно руководили революцией, то связью между ним и массами, партией, советским аппаратом и, наконец, всей Россией, винтом, на котором все поворачивалось, проводом, через который все проходило, был именно Свердлов». (Луначарский А. В. Воспоминания и впечатления. С. 216.)

Тем временем после захвата власти в России большевиками продолжилось финансирование последних не только со стороны Германии, чему существует множество свидетельств, но и со стороны определенных банковских кругов США, о чем говорится значительно меньше.

Например, «30 ноября Уильям Бойс Томпсон и Раймонд Роббинс посетили Троцкого. После конфиденциальной беседы с ним, 2 декабря, Томпсон направил запрос Моргану – перечислить 1 млн долларов. Этот факт стал достоянием газетчиков. “Вашингтон пост” от 2 февраля 1918 г. сообщала: “Уильям Б. Томпсон находился в Петрограде с июля по ноябрь 1917 года и сделал личный вклад в миллион долларов в пользу большевиков”. Сохранилась и фотокопия ответной телеграммы Томпсону от Моргана, датированная 8 декабря: “Ваша вторая телеграмма получена. Мы выплатили «Нэйшнл Сити бэнк» один миллион долларов согласно инструкции – Морган”». (Шамбаров В., Чавчавадзе Е. Лев Троцкий. Тайны мировой революци.и С. 154–155.)

Надо думать, что и братец Вениамин явился из США не с пустыми руками.

Где полностью совпали усилия Троцкого и Свердлова, так это привлечение за хорошее вознаграждение на службу в Красную армию и ЧК иностранцев, подавляющее большинство которых составляли военнопленные из Германии, Австро-Венгрии и Турции – противников России в Первой мировой войне.

Чтобы поставить под контроль формирование так называемых «интернациональных отрядов», с конца января 1918 года руководство всеми делами военнопленных было сконцентрировано во Всероссийском бюро пленных при Военном отделе ВЦИК, чью деятельность направлял лично Свердлов. Позднее, в июне 1918 года Народным комиссариатом по военным и морским делам была образована Комиссия по формированию интернациональных групп РККА при ВЦИК.

Уже в первые месяцы после большевистского переворота общее число интернационалистов-красногвардейцев превышало 29 500 человек. (Конев А. М. Красная гвардия на защите Октября. С. 116.)

В условиях, когда остатки русской кадровой армии противостояли на фронте германским, австро-венгерским и турецким частям, это была огромная сила.

Сравним число интернационалистов с организованным сопротивлением противников большевиков: в Добровольческой армии генерала Алексеева к концу декабря 1917 года насчитывалось немногим более 4000 человек.

Количество же красных интернациональных отрядов росло во всех районах огромной страны, где были разбросаны лагеря для военнопленных: под Петроградом и Москвой, на Дальнем Востоке, в Сибири и, конечно же, на Урале.

28 января 1918 года Уральский областной комитет РСДРП(б) сообщал в Секретариат ЦК, то есть Свердлову: «во всех областях кипит работа. Организуем военнопленных». И уже через некоторое время в Красную гвардию Екатеринбурга были приняты первые 200 интернационалистов. (Конев А. М. Красная гвардия на защите Октября. С. 108.)

Впоследствии, при создании мифа о «Великой Октябрьской революции», советские «историки», которым было крайне неудобно признавать помощь Германии большевикам, придумали универсальный образ «красного латышского стрелка», который объяснял разом все странности «интернационалистов» – и непонятный язык, и отсутствие родственных связей среди русского населения, и беспощадность к врагам, казалось бы – соотечественникам. И что самое главное, «преданность революции», точнее своим руководителям – а куда бы они делись из огромной чужой страны, если бы их работодатели потерпели поражение?

22 декабря 1917 года начались переговоры в Брест-Литовске, посвященные заключению сепаратного мира между Россией и ее противниками в Первой мировой войне. По сути – правительство Ленина должно было рассчитаться с Германией за оказанную ею поддержку большевикам в захвате власти.

И еще малоизвестный, но важный для понимания дальнейших событий факт: в переговорах в Брест-Литовске в качестве «консультанта» большевистской делегации принял участие Л. Б. Красин, разошедшийся с В. И. Лениным после 1911 года, однако восстановивший «конструктивные» отношения с последним после октябрьского переворота. По настоятельной просьбе самого Владимира Ильича.

То, что Ленин изо всех сил продавливал заключение мира с Германией, вопреки позиции чуть ли не большинства партии, значительно снизило его авторитет.

Год 1918 начинается

На фоне идущих переговоров в Брест-Литовске 5 января 1918 года в Петрограде начало работу законно избранное Учредительное собрание, в котором Ленин и компания получили всего 25 % мест. Открытию Собрания предшествовал расстрел большевиками мирных демонстраций, проводившихся в поддержку «Учредилки».

Потрясенный трагедией М. Горький так описал произошедшее:

«Лучшие русские люди почти сто лет жили идеей Учредительного Собрания – политического органа, который дал бы всей демократии русской возможность свободно выразить свою волю. В борьбе за эту идею погибли в тюрьмах, в ссылке и каторге, на виселицах и под пулями солдат тысячи интеллигентов, десятки тысяч рабочих и крестьян. На жертвенник этой священной идеи пролиты реки крови – и вот “народные комиссары” приказали расстрелять демократию, которая манифестировала в честь этой идеи. Напомню, что многие из “народных комиссаров” сами же, на протяжении всей политической деятельности своей, внушали рабочим массам необходимость борьбы за созыв Учредительного Собрания. “Правда” лжет, когда пишет, что манифестация 5 января была сорганизована буржуями, банкирами и т.д. и что к Таврическому дворцу шли именно “буржуи”, “калединцы”.“Правда” знает, что в манифестации принимали участие рабочие Обуховского, Патронного и других заводов, что под красными знаменами Российской с.-д. партии к Таврическому дворцу шли рабочие Василеостровского, Выборгского и других районов.Именно этих рабочих и расстреливали, и сколько бы ни лгала «Правда», она не скроет позорного факта…Итак, 5 января расстреливали рабочих Петрограда, безоружных. Расстреливали без предупреждения о том, что будут стрелять. Расстреливали из засад, сквозь щели заборов, трусливо, как настоящие убийцы». (Горький М. Несвоевременные мысли. С. 232.)

Впрочем, кровь рабочих никогда не смущала верховных борцов за права этих самых рабочих.

На первом и одновременно последнем заседании Учредительного собрания с программной речью от большевиков выступил Свердлов. Вот